Бьёрн Магнуссон - Добрый Волдеморт

— Что ты предлагаешь Харальд?

— Я думаю, — отхлебнул из кружки Модброк, — если ты поучаствуешь в сборе золота наравне со мной, то будешь иметь полное право задать пифии вопрос и о своих детях. Пусть это их не вернёт, но ты точно будешь знать имена убийц и сможешь отомстить.

— «Кровавый орёл» каждому из прокля́тых тварей! — вспыхнул Фриск. — Я хочу видеть, как вывернут из их спин рёбра и насадят на них лёгкие. И чтобы целители поддерживали в них жизнь при этом!

— Хо-хо, ты знаешь толк в старых традициях, мой друг! — поднял кружку с пивом Модброк. — Однако когда месть свершится, тебе сто́ит подумать о новой женщине. Род не должен прерваться.

— За месть и власть Волков над Севером, — оскалился Фриск и поднял кружку в ответном жесте.

— За власть! — прорычал Модброк.

Глава 26 Школьные будни

Очередной урок Чар закончился весело. Студенты увлечённо изучали «Карпе Ретрактум», заклинание, позволяющее притягивать к себе цель или же самому, притянуться к ней. А сейчас все ученики весело обсуждали, как Поттер притянул к себе школьную сумку Снейпа, а из неё по пути вываливались учебники, свитки пергамента, перья и чернильница. Причём чернила пролились на Петтигрю, а перья украсили его голову, как венок римского императора. Питер, поднявшись на ноги в испачканной мантии, возмущался и кричал словно древний оратор с трибун. Правда, кричал он почему-то… на Снейпа! Ругался за то, что Слизеринец не закрыл чернильницу на защёлку. Имущество Северусу вернули, Питера почистили магией, а с Гриффиндора сняли двадцать баллов.

— Мистер Вильямс, останьтесь, пожалуйста, — попросил Флитвик, когда Бьёрн в числе прочих студентов, собрался покинуть аудиторию.

— Что-то случилось, сэр? — слизеринец присел за первую парту напротив преподавателя.

— Как ваши успехи в деле освоения чар, мистер Вильямс? — поинтересовался полугоблин.

— Я готов сдать СОВ хоть сейчас и даже почти выучил все заклинания за седьмой курс, — отрапортовал Магнуссон. — Правда, мне кажется, вы про другое хотите поговорить?

— Возможно, так проявляются ваши таланты в ментальной магии, — рассеянно пробормотал Филиус, — вы совершенно, правы. Кхм…

Видя, что Флитвик не знает, с чего начать, Бьёрн не стал его торопить. Было заметно, что тема предстоящего разговора не сильно нравится маленькому профессору, однако он тем не менее полон решимости.

— Ладно, — Флитвик сосредоточился и взмахом палочки наложил на класс каскад противоподслушивающих заклинаний. — Не хочу, чтобы кто-то узнал содержание нашего разговора, — пояснил он.

Бьёрн немного напрягся, потому что таким серьёзным, он видел всегда улыбчивого профессора первый раз. Флитвик в задумчивости пожевал губами и внезапно спросил:

— Вы знаете, Бьёрн, кто такие на самом деле грязнокровки?

— Эмм, — замялся Магнуссон. — Так, на нашем факультете называют магглорожденных и иногда полукровок. Если это ребёнок от волшебника и маггла слово «Грязнокровка» имеет ругательное значение, его применяют, когда хотят оскорбить кого-нибудь.

— Всё, верно, — кивнул полугоблин задумчиво, — а ведь какую-то тысячу лет назад, этим словом называли совершенно других людей, — остро блеснули глаза маленького профессора. — Людей, в которых ярко проявлялось наследие предков. Нечеловеческих предков, хочу заметить, мистер Вильямс.

Флитвик рассказал Бьёрну, что по подтверждённым историческим данным, отношения между людьми и прочими магическими народностями никогда не были слишком дружелюбными. Проще говоря, люди воевали со всеми. А так как количество людей было на порядок больше остальных народностей, то со временем, именно люди заняли лидирующие позиции в нашем мире.

Тысячу лет назад, четверо Великих магов на развалинах пиктского святилища создали школу для волшебников, в которой стали обучать всех детей по римской системе. А через какое-то время возник вопрос. Что делать с теми, кто являлся полукровкой магических рас?

Салазар Слизерин выступал за то, что Хогвартс — это школа только для людей. Чистокровность — это отсутствие в крови у ученика примесей нечеловеческих народов. Только чистокровные люди, должны иметь возможность постигать магическое искусство. Зачем плодить себе конкурентов? Пусть магики сами изучают то, что им доступно, а не пытаются перенимать людское чародейство. И до поры до времени с этой идеей были согласны все остальные основатели. Стычки с магическими существами были нередки, а полукровок убивали и те и другие.

Однако потом случилось то, что поставило крест на сотрудничестве Великих магов, а Слизерин был вынужден покинуть Хогвартс. Слишком многие волшебники вступали в браки с эльфами, вейлами, перевёртышами, и прочими магическими существами. Поэтому через какое-то время большое количество детей союзников, вассалов и слуг трёх Великих магов, не смогло бы поступить в Хогвартс. Ведь кровь в этих детях была не совсем человеческой. Людям это позволило получить новые возможности и повысить магический потенциал.

Слизерин утверждал, что таким образом волшебники потеряют чисто человеческую магию и со временем будут все дальше и дальше отдаляться от обычных людей. Однако лорд Гриффиндор, леди Когтевран и леди Пуффендуй выступали за то, что кровь магических существ со временем полностью растворится в человеческой, оставив только отголоски способностей, свойственным тем или иным волшебным народам. Так что «Грязная кровь», как с ненавистью и презрением называл это явление Слизерин, не повод отказывать детям в обучении.

В то же время трое оставшихся основателей школы магии решили подстраховаться. Поэтому дети из первого поколения полукровок, могли поступать в Хогвартс только по прямому разрешению действующего директора. Пригласительные письма таким детям не приходили.