Надуй щеки! Том 9 - А. Никл

Девушка на практически не сгибающихся ногах вышла к доске и посмотрела на весь остальной класс, выражая испуг.

— Посмотри в лица всем своим одноклассникам и скажи: ты действительно выучила стихотворение?

Лим Соль уверенно кивнула.

— Ну тогда расскажи его нам, пожалуйста.

Тут девушка обернулась к преподавателю. И Хён заметил, что на её глаза накатили слёзы. Но если он сейчас спустит им это баловство, то они так и будут себя вести на протяжении всех старших классов, а этого он допустить не мог.

Преподаватель был ответственен за дисциплину ровно так же, как и все остальные.

— Тогда послушай меня, — сказал он, стараясь не смотреть в глаза Лим Соль. — Либо ты сейчас что-то делаешь с водой в своей ротовой полости: можешь уйти в туалет, выплюнуть там, можешь проглотить, после чего рассказываешь нам выученное стихотворение, либо я ставлю тебе неудовлетворительную оценку, которая, разумеется, повлияет на твою итоговую оценку.

Из глаз девушки потекли слёзы, но щеки её при этом оставались надутыми.

— Ну что, ставить мне вам плохую оценку? — с невероятным сожалением в голосе проговорил Хён.

И тут не выдержал То Тэян, который уже давно обхаживал Лим Соль и просто не мог потерпеть такого обращения с ней.

Он вскочил, ударил кулаком по парте и гневно посмотрел в сторону преподавателя, но сказать ничего не смог, так как рот его был наполнен водой.

— А вы что вскочили? — учитель Хён даже начал получать какое-то странное удовлетворение от всей этой ситуации. — Может быть, вы хотите рассказать стихотворение? Давайте, выходите, мы вас послушаем.

Но Тэян только поднял подбородок и сел обратно на своё место, после чего просто махнул рукой, мол, ставьте, что хотите.

* * *

Мин Сори спешила, чтобы успеть ко второму уроку. С первого у неё было освобождение.

'Наконец-то, — думала она. — Наконец-то настоящее испытание, где они смогут проявить себя.

А уже многие в городе знали, что те, кто находится в чате «Надуй щеки», отличаются повышенной креативностью. Среди молодых людей гуляли самые натуральные байки по поводу этого чата и его организаторов. Некоторые даже подозревали его в экстремизме или чем-то подобном. Но Мин Сори точно знала, что это не так, а завистливые языки и не такого наболтают.

Подходя к школе, она достала небольшую бутылочку с водой, заготовленную заранее, набрала полный рот воды, отчего её щеки раздулись.

«Ну всё, теперь точно никто не скажет, что я прогульщица и как-то неправильно исполнила поручение Гису Хегая».

С первого урока у неё было освобождение, так как ей необходимо было явиться на плановый осмотр в клинику.

Сердце её, можно сказать, радостно забилось, когда она поняла, что не опоздала на второй урок. Ученики только-только выходили на перемену после первого. И с каким-то теплом и даже удовольствием она заметила, что большая часть учеников Старшей школы Дайвегу, которая выходила на перемену, была с надутыми щеками.

А это означало, что она становится частью большинства.

Но вот её подруга Чон Хаён почему-то не разделяла этого устремления. Когда Мин Сори подошла к крыльцу, то Чон Хаён записывала кому-то голосовое сообщение в телефоне. Щёки у неё были до неприличности впалыми.

«Это может нас поссорить», — подумала Мин Сори.

И тут она увидела Юми из Совета ЮЧП, стоящую на крыльце и оглядывавшую всех. Мин Сори захотелось попасться ей на глаза, чтобы показать: мол, вот, посмотри, я тоже исполняю то, что необходимо.

— О, привет, подруга! — Чон Хаён заметила Мин Сори и двинулась к ней.

У Мин Сори, пропустившей первый урок, возникло внутри даже какое-то отторжение к подруге. «Ну почему она не сделала так, как все? Ведь это же так классно: иметь отношение к чему-то огромному и столь великому!»

— Ой, ты туда же, — Чон Хаён закатила глаза. — Хватит придуряться!

С этими словами она подошла к подруге и силой надавила ей на щёки, из-за чего вода изо рта Мин Сори фонтаном прыснула наружу.

Сначала девушка только могла вдыхать воздух, потому что до конца не осознавала, что произошло, а затем поглядела в глаза подруги. И та даже присела, видя ярость во взгляде Мин Сори.

— Ты что наделала, Чон Хаён⁈ — порычала Мин Сори.

А затем посмотрела на крыльцо и увидела внимательный взгляд Юми, которая с надутыми щеками внимательно следила за ними.

— Ты что наделала⁈ Не подходи ко мне больше.

* * *

— Нет! Вы как хотите, а это абсолютно неприемлемо! — горячился учитель Хён, в учительской.

Там собрались все: и Шивон, и Мун Саён, и профессор Юн, а также Нагикаши. Даже сам Бём Сок пожаловал. Все смотрели на учителя Хёна с пониманием, но в то же время каждый к происходящему относился по-своему.

— Да ну что вы горячитесь, дорогой Хён, — проговорила Мун Саён. — Ну, опять что-то придумали, что-то испытывают. У нас же одна из лучших школ. Понимаете, ученики стараются мыслить нестандартно. Вот и получаются подобные казусы. Вы же не первый день преподаете в стенах нашего учебного заведения.

— Послушайте меня, Мун Саён, — пребывая в ярости, продолжал говорить преподаватель литературы. — Для того чтобы иметь нестандартное мышление, на мой взгляд, нужно понимать, какие решения человечество принимало до того, как ты появился на свет. А для этого нужно много читать, много запоминать. А ничто не работает так хорошо для запоминания, как выучивание стихов наизусть. И теперь вы мне хотите сказать, что срыв моего урока — это фактически какое-то благо?

— Да они не только у вас урок сорвали, — проговорил Шивон. — Две трети учеников вон воду в рот набрали и ходят, давятся.

— Кстати, да, — Бём Сок озабоченно оглядел учителей. — Никто действительно не пострадал от этого?

— Да вроде нет, — ответил ему Нагикаши, — но периодически случаются разные казусы. — Ну вы вот сами попробуйте. Наберите в рот воды и походите несколько часов. Это же не сглотнуть! Ничего. У меня вот на информатике один чихнул — так всё: монитор залит, клавиатура залита. Так ещё и его сосед… скажем так, был совсем не рад.

— Ужас! — учитель Хён помотал головой, словно хотел избавиться от назойливого кошмара и проснуться. — Я думал, только у меня дела плохи.

— Да нет! — махнул рукой профессор Юн. — Это всеобщая зараза.