Я много жил… - Джек Лондон

Прошу извинить, что я так много говорил о себе, я рад, что Вам лучше. Мне так хочется побывать у Вас, и я приеду, если смогу.

Пока я это пишу, Фрэнк играет на скрипке, а Джонни[17] бесится в комнате как может, поэтому извините за бессвязность письма.

Скажите Тэду[18], я напишу ему через пару дней и попрошу его подробнее объяснить, что это за гимн он мне прислал.

Ваш Джек.

28 января 1899 года

Я убежден, все, что я написал, почти полностью отражает ту мысль, тот образ, который жил в моем сознании. Я знаю, что, если бы я полностью нарисовал образ Мельмута Кида[19] в одном коротком рассказе, то пропал бы смысл создания серии рассказов с этим героем…

Кстати, забыл сообщить Вам в последнем письме, что в списке кандидатов в почтальоны я стою первым[20]. Я получил 85,38 % баллов. Наш почтальон говорит, что меня возьмут почти наверняка. Сначала они берут тебя помощником, долларов на 45 в месяц. Примерно через полгода можно попасть в штат с окладом в шестьдесят пять долларов. Однако может пройти целый год, прежде чем я вообще получу что-нибудь…

Джон Китс писал мисс Джеффри: «Англия рождала самых лучших писателей в мире отчасти потому, что англичане плохо обращаются с ними, пока они живы, и прославляют их после смерти».

Что Вы об этом думаете? Пусть у Вас ни на секунду не возникнет мысль, будто и я зачисляю себя в эту категорию. Себя я считаю неловким подмастерьем, изучающим опыт мастеров искусства и старающимся им овладеть…

КЛОУДЕСЛИ ДЖОНСУ[21]

22 февраля 1899 года

«Предъявите счет компаний» или «Коршун и К0» были бы хорошими заглавиями для Вашего рассказа. Я бы предпочел первое, но мне кажется, если бы Вы немножко поломали голову, то нашли бы еще лучше. Но с самого начала я бы хотел сказать, что я не могу справедливо судить о стиле и вообще ни о чем, если текст не отпечатан хотя бы на машинке. О рукописи, написанной от руки, можно судить только на слух. Но то, что пишу я сам, я оцениваю на глаз. А потому мне приходится все печатать. Под словами «судить на глаз» я подразумеваю следующее: когда кто-то начинает сочинять стихи, он обязательно считает слоги по пальцам, но, набираясь опыта, он постепенно и бессознательно утрачивает эту привычку, а я точно так же взглядом воспринимаю ритм и структуру.

Но вернемся к теме: Ваш рассказ зрелый, в нем есть дыхание грубой жизни, настоящей жизни он посвящен. А посоветовал бы я Вам вот что: вычеркните все прямые ссылки на компанию «Нортон-Дрейк» и добавьте еще тысячу слов, чтобы превратить своих мексиканцев в реальных людей (пока они куклы) и развить образ Маккарти и О’Коннела. Оба они правдивы, но сделайте их еще более убедительными, проникните поглубже в психологию и национальные особенности. Короче говоря, раскройте побольше их миропонимание, характеры и т. д.

На словах трудно объяснить, что я имею в виду. Например, о мексиканцах. Статистика не вызывает эмоций, если подавать ее как статистику. Не рассказывайте, что компания обращается с людьми вот так-то, обманывает их так-то. Пусть читатель узнает об этом через восприятие ваших героев, пусть читатель увидит ситуацию их глазами. Есть много способов, как это сделать, и самый простой — это заставить их разговаривать друг с другом. Пусть они ругаются и изливают свою горечь, рассказывая о несправедливостях, которые творит компания (или так им кажется), о своей ненависти к хозяевам и т. д. и т. п. Ну, вы понимаете.

Кроме того, заставьте нас больше сочувствовать Маккарти. Покажите отчетливее его достоинства, которые Вы, несомненно, имели в виду. Помните, что читателю он неизвестен, а известен только Вам. Для Вас каждый поступок Маккарти — это поступок известного Вам человека, а для читателя же — это поступок Маккарти, которого Вы описали, и т. д.

Что же касается компании «Нортон-Дрейк», то ее осуждает полмира, и по этому поводу написано немало романов. Но это неподходящая тема для беллетристики. Чтобы обличить такую компанию, нужна статья (в 3000 слов) разоблачительная и сенсационная, а вовсе не рассказ, и взяться за это должна газета, — видите ли, на все есть своя манера.

Не нужно давать компаниям их настоящие названия, выдумайте им другие или, еще лучше, говорите отвлеченно. Любой дурак прочтет между строк.

Себя в рассказ не вводите. Я заметил в тексте несколько «я», они режут слух. Пусть он весь будет в третьем лице.

Избегайте повторений (иногда они позволительны, но редко). На стр. 1, в абзаце 3 из четырех слов слово «волны» появляется дважды, замените на «валы» или на что-нибудь другое…

В заключение я хотел бы сказать, что у Вас в этом рассказе есть впечатляющий материал, сильные типы, расовые контрасты, первобытные инстинкты и т. д. Я бы посоветовал Вам все переписать заново. Попробуйте внушить читателю больше сочувствия к актерам трагедии и т. д. Сейчас рассказ неплох, но в нем заложено еще много нераскрытых возможностей. Я понимаю, что переделал все не так, что Вы не поймете меня правильно и не раз назовете ослом и т. д. Но что поделаешь! Мне еще не приходилось заниматься критикой, а поэтому я говорю, что думаю и могу дать Вам хотя бы искренность, по крайней мере. Будь бы у меня возможность поговорить с Вами лично, достаточно было бы нескольких минут, чтобы все стало гораздо яснее…

Остаюсь искренне Ваш