Дар Юпитера - Тимоти Зан

Фарадей медленно повернулся и посмотрел на Гессе. Тот уставился в пол, мучительно стиснув губы.

— Вы вроде бы говорили, что она никогда не руководствуется соображениями мести.

— Вы не понимаете, полковник, — хрипло ответил Гессе, не в силах поднять взгляд и посмотреть Фарадею в глаза. — Я сделал это ради вас.

— Конечно, — сказал Фарадей. — Ради меня.

— Он прав, — подтвердила Лайдоф. — Против вас лично, полковник, я ничего не имею, хотя сомневаюсь, что это распространяется на всех. Но, как вы верно заметили, у вас есть имя и престиж, и это делает вас опасным как для меня, так и для проекта «Подкидыш» в целом. Вас нужно было как-то нейтрализовать.

— Конечно, — повторил Фарадей. — И самый лучший способ — отдать меня под суд за измену.

— Нет. — На этот раз Гессе впервые посмотрел Фарадею в лицо. — Этого не произойдет.

— Почему же? Потому что тщательное расследование даст козыри в руки ее оппонентам в Совете Пятисот?

— У моей фракции нет оппонентов, полковник, — заявила Лайдоф. — По крайней мере таких, кого можно рассматривать как серьезную угрозу. Все эти разговоры о наших разногласиях были лишь частью паутины, которую, по моему указанию, мистер Гессе сплел в ваших же интересах.

— Возможно, и так, — возразил Фарадей, — но это может стать реальностью быстрее, чем вы думаете. Или вы в самом деле верите, что Совет Пятисот будет сидеть сложа руки и смотреть, как вы применяете против джанска ядерное оружие?

Лайдоф фыркнула.

— Не порите чуши. Я не собираюсь использовать против джанска ни ядерного, ни любого другого оружия.

Фарадей состроил гримасу.

— Значит, это просто была еще одна уловка. Сколько, однако, времени и энергии вы потратили, чтобы стереть меня в порошок!

— Не льстите себе, полковник, — сказала Лайдоф. — Мои приоритеты совпадают с приоритетами проекта «Подкидыш»: найти местоположение звездолета джанска и завладеть им. Все остальное второстепенно. В том числе и вы.

— И никто не собирается стирать вас в порошок! — страстно воскликнул Гессе. — Мы хотим одного — чтобы вы сотрудничали с нами.

— Я думал, вы добиваетесь, чтобы я молчал, — сказал Фарадей. Внезапно ему в голову пришла еще одна мысль. — А что, «Немезида-6» на самом деле летит сюда?

— Неплохо, полковник, — одобрительно заметила Лайдоф. — Да, генерал Ахмади будет здесь на следующей неделе, и тогда мне понадобится ваша санкция на использование ядерного оружия.

У Фарадея перехватило горло.

— Вы, кажется, сказали, что не собираетесь нападать на джанска.

— Я и не собираюсь. Мы взорвем бомбы одновременно в изолированных областях у северного и южного полюсов Юпитера, где джанска не живут. Анализ ударных взрывных волн, как прямых, так и отраженных, позволит, как мы надеемся, определить местоположение звездолета.

Фарадей кивнул. Вот, значит, в чем состоял план. Чисто научный эксперимент, политически ничем не угрожающий Лайдоф. В особенности если учесть, что Совет Пятисот, без сомнения, уже одобрил его.

И Гессе все было известно с самого начала.

— Чисто сработано, — сказал Фарадей. — У меня нет союзников, мне абсолютно не в чем вас обвинить — ведь вы не нарушаете никаких законов и этических норм, — и когда вы передадите состряпанный вами документ в прессу, у меня не останется даже репутации. — Он перевел взгляд на Гессе. — Как вы сказали? Все это делается ради меня?

Лайдоф не дала Гессе ответить.

— Не сердитесь на мальчика, — проворчала она. — Повторяю, вас требовалось нейтрализовать, и не важно, каким способом.

— Но желательно самым унизительным?