Измена. Простить, отпустить, отомстить? - Каролина Шевцова

- А если ты его вернешь, мама, то тебя не прощу я.

Глава 12 Савранский

Женя сладко потянулась в моих объятиях, такая мягкая, нежная, пахнущая не то арбузами, не то дождем в жаркий летний день. Короче счастьем. Моим.

Я пропустил через пальцы черную прядь волос. Рассыпчатые, как из рекламы шампуня.

Женя смешно наморщила нос и чихнула. Я понял, что она уже не спит, когда тонкие ручки пробежались по моей груди и юркнули за резинку трусов.

- Какая плохая девчонка, - я перевернул ее на спину и скалой навис сверху, придавливая Женьку своим весом. Она демонстративно охнула и сделала вид, что потеряла сознание, тем самым вызвав во мне новый приступ смеха.

С Женей было легко, весело, удобно, горячо и уверенно. Последнее я ощутил особенно остро на контрасте с моей женой. И как бы я не злился на себя, как бы не обижалась Настя, но именно эта молодая девушка вселила в меня мысль, что я все смогу. Что достоин лучшего. Что у нас все получится.

- Сладкий, тебе не нужно домой? – она легко боднула меня головой в бок, будто проверяла, не заснул ли я снова.

- Боюсь, дома мне теперь не рады.

Улыбка тотчас слетела с Жениного юного лица. Уголки губ опустились вниз, а под глазами залегли тени, отбрасываемые пушистыми ресницами.

- Мне так жаль, что кто-то слил наше с тобой видео. Это просто ужасно. Не представляю, что испытала Анастасия Борисовна, когда поняла, что там ты… мы с тобой.

Я притянул к себе любимую и легко поцеловал ее в нос.

- Не грусти, сладкая. Меня больше волнует, что все эти люди видели мою девочку, - я легко сжал полушарие ее груди, отчего Женя прогнулась в спине еще сильнее. – Никто не должен был смотреть на такую красивую малышку.

Мысли из головы почти испарились, перетекли куда-то ниже, в другой орган, который теперь управлял мною. Не хотелось больше ни говорить, ни вспоминать тот вечер. Особенно скандал, который учинил мне отец.

- Но с другой стороны, может и хорошо, что все увидели?

- Едва ли, - невесело рассмеялся я, - это очень бьет по нашей репутации, поэтому мы и ищем, кто слил видео из моего ноутбука.

- Может, не тратить на это твои силы и время? Никто ведь так и не понял, что там был ты?

- Никто, кроме семьи. И Насти, разумеется, - я снова поморщился, вспоминая нешуточную драму, развернувшуюся у нас дома.

- Твоя жена изумительная женщина, - горячий воздух из Жениных губок обжег мне грудь. Она была так убедительна и говорила так искренне, что я таял от ее слов, - Я не представляю, какой силой духа нужно обладать, чтобы понять, что ее муж любит другую женщину. Не препятствовать, отпустить. Кеш, Анастасия Борисовна святая, и не смей убеждать меня в обратном!

Я притянул Женечку и нежно поцеловал ее в розовый от волнения носик.

- Святая тут только ты. Как же я жил без такой женщины?

- Все это время ты просто подсознательно искал меня.

- И нашел. Я только теперь понимаю, что все, что было раньше, до тебя, оно ненастоящее. Я и не думал, что встречу свою любовь, которая так возвеличит меня, которая будет уважать мою жену и примет моих детей.

- Не твоих, наших.

Она крепко переплела мою шею руками. И посмотрела так пронзительно, так чисто, что сердце замерло на месте.

- Я люблю тебя, Женя. Я никого никогда так сильно не любил.

- Осторожно, Кешенька, а то я испугаюсь ваших матримониальных планов и сбегу.

Я сжал ее ягодицы, слегка раздвинув мягкие полушария в стороны:

- Можешь не беспокоиться, я никогда не покушусь на твою свободу.

- Отчего же, - прошептала Женя мне прямо в губы.

- Потому что я не разведусь с Настей. Савранские не разводятся. Никогда.

И я ворвался в мою нежную, невинную девочку, даря ей наслаждение, от которого она стонала и плакала. И такое со мной тоже впервые.

Я всю жизнь жил с женщиной, спал с женщиной, ублажал женщину, и не знал, что такое женский оргазм.

Мы еле дышали, липли друг к другу мокрыми от пота телами, цеплялись за кожу пальцами, оставляя наши следы, метки.

Невообразимое счастье, быть с кем-то настолько единым, будто стерлись все грани между нею и мной.

- Сейчас перекурим и пойдем на второй круг, - хвастался я.

- А сил хватит, - хохотнула Женя.

Я демонстративно поиграл перед ней бровями и потянулся к острому холмику груди, как вдруг под подушкой зазвенел телефон.

- Кто там, - обиженно простонала Женечка.

- Настя.

- Не отвечай, нам сейчас так хорошо.

- Не могу, - я интуитивно натянул на бедра трусы, будто бы Савранская могла нас обнаружить, и потянулся к трубке.

- Ну почему не можешь? Перезвонишь ей потом.

- Сладкая, ты не поняла. Я всегда отвечаю, если звонит моя жена.

Я накрыл ее одеялом, чтобы не смущать голой женщиной Настю. Да, она не знает, где я, она не увидит, чем я только что занимался. Но все равно, было в этом что-то не правильно.

Савранские не разводились. Они берегли нервы друг друга, по крайней мере, пытались это сделать.

- Слушаю, - голос выдавал меня с потрохами. Я откашлялся и повторил: - Насть, ничего не понял, что случилось? Да говори же громче, я не слышу! Кто у тебя так орет? Алло?! Какой к черту чемодан, ты о чем вообще? Да выйди из комнаты, ни хрена не слышно, что там у вас вообще случилось?! – И через две минуты я холодно произнес: - Буду дома через час. Поговорим.

Когда я сбросил звонок, ощутил, что Женя гладит меня по спине, чтобы успокоить. Перехватил ее руку и поцеловал кончики пальцев.

- Все в порядке?

- Скоро будет.

- О каком чемодане речь, сладкий?

- О… чемоданах. Моем и Томкином. Настя сказала, что собрала наши чемоданы, и мы с дочкой будем жить у тебя.

Глава 13

Это был день чемоданов. Если утром я собирала вещи мужа, то теперь, кусала губы, чтобы не зареветь и складывала в дорожную сумку поменьше учебники и игрушки дочери.

И любимое