Церковь плененная. Митрополит Никодим (1929-1978) и его эпоха (в воспоминаниях современников) - Видум

Жил Александр Иванович в небольшом доме, что находится во дворе академии, и студенты часто навещали его. Тогдашнее руководство Академии сделало всё возможное, чтобы поддержать своего профессора: ему выплачивался полный оклад, а чтение лекций по истории Русской православной Церкви было поручено недавнему выпускнику ЛДА – священнику Иоанну Белевцеву.

Скончался Александр Иванович 3 мая 1958 г. на 70-м году жизни. Его вдова работала в читальном зале ЛДА ещё в начале 1970-х годов, и мы, молодые студенты, не подозревали о тех испытаниях, которые довелось ей вынести…

Похожий случай имел место в Московской духовной академии, о чём рассказал в своей книге протодиакон Владимир Русак.

Отец Пётр Бахтин служит на краю Московской области, под Талдомом. Во время Второй мировой войны был лейтенантом, командовал батареей дальнобойных орудий… За мужество, проявленное в боях, получил орден Красного Знамени. Был бы коммунистом – дали бы Героя. Война продолжалась. После длительной политобработки Бахтина всё-таки втянули в партию. По возвращении с фронта он решил поступить в духовную школу. А тут – партбилет. Он несёт его в партком, кладёт на стол.

– Я решил поступить в семинарию, из партии прошу меня исключить.

– …?

Разговор закончился тем, что парторг вдогонку Бахтину выпалил:

– Мы вас ещё найдём. Даже в семинарии.

И он (они) сдержал своё слово. Бахтина нашли. В семинарии. Донос. Следствие. Приговор.

Именем Союза… подсудимый Бахтин П. С., согласно…, приговаривается к высшей мере наказания – расстрелу.

Долгая убийственная пауза.

Учитывая… – судья в осознании своего великодушия к «преступнику» важно смотрит в зал, – заменить двадцатью пятью годами тюремного заключения.

– И поехал этот неблагодарный Бахтин, которому предлагали в своё время прекрасное место в бюрократической машине партийной работы и от которого он отказался, отбывать наказание в не столь далёкие места.

Ни под какую амнистию 58-я статья не подпадала. Что же за преступление он совершил? Убил? Ограбил? Изнасиловал? – Хуже! Расслабился и в кругу своих одноклассников по семинарии рассказал «сомнительную» историю! А донос написал преподаватель Духовной академии Анатолий Петрович Горбачёв, довольно близкий родственник личного секретаря патриарха Пимена. Этот донос с подписью Горбачёва Бахтин видел своими глазами на следствии. Достоверно известно, что на совести Горбачёва восемь (!) доносов, благодаря чему восемь человек в течение многих лет хлебали тюремную баланду, в то время как сам Анатолий Петрович питался с профессорского академического стола. В числе этих восьми и покойный протоиерей Николай Никольский.

Как здоровье. Иуда Горбачёв? Не застревает в глотке кусок колбасы?

Совесть, во всяком случае, у него железная. Она позволяет ему теперь здороваться с отцом Петром Бахтиным, лишь слегка опустив глаза [486] .

В «Горбачёвскую эпоху» в Московской академии и семинарии была введена формулировка: «Уволен как не соответствующий духу учебного заведения». Эта фраза достаточно расплывчатая, и под неё можно было подвести всё что угодно. Не так взглянул на Горбачёва, сказал ему дерзость, ответил недостаточно почтительно, – и всё, через несколько дней студент вылетает с этой формулировкой [487] .

Господь прибрал Горбачёва (не Михаила!) в 1981 г.; по этому случаю в «Журнале Московской Патриархии» был опубликован некролог. Там есть такие строки: «Доцент А.П. Горбачёв проявил себя энергичным, принципиальным, требовательным администратором. Любое порученное ему дело он умел быстро организовать и выполнить» [488] .

… С наступлением Горбачёвской «перестройки» «лёд тронулся», но на его пути то и дело возникали заторы. Так, на «уровне ЦК» был разрешён к показу жутко смелый по тем временам фильм Тенгиза Абуладзе «Покаяние». И вот для студентов ЛДАиС готовится коллективный поход в ближайший кинотеатр «Призыв», как это бывало неоднократно и прежде. (Этот кинотеатр помещался в бывшем Александро-Невском доме призрения бедных духовного звания; Невский пр., д. 176). Состоялся же до этого коллективный просмотр фильма «Мать Мария», а теперь вот тоже название вроде бы церковное – «Покаяние», и речь там идёт о дороге к храму. (В ответ на вопрос неизвестной странницы героиня фильма отвечала: «Эта улица не ведёт к храму». И слышала в ответ: «Зачем нужна улица, которая не ведёт к храму?»). Но «кукловоды» с Литейного всполошились: как бы не началось «брожение умов»! Последовал звонок от уполномоченного, и культпоход был отменен.

Владыка Михаил (Мудьюгин) – соработник митрополита Никодима

Петербург – Ленинград

Ректорскую эстафету из слабеющих рук прот. Михаила Сперанского принял доцент-протоиерей Михаил Мудьюгин (впоследствии – архиепископ Михаил). Интересно, хотя бы кратко, проследить жизненный путь владыки Михаила, ведь на протяжении долгих лет он общался с митрополитом Никодимом как его помощник и соработник. Его жизненный путь интересен и сложен; владыка стал свидетелем почти всех трагических событий XX века. Он целиком «уложился» в XX столетие, со всеми его драмами и трагедиями. Ведь это был «век-волкодав»…

Михаил Николаевич Мудьюгин родился в Петербурге в благочестивой семье служащего 12 мая 1912 г. Семья была верующая, и поэтому он с ранних лет приобщился к Церкви: пел и читал на клиросе, прислуживал в алтаре. Воцерковление будущего архипастыря началось уже в раннем детстве, когда его мать, Вера Николаевна, посещала вместе с ним Александро-Невскую лавру. Оно продолжилось при храме святителя и чудотворца Николая на Песках (Барградское подворье в Петербурге). (Название «Пески» это место получило потому, что туда не доходило ни одно наводнение.) Это был район Рождественских улиц (ныне – всё ещё «Советских»).

Потом Михаил принимал активное участие в жизни Свято-Андреевского Старо-Афонского подворья в Петербурге. В течение ряда лет он вёл на подворье фактически жизнь послушника, правда, ночевал он дома. Потом, будучи уже взрослым, мечтал о том, чтобы служить Богу в Церкви. Основы веры будущий архиепископ постигал в воскресной школе при Александро-Невской лавре. Он был посвящён в стихарь ещё митрополитом Вениамином (Казанским), впоследствии расстрелянным большевиками (1922 г.). В детстве он впитал семейный уклад жизни дореволюционной России и до последних дней сохранял яркие впечатления, под воздействием которых формировалась его верующая душа.

Очень рано у будущего архиерея обнаружились пастырские и проповеднические способности. Ему ещё не было и 18 лет, когда он стал вести уроки закона Божия для детей пяти-шести лет. В 1929 г. он окончил среднюю школу, а в 1930 г. на бирже