Танец чувств - Ирис Белый

Он вздрогнул, отвел на миг взгляд, а потом вдруг сказал, глядя мне в глаза.

— Я не покупал. Ты заработала свою медаль сама.

— Не лги мне! — сорвалась на крик я. — Я знаю, что ты заплатил судьям за эту победу!

Но по его взгляду я поняла, что он не испытывает вины. Для него это нормально. Он просто не хотел, чтобы знала я, щадя мою наивность и невинность. А я-то дура подумала, что он другой. И спорт для него это искусство, а не заработок.

Развернулась и пошла прочь. Не хочу больше иметь с ним ничего общего. Я вообще понять не могу, почему я тут. Но уйти мне не дали. Он прижал меня к стене и развернул к себе.

— И куда ты собралась?

— Подальше от тебя и от вас всех! — пытаюсь вырваться я — Отпусти!

— А как же контракт?

— А зачем? Ведь все знают, что я бездарь! Так зачем тебе подписывать со мной контракт? Из жалости? А может ты моей маме пообещал? Тогда я освобождаю тебя от этого обещания.

— Да какая к черту жалость? Ты лучшая из всех кого я видел! И я хочу, чтобы ты была у меня! В моей школе! Под моим патронажем!..

— Ну конечно! И ты будешь покупать все новые и новые золотые медали, пока не появится новая наивная простушка вроде меня! — вставила я язвительное замечание, чем заставила его замолчать. Какое-то время он молча смотрел на меня устало и как-то обессилено, а затем заговорил снова:

— Какая же ты дурочка! — голос был нежным и каким-то измученным — Да я купил судей, но я купил не медаль, а шанс, чтобы ты смогла выиграть! Неужели ты не понимаешь, что у тебя не было шанса, и ты разыгрывала не золото, а серебро! Но оно и так твое! В этом я не сомневаюсь и не смей даже спорить об этом! Но я хотел, чтобы у тебя были реальные шансы! Я хотел дать тебе возможность получить золото! Да, я дал взятку ровно столько же, сколько дал… — он запнулся, а потом быстро нашелся и продолжил — покровитель Лены за нее, не больше и не меньше! И просил только об одном — выбрать ту из вас кто, лучше, красивее, профессиональнее танцует! И они выбрали тебя! Понимаешь! Ты лучшая! Серебро было бы твое в любом случае, а вот за золото ты имела право побороться!

Я слушала его и не могла поверить. Значит, все же купил. И неважно почему, главное купил. И это причиняет боль. Но потом, немного подумав, меня вдруг заинтересовало другое, а тем более вспомнились слова Петровского.

— Кто покровитель Лены? — спросила я, уже и так зная ответ.

— Рит, тебе лучше этого не знать. — покачал парень головой

— Просто ответь. — взмолилась я.

— Твой отец. Мне жаль.

Я готовилась к этим словам. Но они все равно ударили в самое сердце. Он не готов помогать мне, но с легкостью платит за Лену.

— Сколько?

— Рита…!

— Сколько стоила моя медаль?

— Пятнадцать тысяч зеленых. Мне жаль.

Как же так. Отец, и предал? За что? Почему так? И где спрашивается родственные чувства?

Юрий тем временем прижал меня к себе стремясь успокоить.

— Все будет хорошо, слышишь? Все будет отлично! Ты еще победишь, и это уже будет твоя победа. Я помогу тебе! Я хотел предложить тебе переквалифицироваться на парные танцы. Через год чемпионат мирового уровня. Мне нужна пара. Хотел взять тебя. Мы получим золото. Мы с тобой вместе. И оно будет твое и не купленное, клянусь!

Но я не могу. Слишком больно и неприятно все это. Чувствую себя грязной и не хочу больше участвовать в этом...

Отталкиваю его, а когда он меня отпускает делаю шаг в сторону.

— Юр, я не могу. Просто не могу! Прости!

— Нет, подожди! Не порть свою жизнь из-за этих подонков! Они не стоят того! Ты же талант, не рой себе яму.

— Не смей этого говорить! Он мой отец, каким бы он не был! Да и ты ничем не лучше, ты же купил мне возможность победить? Так чем ты лучше!

— И ты готова его после этого простить? И при этом осуждаешь меня, того кто пытался тебе помочь? — удивленно переспросил он.

— Да!

Это «да», брошенное с горяча, повисло между нами будто осязаемое. Я сразу пожалела о сказанном, но гордыня не дала мне извиниться. Он же отвернулся и тяжело вздохнул.

— Тогда иди! Но помни, я давал тебе шанс. Понимаешь? Шанс, а ты его упустила из-за глупой привязанности к тому, кто тебя предал!

Развернувшись, бросилась прочь. Он кричал мне что-то, но я уже не слышала и не понимала слов. Просто бежала, куда глаза глядят, пока не упала посреди центрального парка нашего городка.

Поднялась, отряхнула штаны и пошла к скамейке. Остаток дня я просидела на ней не зная куда пойти. Я чувствовала себя ужасно и в то же время понимала, что назад дороги нет, а впереди тоже ничего радостного не ждет. Но вот стемнело. Стало прохладно и даже холодно, поэтому с большой неохотой мне пришлось идти домой.

Дома меня, как ни странно, встречали обеспокоенные мама и Юрий.

— Что он тут делает? — с порога спросила я, сама не понимая своей злости. Сейчас видеть его было просто невыносимо, и мне хотелось только одного, чтобы он ушел.

— Мы уже полдня тебя разыскиваем. Юра помогал, он беспокоится за тебя… — начала мама, но я ее перебила.

— Уходи!

— Рита…!

Не желая ее слушать, поднимаюсь к себе и хлопаю дверью. Меня предали все. Отец, мама и даже Юрий. Все и они еще смеют изображать заботу! В стену полетели туфли, а из глаз полились горючие слезы, и я упала на кровать.

Так, жалея себя и уткнувшись в подушку, пролежала несколько часов, а потом ко мне вошла мама.

— Может поговорим? — поинтересовалась она сложив руки на груди.

— О чем? — безразлично спросила я.

— О твоем будущем!

— Я займусь тем, чем хочу. — тем же тоном ответила я.

— И чем же? — подняла мама правую бровь. Крайняя форма сомнения. Она всегда так делала когда сомневалась.

— Экономикой.

— А как же твой талант? — голос стал усталым, а сама женщина присела на стул возле кровати.

— А он у меня есть? — уже я подняла бровь копируя ее движение.

— Конечно, есть, дура! — вдруг закричала мама. —