Вспомнить все - Вадим Тарасенко

– Так… Ну этого и следовало ожидать. Теперь старушка Европа окончательно спрячет свое невыразительное личико под паранджой. – Президент США на несколько секунд задумался. – Что ж, Билл, на Европе можно смело ставить крест, – наконец сказал он.

– По-видимому так, сэр.

– Что ж, из этого в дальнейшем мы и будем исходить… Ладно, теперь-то у тебя все?

– Да.

– Хорошо, держи меня в курсе всех дел, – экран монитора погас – Президент в Овальном кабинете прервал связь.

Билл Ред еще несколько мгновений всматривался в темный экран. Какое-то тревожное чувство царапнуло мозг.

«Что-то с этим самолетом не так. Провести серьезную операцию, захватить аэробус, и все ради освобождения уличной шпаны? Это, как говорят русичи: «Из пушки по воробьям». Нет, что-то тут не так», – Билл Ред нажал одну из клавиш на видеофоне.

Тотчас же на мониторе появилось лицо начальника оперативной группы по ведению переговоров с террористами.

– Алекс, что там у тебя?

– Пока ничего. Они изменили курс и летят на Портленд. В переговоры с нами не вступают.

– Ладно, пусть сядут, а там посмотрим. О малейшем изменении обстановки немедленно докладывай.

– Слушаюсь, господин директор.

«И все же что-то с этим самолетом не так».

Йеллоустонский национальный парк.

Район пещеры «Пасть Дьявола».

11.25 по местному (горному) времени.

– Где он?!

– Боря, о ком ты? – Фекла встревоженно смотрела на парня.

– Где эта мразь, убившая моего брата? – Русич вскочил на ноги и решительно шагнул к лежащему в нескольких метрах от него негру, принесенному в вертолет вместе с остальными.

Дорогу ему преградил Боб Камински:

– Борис, успокойся! Эта мразь нам еще нужна. Возле «Пасти Дьявола» он что-то прятал. И это что-то он так рьяно защищал… – в глазах американца мелькнул испуг, – может, бомбу, о которой ты говорил…

Не сговариваясь, русич и американец бегом бросились к изрыгающей смрадный газ и пар пещере.

Подбежав к ней, Камински выхватил из кармана какой-то прибор и нажал на нем кнопку: Тот стал издавать цокающие звуки, и на нем замигала красная лампочка.

– Где-то тут источник электромагнитной энергии, – торопливо пояснил американец, не отрывая глаз от небольшого экрана на приборе.

Шаг, еще шаг. Цокающие звуки слились в тревожный протяжный свист.

– Здесь, – мужчина присел на корточки рядом с небольшим валуном. Осторожно положил на него руку.

– А если под ним бомба? – Борис присел рядом с Каминским.

Цэрэушник еще раз взглянул на прибор и отрицательно махнул головой:

– Не думаю. Радиоактивный фон не фиксируется, следы взрывчатых веществ тоже. Да и для бомбы слишком большое электромагнитное излучение.

– Радиопередатчик?

Американец задумчиво взглянул на русича. По его лицу мелькнула догадка.

– Там радиомаяк, – тихо проговорил он и тут же громко закричал: – По этому месту будет нанесен ядерный удар! – Мужские руки с силой рванули валун.

Тот откатился, открывая под собой небольшое углубление. Едва взглянув в него, американец схватился за телефон.

Лэнгли. Рабочий кабинет директора ЦРУ.

14.40 по атлантическому времени.

– Господин директор, – на экране монитора возникло лицо начальника оперативной группы по ведению переговоров с террористами Алекса Дюрана. На его лице было написано смущение.

– Что случилось?

– Не знаю, господин директор. Особого ничего не произошло…

– Алекс, не тяни резину. Я же тебя знаю. Что в действиях террористов не так?

– Они заявили, что летят в Портленд. Но их маршрут на несколько градусов, точнее на три с половиной градуса, отличается от нужного.

– Так… – директор ЦРУ Билл Ред потер рукой лоб, – их реальный маршрут проходит над каким-нибудь стратегическим объектом?

– Я сразу же это проверил, сэр. Ничего на их пути нет. Даже наоборот, если бы они летели правильным маршрутом, то пролетели бы недалеко от Митчелловской атомной электростанции. А так они уклоняются от нее. Такое впечатление, что они решили посмотреть на Гранд Каньон в Йеллоустонском парке.

– Они будут пролетать над Йеллоустонским парком?

«Черт, там только что произошел инцидент с Ковзаном. И этот самолет изменяет курс и летит туда же…» – от какого-то нехорошего предчувствия лоб покрылся испариной.

– Да, сэр. Но там же ничего нет!

Директор ЦРУ ответить не успел. Коротко взвизгнул сигнал срочного вызова, и в верхнем правом углу монитора появилось встревоженное лицо секретаря.

– Сэр, информация от группы Ларионова. Код важности – три ноля!

– Соединяйте!

«Я так и знал», – мелькнуло в голове у Реда. Впрочем, что он так и знал, директор ЦРУ так и не успел додумать – в кабинет ворвался тревожный голос, едва не переходящий на крик. На мониторе видеофона тотчас появилась фотография говорившего, фамилия, звание, персональный код.

– Сэр, говорит агент ЦРУ Боб Камински. Персональный код 34AB88RT654K. Важная информация – при осмотре места происшествия нами обнаружен радиомаяк. Ковзан выдвинул предположение, что по этому месту будет нанесен ядерный удар с целью провоцирования извержения супервулкана.

– Какой ядерный удар? Что за бред! Вы что, считаете, что кто-то осмелится нанести ядерный удар по Соединенным Штатам? Да если бы и осмелился – для ракеты метка не нужна! Не с самолета же бомбу будут бросать…

И тут мозг, натасканный на анализ глобальных проблем, наконец-то сложил головоломку.

– Будь на связи, – едва сумел из себя выдавить Ред, а между тем его пальцы лихорадочно набирали код прямого доступа к Центральному компьютеру ЦРУ.

На мониторе вспыхнуло: «Прямой доступ получен. Введите приоритет задачи».

Указательный мужской палец тут же лихорадочно отстучал три ноля – высший приоритет.

«Введите запрос», – Центральный компьютер невозмутимо вел диалог с человеком.

И, прикусив от волнения губу, директор ЦРУ отстучал: «Взрыв китайского бомбардировщика в Тайваньском проливе – Йеллоустонский парк – супервулкан – радиомаяк – захват террористами самолета "Париж – Лос-Анджелес" – изменение курса на Портленд». Нервный удар по клавише, дающей отмашку электронному мозгу.

И уж если человеческий мозг решил эту головоломку, то тысячи терабайт искусственного интеллекта уж тем более, особенно если почти все уже было разжевано…