«Если», 2016 № 01 - Журнал «Если»

Это не твоя вина. Не ты сбрасывал начальству информацию.

И неожиданно ты ловишь себя на том, что смотришь в далекое пространство с редкими звездами — ты игнорировал призыв с пятой базы на Магдалене. Людей, которые благодарили бога за твое появление возле планеты.

Хотя тивари и развиваются уникально на каждой планете, где приживаются их семена, все они вырастают до одинаковой взрослой формы. И они защищают своих, как бы те ни отличались внешне. Вот почему они так яростно сражались, когда люди обнаружили, что тивари проникли за край галактического рукава — отступление означало бы, что они бросают своих.

Ты моргаешь, убирая из глаз слезы. Свет в кабине приглушен, интерфейсная жидкость не перемешивается.

Один глубокий вдох порождает следующий. И еще один. И еще. Руки сводит судорогой из-за гипервентиляции. Ноги разбухают твердыми и болезненными узлами. Задний мозг подсказывает, что твои эмоции глупы. Тивари — всего лишь блохи размером с человека. Ты вклиниваешь паузы между вдохами. Паузы удлиняются, пока дыхание не становится нормальным, и твои руки расслабляются.

Ты слишком высокого мнения о тивари. Много людей поумнее тебя размышляли над этим сценарием и решили поместить тебя туда, где ты сейчас находишься. Они на тебя рассчитывали. Они не ошибутся. Ты не знаешь всего. Это не твоя работа и никогда ею не была. Ты знаешь то, что знаешь — суть и правду. И твоя работа — прогнать тивари.

А теперь твоя работа — выжить.

Ты засовываешь руки в контактные перчатки. Это самое комфортное положение в Черепобое. Ты щелкаешь пальцами, шевелишь кистями, сжимаешь большой и указательный пальцы. Черепобой никак не реагирует. Интерфейсная жидкость светится сапфировой голубизной, пузырится и испускает озон.

Ты четко осознаешь, что истребитель может вернуться в точку сбора даже без пилота. Он это уже делал.

Твой задний мозг ощущает зарождающуюся панику и укладывает тебя спать. Ты не сопротивляешься: до сих пор он сохранял тебе жизнь. Тебе снятся недобрые сны. Когда ты просыпаешься, Черепобой проходит над полюсом Мелвилла-4.

Тивари показывает на тебя, затем вниз на планету. Ты. Планета. Ты не знаешь, как давно она это проделывает. Ее жесты становятся настойчивыми, резкими, указывающими. С твоей точки зрения нуль-пузырь сжал вселенную до размеров кабины. Купол трехмерного поля у тивари пуст. Твой дисплей показывает неподвижное изображение.

Ради эксперимента ты отключаешь стабилизатор изображения, и несколько звезд, украшающих вакуум, начинают подрагивать.

Тивари указывает на тебя, на планету.

Высота твоей орбиты снижается.

Нуль-пузырь медленно погружается в верхние слои атмосферы Мелвилла-4, и его встряхивает на перепадах ее плотности.

Ротовые пальцы тивари раздвигаются. Стекло ее кабины затуманивается. Она вопит на тебя, предупреждает. Если ты не отключишь пузырь в ближайшее время — и это лучший сценарий, — то тебя ждет жесткий удар атмосферы, когда ты это сделаешь. Если ты ухитришься уцелеть после такого, тебе придется уклоняться от столбов вулканических выбросов. Орбита не протянет четыре дня — ты упадешь на планету раньше. Ты хороший пилот, но если затянешь ожидание, то заплатишь за упрямство жизнью.

Она добавляет к жестам новый элемент — дважды указывает, затем поднимает хитиновые руки от органов управления. Она предлагает сделку. Она не будет атаковать. Она признает поражение.

Задний мозг призывает к осторожности. Это уловка. То, что она не станет атаковать, означает, что она может. Выпущенная в упор вертушка, быть может и не успеет развернуться полностью, но свое дело сделает.

Ты на войне.

Она боится.

В поле зрения медленно приближается картина битвы с флотом тивари. Ты включаешь стабилизатор изображения, но все равно трудно сказать, кто побеждает. Кораблей очень много, и все они движутся. Постепенно в этом хаосе становятся очевидны потоки и течения. Облачка тивари преследуют одиночные истребители, которые носятся среди кораблей-сеятелей. С каждым их заходом огненные точки пронзают корпуса сеятелей. Ты замечаешь среди них яркую желтую точку: корабль майора. Он прибыл с подкреплением. Хвост тивари за ним длиннее всех прочих, более четкий. Он заставил их взбеситься.

Ты вытягиваешь руки из контактных перчаток и лупишь по куполу кабины, потом вспоминаешь, что тивари не может тебя увидеть. Она перестала указывать и пристально наблюдает за сражением.

Один из земных истребителей взрывается. Кометный хвост его преследователей рассыпается, чтобы присоединиться к другим. Ты проверяешь реакцию тивари. Ее глаза закрыты чехольчиками. Она сидит в кабине, откинувшись назад.

Ты подносишь руку к кнопке. Задний мозг побуждает нажать ее. Твоя рука дрожит.

И вовсе это не ловушка, как ты подозревал. Тивари не стали бы бессмысленно жертвовать сеятелями. Будь это ловушка, эти корабли уже спасались бы бегством. А они упорно обороняются. Ты нужен своим товарищам, хотя бы для того, чтобы отгонять преследователей от тех, кто еще может стрелять, дать им больше шансов на победу. А когда наступит худшее, ты можешь пойти на таран.

Битва скрывается из виду.

Тивари открывает глаза, смотрит в пустоту, потом на тебя. И постукивает по силуэту человека, вытравленному на стекле ее кабины.

Иногда тивари преследуют пилотов истребителей, когда те прыгают обратно к точке сбора. До этой точки никогда не бывает менее пяти прыжков, и после четвертого, если истребитель все еще не избавляется от погони, он меняет курс и совершает прыжок в полностью заброшенный сектор пространства, а потом самоуничтожается. Задний мозг подсказывает, что тебя ждет такая судьба. Ты подождешь, пока снова не приблизишься к схватке, а потом увлечешь за собой как можно больше противников. Это почетная смерть. Ты заманишь тивари в сторону от базовых планет и от сражения и нанесешь им непоправимый ущерб.

Сухая боль иглами колет за глазами, ползет по затылку, сжимает кулаком основание черепа. Ты проводишь распухшим языком по сухим губам. Пытаешься не думать о воде.

Отключаешь стабилизатор изображения. Звезды на дисплее дрожат.

Их сменяет дым. Он повсюду. Атмосфера планеты поглощает нуль-пузырь. Тивари сидит, упираясь руками в стены кабины.

Стабилизация изображения ей недоступна. И информация поступает к ней необработанной: мозг подсказывает, что ее корабль трясется, хотя пузырь и защищает ее. Она быстро осматривается. Ты ловишь себя на том же. Ты ждал слишком долго и падаешь быстрее, чем рассчитывал. Надо было к ней прислушаться.

Неожиданно дым вокруг исчезает, на дисплей возвращаются немногочисленные звезды. Это был всего лишь вулканический выброс.

Ты хохочешь, пока щеки не становятся мокрыми от