Лабиринт миров - Евгений Гуляковский

Огненный вихрь перехода на какое-то время выключает сознание. Когда они пришли в себя, полумрак туннеля сменили мягкие вечерние сумерки.

Рев ракетных двигателей смолк, но поезд еще катился некоторое время по инерции, постукивая на стыках рельсов. Наконец он остановился, и наступила та мирная, земная тишина, которая бывает в лесу или в поле. Заквакали лягушки в далеком пруду, заухала сова, рано вылетевшая на охоту, на небе зажглись первые звезды, и взгляд Лосева жадно скользил по ним, изучая рисунок знакомых созвездий.

— Вас не беспокоят эти звуки? — спросил Сурков, и, когда все с недоумением, написанным на их лицах, повернулись в его сторону, пояснил: — Раньше в зоне захвата не было никаких живых звуков…

— Он прав. Впечатление такое, словно мы уже не в зоне.

— Или не в том мире… Бывают миры, похожие как две капли воды, их отличия настолько незначительны… Но, наверно, это не относится к настоящим мирам, соединенным пространственными туннелями второго типа.

Лосев надолго задумался, наслаждаясь прохладой и этой мирной, полной лесных шорохов, тишиной.

Он думал о стрелочнике и о том новом повороте, который им подготовила судьба. Он не верил в ее подарки. И в легкие пути он тоже не верил. На его поясе, словно отвечая тревожным мыслям, охватившим Лосева, вспыхнул зеленый огонек. Универсальный анализатор и лингвист снова были готовы к работе, и это, возможно, лишь подтверждало, что они оказались в другом мире, лишь внешне похожем на Землю. Во всяком случае, в этом мире не существовало энергетической блокады.

— Давайте спать. Мы все измотаны до последней степени. Оставим сегодня только один пост на уцелевшей платформе. Завтра будем чинить паровоз и решать, что делать дальше.

Он все время помнил о развилке и о стрелке на ней и не мог не думать о том, куда ведет вторая дорога…

Ночь прошла без происшествий. Утром они занялись ремонтом паровоза. И хотя уголь кончился, благодаря предусмотрительности Лосева, погрузившего в товарный вагон среди прочего инструмента топоры и пилы, они смогли заготавливать дрова. Разумеется, это топливо было не таким энергоемким, как уголь, и его требовалось гораздо больше. Найти сухие дрова в лесу было не так-то просто. Но проблему топлива, так или иначе, это решало. Сложнее было с водой.

Поезд остановился посреди лесостепи, вокруг не было видно никакого жилья, и уж тем более не было ни водокачки, ни водопровода.

Воду пришлось носить из ближайшего ручья — а до него оказалось не меньше трехсот метров. Раньше никому из них не приходилось наполнять паровозный котел ведрами из ближайшего ручья, и они плохо представляли себе объем этой работы. К вечеру выяснилось, что котел наполнился едва ли на четверть, хотя воду носили все, включая женщин.

Наспех заделанные дыры в котле не ликвидировали всех течей, и ремонт пришлось повторить.

Лосева раздражала и беспокоила еще одна непредвиденная задержка, но его спутники были ей рады, хотя и старались этого не показывать. Он хорошо понимал их. После мира смерти, из которого они только что вырвались, физическая работа воспринималась как отдых. И еще они были благодарны судьбе за то, что им удалось вернуться в свой родной мир. Лишь один Лосев продолжал в этом сомневаться. Слишком свежи еще были его воспоминания о Земле-два, где он встретил своего двойника. Отличия могут быть едва уловимы, и, возможно, неприятные сюрпризы поджидают их где-то за следующим поворотом колеи.

Однако он держал свои сомнения при себе, не желая ухудшать настроения своим спутникам.

Поднося к паровозу очередное ведро с водой, Лосев с опаской поглядывал в сторону темного жерла туннеля, из которого они вырвались с таким трудом. До него было всего метров триста, и в любую минуту оттуда мог пожаловать какой-нибудь незваный гость, а они даже постов не выставили. Пренебрегая своей обычной осторожностью, он не стал на этом настаивать, поскольку понимал, что этим замедлит ход работ и испортит всем остальным праздник. Кто же выставляет посты у себя дома…

В конце концов, к вечеру третьего дня им удалось развести пары и поднять давление в котле до приемлемого уровня.

Издав победный гудок, их небольшой паровозик дернулся и, с шумом раскручивая колеса, двинул состав задним ходом, прочь от туннеля.

«Одной заботой меньше», — думал Лосев, внимательно разглядывая в бинокль приближавшуюся развилку. Он боялся увидеть там знакомую зловещую фигуру стрелочника. Но колея была пуста в обоих направлениях.

— Будешь переводить стрелку? — спросил Зуров.

— А что еще остается? Не ехать же обратно к Южноуральску.