Наследие Черной Воды - Роман Г. Артемьев

Почему не отправился сразу в Ти-Нанти через портал в деревне возле нашего поместья? Не хотел привлекать внимания местного святоши. Да и просто — не нравятся мне деревенские, мысли у них какие-то грязные.

Идти пришлось долго. Сначала два часа по грунтовой дороге, потом обнаружил приметные ориентиры и свернул в сторону. Для ориентиров выбирают скалы необычной формы, крепости, крупные водоёмы — словом, что-то, что просуществует века, если не тысячелетия. Никаких деревьев, никаких культовых сооружений. Кто его знает, сколько простоит храм, если новый властитель ополчится на религию и веру? Идти по обычному лесу, не ожидая ежесекундной подлянки, было легко, тропинки словно сами ложились под ноги, обводя завалы и овраги. Ещё час ушел на поиски нужного места.

Переход на Изнанку выглядел стандартно — широкая ниша метра три высотой, высеченная в скале. Люди её, разумеется, не видели, чародеи из смертных могли что-то заметить, подойдя вплотную, члены других Священных Домов вблизи ощущали сам переход, но воспользоваться им не смогли бы. Тем не менее, место наверняка почиталось необычным — неподалеку росло дерево, в ямке у чьих корней стоял небольшой жертвенник. Валлийцы всегда оставались очень своеобразными христианами.

Этот переход не открывали давно, лет двести. Не было необходимости — экспедиции на Изнанку проводили иными путями. Проверять его следовало долго и, по совести говоря, другому специалисту. Пусть я значительно превосхожу сверстников по знаниям и развитию, до полноценного мастера мне далеко. Однако выбора нет. Устроившись возле скалы поудобнее, постелив плащ на землю, я принялся за работу.

От проверки заклинаний меня оторвало ощущение чужого испуга. Открыв глаза, с раздражением увидел метрах в двадцати, на другом конце полянки замершего с открытым ртом ребенка. Человеческого пацана в обносках, с круглыми, наполненными паникой глазами. Вот что он тут забыл?

— Брысь.

С воплями мальчишка рванул прочь. Надеюсь, не убьётся по пути.

Забыв о беглеце, вернулся к проверке. Что-то меня в переходе смущало… Они все более-менее одинаковые, меняется только блок заклинаний, отвечающий за маскировку. Ну и личный почерк создателя перехода накладывает отпечаток, куда без этого. Здесь вроде бы всё выглядело правильно, так, как и должно быть, но интуиция недовольно царапала из подсознания и требовала проверить ещё.

Поэтому я продолжил, не обращая внимания на клонившееся к закату солнце.

Отдохнул, называется.

Спустя часа полтора усталость накопилась в достаточной степени, чтобы я решил сделать перерыв. Всё-таки долго концентрироваться на изучении структуры магических предметов тяжело, устают и глаза, и сознание. Захотелось пройтись, размять затекшие ноги и подумать — насколько давно устроили подлянку. В том, что она есть, я уверился. Не могу определить, в чем именно заключается ловушка, не мой уровень, однако в самом факте наличия не сомневаюсь. Вопрос в том, это новодел или нечто старое, так сказать, привет из старых времен?

Шум, треск и перешептывания я услышал задолго до появления людей.

Первым на полянку вышел юноша лет восемнадцати. Хотя, может, он года на четыре младше — тяжелая работа старит простолюдинов. Высокий, худой, в простой одежде и с широкими ладонями, при виде меня рефлекторно стянувший с головы картуз. Сзади него из кустов с жадным любопытством на лице выглядывала молодая девушка.

Парень открыл рот, издал невнятный звук, больше похожий на сиплое блеяние, и замолк. Сглотнул. Вздохнул и заговорил:

— Прости, добрый сосед, что побеспокоили. Зла не желали. Не поверили мальчишке, думали сходить да проверить, от кого он сбежал.

— Я не сидхе.

— Нет? — с тупым видом переспросил парень.

— Нет. Они ушли почти тысячу лет назад и с тех пор обратно не возвращались.

— Дык, это. Говорят, видели их.

— Полукровок. Почти все полукровки остались в нашем мире, — я задумчиво посмотрел на парочку. Девушка по-прежнему не вылезала из кустов, хотя голова в платке показалась полностью. — А скажи-ка мне, парень: в вашей деревне последние года три никто из магов не появлялся?

— Не, откуда им взяться-то? Сэр.

Смотрел он с опаской, даже большей, чем, когда считал сидхе. С тем хотя бы из сказок понятно, как общаться и чего ждать. Неведома зверушка в облике властного пацана с белоснежными волосами, красными глазами и непривычными чертами лица, спрашивающая про магов, внушала желание сбежать. Дать деру мешали, во-первых, девушка за спиной, во-вторых, явно дорогая одежда, указывающая на мою принадлежность к высшему классу.

— Подумай, точно никого не было? — я зачерпнул силы и наполнил ею свой голос, вслух приказывая. — Вспоминай!

Глаза парня затуманились, и он, пошатнувшись, произнес:

— Да… Приходил чародей два года назад, на Пасху.

— Как выглядел, какие символы на одежде?

— Не помню… Волосы длинные красные… Не помню.

Похоже на блок. Можно, конечно, залезть к нему в память и прочесть воспоминания, но смысл? Глубоким алым цветом волос известна Кровавая Ярость, взрослые мужчины до пояса их отращивают. Тем более что не обязательно неизвестный чародей находился в своём истинном облике.

— Держи, — вытащив из кармана монетку, я бросил ему шиллинг. — Ступайте.

С пустым взглядом парочка развернулась и ушла. Крепко их приложило, даже странно. Становлюсь сильнее или просто внушаемые? Потом проверю. Сейчас значение имеет только то, что для экспедиции на Изнанку придётся искать другой переход.

Собираясь возвращаться домой, роясь в карманах в поисках одноразового портала, я подумал, что, наверное, ловушку устроили всё-таки Бладрейджи. По срокам совпадает. Три с лишним года назад у нас вышло небольшое столкновение, по итогам которого они потеряли двух своих — одного насмерть, второй стал инвалидом. Напрямую выставить претензии Черной Воде они не могли, но все заинтересованные лица понимали, чьи действия привели к трагедии. Поэтому желание Кровавой Ярости отмстить очевидно. Правда, совершенно непонятно, откуда они узнали о точке перехода и не ждут ли меня подобные сюрпризы на других, даже проверенных.

Глава 5

Решение о создании первой крупной магической школы в Англии было в чём-то вынужденным. Одиннадцатый век для чародейного племени выдался тяжелым. Исход сидхе привел к разрушению устоявшихся связей, любых — вассальных, торговых, политических. У простецов менялись королевские династии, все резались со всеми, попутно приходилось отбиваться от вторжений ирландцев и шотландцев. Церковный раскол слабо отразился на жизни Британии, зато вспыхнувшая усобица Священных Домов вызвала чуму, неурожай и множество иных бед.

К последнему десятилетию века даже самым упёртым стало понятно, что дальше так жить нельзя. Слишком много трупов. Стиснув зубы, стороны пошли на примирение, первым символом которого стало основание в тысяча