А вот еще... - Йон Колфер

— Иду, папа, — откликнулся Непрроходим, пряча зеркальце и привязывая к пальцам ног щипцы. — Уже вышел.

— Ты мой славный маленький Абсолютный Ублюдок, — пробормотал Джельц и отключился.

Нет пока еще, подумал Непрроходим. Пока.

Бабуля

Артур Дент начинал понимать ощущение одиночества, в котором пребывала его дочь.

— Теперь я понимаю, что ты имела в виду, — сказал он ей как-то утром перед работой. — Мы везде немного чужие. Нашей планетой была Земля, но ее больше нет. И даже на ней, пусть мы и называли ее своим домом, мы не бывали Бог знает сколько времени. Мы оба почти всю жизнь прожили вдали от нее. Я на своем острове, ты на Мегабрантисе. Мы космические кочевники (классное, кстати, название для рок-группы), межзвездные скитальцы, и нам в этой чужой бесконечности не за кого держаться, кроме как друг за друга.

— Что это ты положил сегодня в мои сандвичи, папа? — ответила на это Рэндом. — Или ты забыл, что я стараюсь стать вегетарианкой, а говядина — не вегетарианское блюдо.

— Эта говядина просто сама просится на сандвич, — неловко ответил Артур и вдруг заметил, что Рэндом вовсе не так бесконечно несчастна, как прежде. Возможно, ежедневные конфликты в офисе Хиллмена Хантера давали выход ее раздражению, так что не исключено, что именно работе Артур был обязан относительно приятной дочерью-подростком, которая почти каждое утро выходила к завтраку вместо того, чтобы замыкаться в коконе жалости к себе.

— Салату?

Рэндом чмокнула его в щеку.

— С удовольствием. Только чтоб не засохший.

— Засохший? Как можно? Что мы, варвары? Как бы я посмел называть себя изготовителем сандвичей?

И так далее, и тому подобное. Когда Артур закончил оправдываться и перешел к перечислению своих заслуг в ремесле изготовления сандвичей, Рэндом уже затолкала свой ленч в сумку, одолженную ей Фордом, и убежала на работу.

Пару недель Артур высидел дома в роли примерного папочки и теперь искал повода отправиться в путешествие.

— Ты и я, никого больше, — говорил он Форду. — Как в старые добрые времена, только без взрывающихся планет и всех остальных, что были с нами тогда.

— Не выйдет, дружище, — отвечал Форд, изо всех сил стараясь выглядеть огорченным, что получалось не слишком убедительно с учетом скрывавшей лицо маски из вулканической грязи и двух очаровательных массажисток, хлопотавших над его подколенными сухожилиями. — На этой планете просто уйма оздоровительных заведений, и мне необходимо перепробовать их все. Это мой долг перед подписчиками «Путеводителя».

Артур глянул на прейскурант.

— Разве тебе не положено жить на командировочные в размере тридцати альтаирских долларов в день?

— Альтаирская биржа нестабильна, — отозвался Форд, возможно, покраснев немного под маской. — Сегодня ты купишь на эти тридцать баксов дом в пригороде с гаражом на двух детей и три целых четыре десятых жен. А завтра тебе повезет, если их хватит на баночку антипохмельных пиявок. Для надежности я охватываю все секторы туристического бизнеса — от бюджетного до V.I.P.

И Артуру пришлось готовиться к отлету одному.

Одному. Страшное слово. Он, Артур Дент — одинокий человек. Один как перст. Как ноль без палочки. Один-одинешенек.

Все это звучало несколько пессимистично и эгоцентрично — даже для человека, только что получившего посылку с адресом: Бабуля, Эгоцентричному Пессимисту. Поэтому Артур решил оформить поездку как исполнение родительского долга.

— Слетаю на Круксван проверить этот твой университет, — сказал он Рэндом. Она, конечно, возражала бы, но он заранее подготовился к ее доводам. — Знаю, знаю, что ты собираешься сказать, но каким бы я был отцом, если бы отпустил дочь куда-то во Вселенную, не проверив прежде? Через несколько дней вернутся из путешествия твоя мать с Гавбеггером. И Форд побудет с тобой до моего возвращения. Это всего в дюжине прыжков отсюда, так что займет не больше недели. Ну, максимум двух. И вообще с виртуальной точки зрения тебе уже сто лет, так что прожить без меня пару недель для тебя проще простого. Я оставлю тебе все телефоны, по которым со мной можно связаться, и запас замороженных сандвичей, так что все будет о'кей. Вопросы есть?

Рэндом подумала немного.

— А каких сандвичей? — спросила она.

И вот теперь Артур сидел в уютном амортизационном кресле бизнес-класса гиперпространственного лайнера, который снаружи подозрительно смахивал на мужские гениталии, но изнутри смотрелся вполне симпатично, если выкинуть из головы два гиперпространственных ускорителя и трубу пассажирского салона. Оплатил он свое место остатками со счета, который открыл еще до жизни на Лемюэлле.

Во времена Фенчёрч.

Это хорошо, подумал он. Я наконец-то делаю что-то полезное вместо того, чтобы шататься по дому, мешая карьере Рэндом. Зато теперь я могу помешать ее образованию.

Артур позволил раздеть себя до полетного белья, намазать маслом и опустить в кресло. Прозрачный, наполненный гелем кокон окутал его, и он выбрал на тачскрине Путеводитель «Автостопом по Галактике», а в оглавлении — иконку Круксвана. В открывшемся списке статей оказалось примерно три сотни наименований.

Хватит, чтобы занять себя на все время путешествия, подумал он.

Когда все пассажиры заняли места, и автоматические двери с шипением закрылись, Артур с облегчением обнаружил, что сидит в ряду один. Он не считал себя особенным уж снобом, но порой намазанный маслом мужчина в исподнем предпочитает выбираться из кресла, не ловя на себе посторонних взглядов.

Они взлетели, и Артур смотрел, как уменьшается на его мониторе диск Бабули. Вскоре вся туманность превратилась в кружевной платочек космической дымки на паутине звезд.

Кружевной платочек космической дымки, подумал Артур. Если бы Форд умел так писать, он мог бы недурно зарабатывать.

В углу амортизирующей подушки засветилась маленькая синяя иконка, и Артур послушно пососал трубочку с газом от укачивания.

Гиперпространство… Я по тебе соскучился.

Прыжок прошел мягче, чем он ожидал.

Должно быть, это новые кресла.

Ощущение напомнило ему падение в сугроб, когда он катался в детстве на санках, только без набившегося за шиворот снега. Наоборот, ему стало тепло и покойно. Правда, в дальнем уголке хорошего настроения притаилась маленькой занозой боль утраты. Гиперпространство может и отнимать дорогие тебе вещи, особенно если ты родом из плюральной зоны.

Артур Дент расслабился и принялся смотреть на окутывающую его Вселенную. Вокруг кокона его кресла плыли астероиды, космические создания и лица миллионов других путешественников. Каждому из них на дисплее «Путеводителя» соответствовал маленький цветной флажок с описанием, но они сменяли друг друга так быстро, что Артур не успевал прочесть ни слова.