Возвращение ковчегов - Дженнифер Броуди

Волосы на загривке встали дыбом; она тщетно пыталась высвободиться. Противников вроде всего двое, но куда ей до них! Телосложением они намного превосходили Ищунью: крепкие кости, вспученные и обвитые венами мускулы.

– Никак Ищунья, – сказал первый, обнюхивая ее мордочку.

В ноздри ударил гнилостный запах, и она узнала говорившего – Кусаку. Ищунья завертелась отчаянней.

– Эй, а ну с дороги, – толкнув Кусаку, прорычал второй. Вернее, вторая – это была самка по имени Хвата. – Хватит мять эту хилячку. Жрать хочу, дай кусок оттяпаю.

– Я тебе оттяпаю! – прорычал в ответ Кусака, отталкивая ее. – Пока не найдем Крушилу, не кусочничай! Он любит получать обед целеньким. Любит вонзить в него зубы, пока кровь горяча. – Он поволок Ищунью в тоннель. – Вот что бывает с грязными хилами, когда они подношений не приносят.

– Ну ладно, кусочков рвать не стану, – угрюмо согласилась Хвата. – Но Крушила мог бы и наградить нас. Эту хилячку нелегко было отыскать. Мы три дня ее по тоннелям выслеживали.

– Наградит, – заверил ее Кусака. – Ты только не жадничай.

При упоминании вождя силов Ищунья задергалась в слепой панике. Сильнейший из стаи, его боялись все хилы. С ее губ слетел слабый стон, на языке ощущался солоноватый привкус. В голове мелькнула отчаянная мысль: «Дверь в Стене».

Ищунья вспомнила, как все тряслось и грохотало, когда открывалась дверь. Как дрожал под ногами пол, как в животе все сжималось, а уши закладывало. Вспомнила вонючий Свет, обжигающий глаза и кожу. Вот почему она пропустила подношения, и вот почему ее не могли отыскать. Ищунья вошла в Кати-комнату и поднялась в Светлый Край.

Кусака держал крепко, вырваться шансов не было. Извернувшись, Ищунья в отчаянии сказала:

– Я нашла… Дверь в Стене!

Кусака чуть ослабил хватку.

– Лжешь, хилячка! Никто не знает, где Дверь в Стене… может, ее и нет вовсе.

– Вертлявая какая, – согласилась Хвата и ткнула ей в щеку когтем. – Врешь, хилячка? Если врешь, глотку тебе вспорю.

– Нет, не вру! Клянусь! – заскулила Ищунья, уворачиваясь от когтя. – Я нашла Дверь в Стене… За ней Кати-комната… А наверху Светлый Край!

Кусака фыркнул:

– На кой нам эти двери в стенах и катающиеся комнаты?

– Да, на кой они? – поддакнула Хвата и глубже вонзила коготь в щеку Ищунье. – Нам бы слопать тебя, вот и все. Может, прямо сейчас и начнем?

Ищунья сдавленно вскрикнула. Хвата помедлила, и Ищунья, уловив момент, высвободилась.

– Вечно Крушиле все самое вкусное, правда же? А вам объедки. Когда последний раз вы набивали брюхо?

– Набьем, – прорычал Кусака, – когда тебя слопаем.

Ищунья оттянула обвислую кожу на боку.

– Одни кости, ребра торчат. Плохая из меня еда.

– Хилячка дело говорит, – заметила Хвата. – Она дохлая. Отдадим ее Крушиле, и все мясо достанется ему, а нам – шиш. Он и правда все лучшее себе забирает.

– То-то и оно, – сказала Ищунья. – Смотрю на вас… худенькие…

– Ты кого худеньким назвала? – огрызнулся Кусака.

Ударом кулака он сбил Ищунью с ног. В ее глазах полыхнуло белое пламя, в голове зашумело, но оно того стоило. Силы растерялись, неуверенность в них проросла, точно корни сквозь камень. В их мире действовал один закон: выживает сильнейший, – но даже силы, потеряв бдительность, могут стать хилами.

Хвата расстроенно ходила из стороны в сторону.

– Хилячка права! Крушила хапает лучшее, а нам – только хрящики да огрызки! Вождь не хочет, чтобы мы стали большими, как он. Ведь тогда мы заберем власть, а ему это не понравится, так?

– Да, так, – согласился Кусака. – Совсем не понравится.

Ищунья встала на ноги.

– В Светлом Краю живности больше, чем в Темноте под Землей! Могу подняться туда и поохотиться. Я хорошо умею искать. Вы набьете животы, окрепнете, как Крушила.

– Ты принесешь нам мясо? – облизнулся Кусака.

– Не доверяю я этой хилячке, – прорычала Хвата, ходя вокруг и принюхиваясь. – Слопаем ее, пока можем. Сейчас.

Тоннель снова погрузился в тишину. Силы думали. Ищунья, конечно же, сама не знала, правду говорила или наплела небылиц. Наверху она пробыла совсем недолго, а потом поспешила вернуться в спасительную тень Кати-комнаты. Есть ли в Светлом Краю живность, знать она не могла. Однако рискнула бы и выбралась туда снова, лишь бы избежать верной смерти от рук Крушилы.

Прошу, молила про себя она. Прошу, сохраните мне жизнь!

– Пусть Крушила решает, – произнес наконец Кусака.

* * *

Ищунью бросили у подножия алтаря, и она ударилась плечом. Морщась от боли, она приоткрыла глаза. Ее омывало зеленоватым светом, источником которого был Золотой Круг. Святая реликвия лежала в каменной нише, металлическая поверхность мерно пульсировала светом, озаряя пещеру. Напротив сводчатого прохода в одной из стен стоял огромный обсидиановый трон. Пол усеивали косточки – остатки трапезы, скоро их отсюда выметут хилы.

Кусака и Хвата склонились перед Золотым Кругом.

– Свет во Тьме! Да не угаснет Он, пока мы живы…

На пол пещеры легла гигантская тень. Резко обернувшись, Ищунья отпрянула в страхе.

– Смотрю, вы мяса принесли, – прорычал Крушила, пригибаясь в дверном проеме. Он был по меньшей мере вдвое крупнее любого сила: огромные челюсти, черная-черная шерсть. Нависнув над Ищуньей, он стрельнул взглядом в сторону слуг и сощурился.

– Чего тянули? – прорычал он, обнажив зубы. – Я уж хотел за вами Рубаку послать! Может, мне эту хилячку вами закусить?

Кусака и Хвата озабоченно переглянулись.

– О Крушила, Сильнейший из силов, – склонившись перед вожаком, взмолился Кусака, съежившись от страха. – Хилячка нам поведала кое-что, и мы решили, ты тоже захочешь услышать…

– Ох, смотрите, если брешет! – отрезал Крушила. – Эту хилячку зовут Ищунья, но лучше бы ее звали Брехунья. Я предупреждал, ей веры нет.

Ищунья заскулила от страха. Испугались и Кусака с Хватой.

– Она будто бы Дверь в Стене отыскала, – дрожащим голосом произнес Кусака.

– Невозможно! – взревел вожак. Жилы у него на шее взбухли тугими канатами. Он принялся мерить пещеру шагами; по стенам металась его тень. – Дверь давно потеряна! Никто не знает, где она! Хилячка водит вас за нос…

– Я правда отыскала Дверь! – вскочила на ноги Ищунья. – О могучий Крушила, могу доказать! За Дверью – Светлый Край! Я поднимусь туда и принесу свежего мяса. В Светлом Краю живности больше, чем в Темноте под Землей.

Крушила задумчиво облизнулся. Кусака и Хвата пристально следили за разговором и ждали, что скажет вожак. Сердце Ищуньи отчаянно колотилось, голова кружилась, ее подташнивало. Да еще в животе, как на грех, заурчало. Наконец Крушила своим рычанием разорвал тишину: