Снегурочка поневоле - Злата Тур

Почувствовав, как слезы подступают к глазам, я, чтобы не показать этого, метнулась в ванную. Надо умыться и остыть слегка. Ведь если я выскажу свои сомнения насчет того, нужны ли такие отношения, то боюсь, что получу неутешительный ответ.

Семейное счастье непросто строится, вспомнила я слова Ларчика. Это она как ребенок из благополучной семьи заявляла: «Машка, запомни! Муж – это голова. А жена шея! И не надо нахрапом добиваться своего. Нужно уметь преподнести свое желание так, чтоб мужчина думал, что это он сам додумался. И еще и гордится будет!»

И я догадываюсь, что она носит в голове эти мысли, чтоб применить их на практике. Но не дома, где немного найдется потенциальных мужей, достойных того, чтоб применять с ними такую тактику. Во всяком случае, в отношениях с ее нынешним парнем она и голова, и шея.

Как назло, закончилась смывка для туши, а пенка для умывания справилась плохо. Так, что, взглянув в зеркало, увидела панду, с темными кругами под глазами.

И невольно позавидовала этим умилительным бамбуковым мишкам. Читала, что в Китае, в питомнике, есть няньки для панд. И в их обязанности входит обниматься и играть с подопечными. Я захотела сама стать пандой, чтоб меня обнимали и создавали мне хорошее настроение. Вот именно сейчас мне, как воздух, нужно было, чтоб меня обняли, утешили, сказали что-нибудь ободрительное. А вместо этого дали понять, что я сама дура. И мой уровень - картошка с котлетой. Можно подумать, что они каждый день этим тартаром наслаждаются. Хотя… Агнессе Леопольдовне, кажется, сырое мясо жизненно необходимо, чтоб на всяких культурных тусовках такие же львицы не съели.

Не знаю, сколько я просидела в ванной, размазывая слезы и жалея себя. Наверно, ждала, когда достойный сын львицы поймет, что мне плохо и попросит выйти. Хоть как-то проявит внимание.

Смирившись с тем, что жалеть меня, кроме меня самой, некому, я решила, как Скарлет, подумать о неприятных выводах завтра.

Надев домашний костюм, я вышла и направилась в спальню за ноутом. Надо было контрольную доделать. Однако не дошла.

- Маша, иди сюда, - донесся голос Занского из кухни. Даже про себя мне не хотелось уже называть его по имени.

Приготовившись к очередному неприятному высказыванию, я поплелась на зов.

- Вот. Сварил картошку с сосисками. Открыл форельку. Надеюсь вкусно. И пока ты мылась, сходил за пирожными. Попьем чай. Ты ж в ресторане ничего не ела, - стоявший посреди кухни Альберт, в моем переднике, показал на накрытый стол.

Пшик! Моя обида лопнула, как выдутый пузырь от жвачки. Льдинки в душе растаяли, и меня чуть опять не пробило на слезы. Эмоции разрывались между «Ну и гад же!» и «Боже, как это мило!»

А разум помалкивал в сторонке, потому что тоже не мог определиться, что лучше. Слова извинения и утешения или поступок, который для данного человека можно считать геройским.

Я выбрала второй вариант и решила следовать советам Ларчика. И уже начала строить далеко идущие планы, так как определенно, жизнь наладилась. Правда, Новый год внес серьезные коррективы…

Глава 7

- Аль, мы закажем доставку или поедем сами в супермаркет? – весело чирикаю я, планируя праздник.

- У меня есть имя, данное родителями. И, по-моему, вполне благозвучное. Я тебе говорил как-то об этом, - недовольно поджал губы мой любимый мужчина.

- Ну должны же быть ласковые прозвища у пары? Альберт – это сухо и официально. А Медвежонок и Пусик мне как-то претит. Такое слюняво-пошлое, - миролюбиво поясняю свою точку зрения.

- А я считаю прозвища – это мещанство и примитивность. Ты Мария и Маша. Зачем я должен опускаться до уровня приматов? Это в зоопарке или в цирке зверюшек подзывают – иди сюда, лапочка или там сладенький! Меня вполне устроит, если ты будешь обращаться ко мне, как моя мама к отцу: «Дорогой!». Раз уж Альберт для тебя сухо.

Алик встал не с той ноги, прячьтесь домочадцы! Нет, он, конечно, не тиран и деспот. Просто жуткий педант, и для него не существует мелочей. Но своего мужчину нужно или принимать со всеми его тараканами, или с ним расстаться.

Я уже принимаю. Тем более, что в остальном он совершенно положительный. На работе выкладывается по полной. Огромная ответственность плюс работа с людьми. Это всегда выматывает. Поэтому я стараюсь не обращать внимания на его периодическое брюзжание. Ведь маска сурового начальника крепко прилипает.

- Хорошо, дорогой! – уступаю, как всегда, потому что кто-то же должен в семье это делать. Я и раньше считала, что спорить по мелочам – это глупо и не приведет ни к чему хорошему. А следуя наставлениям Ларчика усвоила, что пытаться подчинить мужчину – это превратить совместную жизнь в бои без правил. Главное, чтобы… ой, масло масляное… Главное, чтобы в главных вопросах считались с твоим мнением. А не так что: «Я уважаю твое мнение, если оно совпадает с моим».

Получаю одобрительный кивок и улыбаюсь про себя. Ну право, как ребенок!

- Дорогой, ты не ответил на мой вопрос. Мы сами в супермаркет поедем за продуктами или закажем доставку? – возвращаю любимого к теме подготовки к Новому году.

- Ну если все есть в доставке, то зачем мы будем толкаться по очередям? Это же очевидно. Кстати, что ты планируешь готовить? Придут мои родители, - многозначительно напомнил он.

- Я не забыла, - тщательно скрывая, что от этого факта у меня во рту будто уксус появляется, ответила я и продолжила: - Из холодного. Мясная нарезка, сырная тарелка, рыбная нарезка. И к году Дракона я нашла салат «Дракон», там все просто – рис, кукуруза, ветчина, огурец, лук, яйца, майонез, потом формируем тушку дракона, засыпаем тертым сыром, зеленью, украшаем каперсами …

- Маша, если мне нужно будет узнать рецептуру, я открою кулинарную книгу, - прервал он мой поток гурманского восторга. – Я про блюда.

- Оливье, - отчеканила я, немного обидевшись на его резкость.

- Какое еще оливье? – вздернул он бровь.

- Классическое. Ты, что, никогда не ел оливье?

Альберт мученически воздел очи к потолку, изображая: «Ой, все!»

- Вот не зря говорят: «Можно вывезти девушку из деревни, но деревню из девушки вывезти нельзя!» Давай, удиви маму холодцом, селедкой под шубой! Что там еще?

Хотелось привести как аргумент слова из мультика про богатырей: "Оливье не