Неспящие - Барбара Морриган

– Пока моя императрица изволит снизойти до свидания со своим верным старым псом Милией.

Аврора рассмеялась, казалось, впервые за последние дни. Они остановились в беседке в дальнем конце рощи и опустились на резную скамью, по поверхности которой игриво скакали солнечные зайчики.

– Так что же, так и будете меня томить, эйра Верро?

– Да провалиться мне на этом самом месте, если я однажды посмею играть с вами. – Рядом с Авророй Верро Милия становился настоящим франтом. – Разве что только чуть-чуть. Но оставим это для прогулок под луной. Я пришёл поговорить о тех, кого ваша генерал так сильно боится… Пусть и не показывает этого.

– Вот как, – насторожённо распрямилась императрица. – Тогда я внимательно слушаю.

– Как вы знаете, ваши преданные ищейки под моим чутким руководством уже давно занимаются этим вопросом. И, кажется, мы наконец-то что-то нащупали.

Вот уже два года мирахская обитель искателей была оплотом высшего таинства. Пока имперские воины сражались на передовой, серые мундиры ежедневно вели войну, неведомую никому из «простых смертных», – войну с главным охайским секретом. Когда среди воинов змеиного народа появились люди с чудесными способностями, это переломило ход войны, не оставив аструмцам ни шанса. И какой бы богопротивной ни казалась имперцам идея бросить вызов самой природе, они не могли оставить колдунов без внимания. Выживших охайских пленных держали на Храмовом Острове в Море Истоков. Искатели буквально прописались на нём, что вызывало негодование салий, старавшихся сохранять нейтралитет и заботиться о своих гостях – поддерживать в них жизнь и пытаться обратить к свету Звёзднорождённых. Так проявилось великое аструмское милосердие во всей своей красе, чем не могли похвастаться охайцы: империя настолько сидела у них в печёнках, что пленных они предпочитали не брать совсем. А аструмские газеты и вовсе пестрели заголовками о зверствах, которые змеиный народ учинял над их соотечественниками, оказавшимися в плену. Люди охотно верили всему, что видели на первой полосе, и смаковали ужасы войны с особым энтузиазмом. Они ненавидели её, они её боялись, они ждали её конца… Но не упускали возможности окунуться в строки, написанные кровью, заботливо культивируя свою ненависть. По этой причине салии вызвались заботиться о пленных: в стенах острова они точно будут в безопасности, укрытые от патриотических порывов аструмцев, которые порой переходили черту, стремясь свести личные счеты и выместить обиды. Годы войны ожесточили оба народа, и некоторые даже после пленения продолжали видеть перед собой врагов. Салии же стремились отгородить вчерашних противников друг от друга, не давая тем, у кого сил больше, выместить накопившуюся злобу на тех, чье положение ныне стало более уязвимым, что в будущем должно было избавить имперцев от захватывающей народной забавы, именуемой трибуналом. Искателей салии впускали к себе с большой неохотой, но серым мундирам нельзя было просто сказать «нет». Хранимые дланью императрицы, они были вхожи во все дома Аструма, и не существовало в мире ни одной тайны, к которой им было бы не позволено прикоснуться. Салии были вынуждены раз за разом позволять искателям общаться с пленными, не спуская внимательных взоров с проворных ищеек. Хоть палата искателей и была окутана особой таинственностью, слухи об их методах ходили весьма красноречивые.

– И что же вам удалось узнать? – в нетерпении спросила Аврора, щурясь от солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву.

– Не так много… Но уверен, скоро нам откроются совершенно новые горизонты. На прошлой неделе случилось кое-что очень важное. Нашими учёными был проведён опыт по смешению охайской крови с кровью нашего добровольца.

Услышав это, Аврора нахмурилась. Завести родство с охайцами – далеко не главное, к чему она стремилась. Одна мысль о том, чтобы естество змеиного народа проникло в священную аструмскую кровь, вызывала неприятную дрожь. Искатель понизил голос, но не мог сдержать воодушевления:

– …Он пришёл в себя и здравствует. Но – что самое важное – он наконец явил то, чего мы все так ждали. Этот человек зажёг свечу одним прикосновением, можете себе это представить?

– С трудом, – призналась Аврора. – Что же вы хотите сказать? Значит ли это, что мы сможем дать достойный ответ охайцам?

– Это зависит от вас. Нам нужно больше добровольцев, чтобы убедиться в успешности опыта. Если вы позволите, мои люди смогут продолжить исследования. Вероятно, пострадавшие солдаты станут хорошим выбором на эту роль, – предложил эйра Верро. – Для них это будет шансом ещё раз послужить на благо империи.

– Это безопасно? – не могла не спросить императрица.

– Наука, знаете ли, сложная вещь, – ушёл от ответа искатель. – Пути её порой неисповедимы. Потому я и предлагаю вам выбрать для этой задачи тех, кто уже пострадал за родину и готов и дальше отдавать ей священный долг.

– Тех, кого уже не жаль, так ведь? Это вы хотели сказать?

Аврора поджала губы и впилась в Верро Милию пронзительным взглядом каштановых глаз.

– Не делайте из меня монстра, милая Аврора, – мягко улыбнулся он. – Я забочусь о нашем народе не меньше вас. Но никогда ещё великие дела никому не давались за бесценок. Тем не менее я готов поклясться, что мои люди позаботятся о бравых солдатах великого Аструма. Не воспринимайте это как их жертву, хоть мы и должны учитывать риски – это прекрасная возможность. Уникальная.

– Не уверена, одобрят ли это Звёзднорождённые, – задумалась императрица.

– Под Звёзднорождёнными вы понимаете верховную салию и императорский совет, верно? – хитро сощурился Верро Милия. Авроре нечего было возразить: искатель был прав. Она верила в божественное провидение и знала наверняка: боги вели её по пути мира и согласия со своим народом. Все решения, что шли от сердца, – верные, и иначе быть не могло. Но вот совет часто считал иначе. Они привыкли к своему тёплому болоту старых порядков и протоптанных троп.

– Подумайте, моя императрица. Одобрят ли боги, если империя падёт и змеиный народ потоком хлынет на наши земли? Понравится ли Хрону, если здесь начнут возводить храмы Двенадцати? Будет ли Этерн танцевать как прежде, когда его маковые поля затопчут сапоги этих дикарей?

– И нет другого пути?

– На войне только два пути, дорогая Аврора: победить или потерпеть поражение. И сегодня мы стремительно приближаемся ко второму. Скоро война высосет все соки из нашего гордого дома: поезда остановятся, люди оголодают, а звёзды перестанут светить тем, кто не сумел принести победу своим небесным защитникам. Хотите ли вы такой кончины для Аструма?

– Нет… Конечно, нет. Думаю, в таком случае нам и правда стоит попытаться, – согласилась Аврора, вырвавшись из плена раздумий. – Сколько времени понадобится, чтобы сделать отряд… необычных воинов?

– Мои люди рассчитывают на два