Колдун 3 - Кай Вэрди

— Ты знала, да? — спросил он у собаки.

— Ра-у-агагыр-ау, — высказалась та и, чуть потянувшись, лизнула Алексея в щеку.

— Кто-то один или оба? — не сводя взгляда с Альмы, поинтересовался он.

— Ва-вав, — ответила ему та.

— Понятно, — кивнул головой Алексей.

— Поговорили? — поинтересовалась со своего места Анна. — А мне объяснить никто ничего не хочет?

— Спроси у Альмы, она тебе расскажет, — серьезно ответил ей Алексей, аккуратно забирая у спящих детей найденыша. — А мы к грумеру. Это чудо надо отмыть и хотя бы понять, на кого она похожа.

— В музей мы поедем как-нибудь в другой раз, — обреченно вздохнула Анна.

— Зато завтра у меня выходной, и мы рванем в Берендеево царство на целый день! — остановившись, крикнул ей Алексей и, двумя шагами дойдя до клиники, дернул дверь на себя.

В музей они все-таки успели. Выспавшиеся за время дороги Миша и Тамара остаток пути весело играли с отмытой и причесанной болонкой, Анна молчала, погруженная в свои мысли.

Из музея дети вышли гораздо позже всей группы. Они шли по бокам инвалидной коляски, держа за руки сидевшую в ней девочку лет тринадцати. Увидев отца, они бросились к нему и, забрав у него болонку, побежали обратно. Альма пошла с ними. Заинтересованный Алексей поспешил следом.

Тамара подняла найденыша с земли и, пока девочка в коляске несмело гладила положившую ей на колени голову Альму, что-то шептала болонке. Миша стоял рядом и держал сестру за руку.

Алексей остановил Анну, попытавшуюся отогнать Альму от девочки.

— Не мешай. Они лучше нас с тобой знают, что делать, — тихо прошептал он жене, приобняв ее.

Тамара, не выпуская болонку из рук, сделала несколько шагов и посадила ее девочке на колени.

— Это тебе, — проговорила она и улыбнулась. — Она научит тебя снова ходить.

— Я больше никогда не смогу ходить, — резко погрустнела девочка, снимая с колен болонку и пытаясь вернуть ее Мише. — Спасибо, но не надо. Я не смогу о ней заботиться.

— Сможешь, — улыбнулся ей Миша, пряча руки за спину и отступая от девочки на шаг. — Ты просто не хочешь. А она поможет тебе захотеть, — быстро проговорил он, и, подойдя к девочке, потянулся и чмокнул ее в щеку.

— Ты будешь танцевать, — повторяя жест брата, проговорила Тамара. — Вот увидишь!

Оставив ошарашенную девочку с болонкой на коленях и утиравшую слезы пожилую женщину, везущую ее коляску, Миша и Тамара привычно ухватились за длинную шерсть Альмы каждый со своей стороны и втроем пошлепали к воротам музея.

— Простите пожалуйста моих детей… Они еще маленькие и не понимают… — попыталась извиниться вырвавшаяся из рук Алексея Анна, погладив плакавшую возле инвалидной коляски женщину по руке.

— Господи… Алина после аварии не произнесла ни слова… Четыре года… — всхлипнула та, разрыдавшись окончательно. — Дай Бог ребяткам здоровья и счастья! Спасибо им… Спасибо!

Отвернувшись от Анны, она приникла к девочке, целуя и гладя ее дрожащими руками.

У Алексея пикнул телефон, оповещая о пришедшем сообщении. Быстро взглянув на экран, он увидел незнакомый номер.

— Что случилось? — взглянув на потрясенного мужа, спросила Анна.

— Помнишь Дашу, которая помогала деду Михею? — спросил он у жены. Та, сдвинув брови, кивнула. — Читай, — протянул он ей телефон и принялся устраивать детей в машине.

— Какую волю? Я ничего не понимаю… — потрясла головой Анна, возвращая телефон мужу.

— Я тоже… — вздохнул Алексей, и открыл дверь жене. — Она пишет, что прилетает двадцать седьмого. Может, она объяснит?

— Двадцать седьмое завтра, — подняла на мужа глаза Анна.

— Отлично! Не придется долго гадать! — закрыл Алексей дверь. — Вот только откуда у нее мой номер? — проворчал он, пристегиваясь. — Я купил его год назад… Хоть бы рейс указала, чтобы встретить могли…

Даша приехала сама. После встречи, обниманий и тисканья двойняшек, которых она зацеловала, девушка на вопрос Алексея протянула ему пухлый конверт.

— Читайте сами, — проговорила она и, забрав близнецов и Альму, отправилась с ними на прогулку.

На конверте рукой деда Михея было написано: «Вскрыть в апреле 2031 года». В конверте лежал еще один конверт с надписью: «Для Алексея» и исписанный лист бумаги. Конверт, предназначенный ему, был запечатан.

— Читай, — прошептала прижавшаяся к плечу мужа Анна, вытерев скатившуюся по щеке слезу. — Я так по нему соскучилась…

«Дашенька, здравствуй, моя хорошая! Спасибо, что согласилась выполнить мою волю. Я обещал, что ты получишь объяснения и инструкции немного позже.

Я знаю, что у тебя все хорошо. Дмитрий предложил тебе выйти за него замуж, а ты раздумываешь. Не сомневайся, девочка, с ним ты будешь счастлива. Поначалу будет трудно, но вместе вы справитесь. Я от всей души желаю вам счастья! Роспись назначьте на август — прекрасный месяц для свадеб! Более я тебе ничего не скажу, потому как негоже вмешиваться в судьбы людей.

Благодарю тебя за ту помощь, которую ты мне всегда оказывала и оказываешь до сих пор.

Теперь об Алексее. Ты его помнишь.

У них с Аннушкой родились двое близняшек: мальчик и девочка. В мае им исполнится по шесть лет. Пожалуйста, отправляйся в Москву вот по этому адресу. Алексею напишешь в телефоне за день до своего прибытия, что приедешь выполнить мою волю.

По приезду пусть они с Аннушкой подготовят документы свои и детей. Их документы нужны будут, так как дети пока маленькие. Оформишь дарственную на заимку на Мишу и Тамару. Она им очень пригодится. Денег на поездку и оформление документов тебе хватит с запасом.

Это моя самая последняя просьба. Я знаю: ты ее выполнишь.

Спасибо тебе, девочка, за все доброе!

Будь счастлива!

Прощай!»

Алексей опустил письмо на колени и совершенно ошарашенным взглядом уставился на жену.

— Я знал, что он видит будущее… Но чтобы вот так… — растерянно проговорил он. — Да и зачем нам та заимка? Я так понимаю, она сейчас оформлена на Дашу…

— Скорее всего, да, — кивнула Анна. — Правда, Леш, зачем она нам? Летать туда мы не станем… Лучше отвезти детей на море. И ближе, и полезнее. А Даша там живет… Пусть сама решает: продать ее или использовать как захочет… Пусть у нее и остается.

— Так-то да… — в сомнении почесал затылок Алексей. — Но дед Михей никогда ничего не делал зря… И про дар у ребят он наверняка знал, — размышлял он. — Давай мое письмо прочитаем, — предложил он.

— Читай уже! — дернула его за руку Анна.

«Здравствуй, Алеша!

Спасибо, что выполнил свое обещание. Альма замечательная, и я очень боялся, что она