Последний Эсхатон - Спутник

Взгляд устремился на станцию «Эйткен». В голове возникали воспоминания, как она стояла прямо здесь некоторым временем ранее. Тогда Первая станция была полностью покинута из-за Бури, что проносились в этом регионе. Теперь Бури не было, и находится здесь было безопасно. Одно только интересовало: кто же смог отбить последний живой оазис в этой черной пустоте? Изгои или Империя? Ответ на этот вопрос её очень удивил.

Эмелис подошла ко входу внутрь, и из стены высунулся датчик. Но теперь он не собирался считывать идентификационный номер Эмелис, а просто уставился ей в лицо, и долго-долго разглядывал его очертания. Наконец её пропустили внутрь, она прошла стандартную процедуру дезинфекции, и тогда вошла под купол «Эйткена».

Внутри станции её встретили люди. И не просто люди, а сама Элизабет, в компании с кем-то из своих новых поданных! Как только Эмелис появилась на Луне, на всей станции сразу поднялась огромная шумиха. Она дошла и до королевы Изгоев, и та решила встретить девушку лично.

«Как же хороша, что она жива» — подумали они обе друг об друге. Однако Элизабет была холодна, и на призыв к легким объятиям ответила отстраненностью. Элизабет хотела что-то сказать, но Эмелис её перебила.

— Я что-нибудь придумаю… я знаю, что происходит! Не рассказывайте, не тратьте времени напрасно! Мне срочно нужно найти Сола! — произнесла Эмелис, а при упоминании Сола Альма-матер хотела было возмутиться, но решила напрасно не встревать.

Голос Элизабет стал ещё в два раза тише, стал ещё более хриплым и мрачным. В обществе людей, после пожизненного заточения в Тихом Лесу, ей приходилось туго.

— Эмелис, постой, расскажешь нам всё по прибытию в дом советов. Сейчас прилетит автомобиль, и мы направимся прямо на закрытое слушание по нашему делу.

Девушка замолкла, и молча рассматривала Элизабет. Та выглядела не весело, но также аристократично, как и при первой встрече. Однако странной деталью было то, что под кожу на шее был введен какой-то чип.

— Извините меня за вопрос, но что у вас на шее? — заинтересовалась Эмелис.

— Это миниатюрный детонатор. Он есть у всех членов состоявшегося совета. Если погибнет хоть кто-то из нас, то за ним погибнут и остальные. Мы разработали его во избежание диверсии.

— Радикально, — заметила Эмелис, и почему-то подумала, что подобная идея могла прийти на ум одним только Изгоям. Потом она загадочно улыбнулась.

Автомобиль прилетел, и из него вышел приятного вида шофер, что открыл двери девушке и даме, и жестом пригласил внутрь. Он протянул королеве руку, помогая ей подняться по трехступенчатой складной лестнице. Также он помог подняться и Эмелис, а когда они обе расположились в автомобиле, он закрыл дверь и вернулся на своё место. Автомобиль начал движение. Альма-матер также молчала, и не хотела отвлекать Эмелис от её мыслей. Поездка, однако, была не долгой.

Шофер подъехал к лицевой стороне здания, к которой была обращена статуя первого основателя Первой станции. Водитель вышел из машины, и помог вылезти Эмелис и Элизабет, и бросив пару льстивых слов, поспешил сесть обратно и уехать.

На улицах не виднелось ни души. Все попрятались по своим временным жилищам, или затаились под толщей Луны, думая, что это их всех спасет. Швейцар открыл двери королеве и Эмелис, и пропустил их внутрь. Внутри дом советов выглядел поновее его облика снаружи. Видно, совсем недавно в нём делали ремонт.

— Сейчас мы встретимся с Белым, и вместе с ним пройдем в зал для бесед.

Девушка будто ослышалась, но Элизабет повторила фамилию Императора во второй раз.

— Император Белый? Он здесь? Он выжил? — начала недоумевать Эмелис.

— Выжил, как и большая часть его людей. Вражда ушла на второй план. Поднят вопрос о выживаемости всего человечества, дорогая Эмелис Рейн. Нам всем пришлось на время забыть тот случай у орбиты Альтры. Кстати, спасибо тебе… боюсь, мы бы не успели оцифровать всех желающих людей. Как жаль, что это всё-таки пришлось сделать.

Оцифровка всё-таки состоялась. Даже несмотря на то, что Течь была закрыта, а Буря пропала. Это был ещё один неизбежный рок судьбы.

Эмелис стояла как статуя, как только увидела приближавшуюся громоздкую фигуру Императора. Он шел без сопровождения, совсем одинокий. На шее у него был такой же детонатор, какой был и у Элизабет.

Император молчал. Ожидаемо. Элизабет поняла, что он так и продолжит молчать, и отозвала свою прислугу, которая прицепилась к ней, как только они вошли в дом советов. Тогда Император заговорил.

— Голиаф пал. Пала Империя. Но пала и Альтра. Пали и Изгои. Теперь ни в чем нет смысла, Эмелис Рейн, — высказался Император Белый с ходу. Видно, ему всё ещё было досадно от того, что Эмелис приняла не его сторону.

— Вы грустны, — колко заметила Элизабет. Император ничего не ответил. Он и правда выглядел поникшим.

— Пройдемте, пожалуй, в зал бесед. Там вы расскажете нам всё, что, скорее всего, пришло вам на ум, пока вы отсутствовали непонятно, где, — ещё холоднее продолжил Белый, и отвернулся от собеседниц, даже не поприветствовав Элизабет. Он был не в настроении, потому что теперь он был членом совета, а не полноправным правителем. Впрочем, и Элизабет потеряла свой прежний статус, но Изгои всё равно продолжали её почитать.

Втроем они последовали по короткому коридору, и королева вместе с Эмелис зашли в зал бесед сразу за Императором. Зал был небольшой и скромный, а вокруг круглого стола из стали стояло шесть кресел. Эмелис расположилась подле Элизабет, но сразу же встала со своего места, как только заметила в дверях своего отца.

— Папа! — сдержанно воскликнула она, и подбежала к нему, крепко обняв. Тот обнял её в ответ, но не смог ничего сказать. Его мысли были заняты чем-то другим, и заметив отчужденность отца, Эмелис вернулась на своё место. Он был не в духе, как и все остальные, и даже вид живой дочери радовал совсем немного.

Савинир, однако же, не расположился возле Эмелис, а сел между Белым и Элизабет, хотя, может быть, ему просто было сложно сделать обход вокруг стола, и расположится возле свой дочери.

— Сейчас прибудут Байрон Эрл и Сол, — проинформировал Савинир, и уставился в голографический буклет, в ожидании начала совещания.

Больше Эмелис удивилась упоминанию сына Байрона Сэга, бывшего и ныне покойного премьер-министра станции «Беллатрикс», нежели чем упоминание Сола. Вполне ожидаемо было то, что андроид всё-таки выжил, и активно участвует в восстановлении разбитого общества остатков человечества. Девушка не хотела видеть Сола. и понимала, что от него, скорее всего, будут одни