Фаранг - Евгений Шепельский

Я мчался сквозь Яму с закрытыми глазами. Я вдыхал запахи и рисовал картину. Я проскакивал и подавлял ловушки, поглощая их энергию, а тело, казалось, все никак не напьется магического флюида. Лампу я давно выбросил, как выбросил и шлем, только заглушавший восприятие. Меч, испивший крови, все же был в моей руке — оружие понадобится. Да… понадобится. Дырявые латы болтались и скрипели. Запах крови Рикета-Маэри на клинке лишь добавлял мне злобы. Позади маги прибирали к рукам Яму Сегретто и уже ломились в двери спальни Маэри. Позади топтался Душегуб, прознавший об исполнении клятвы и готовый пуститься в погоню… Я должен успеть раньше… Должен спасти Орнелу. Если спасу, это сможет примирить меня с тем, что я убил Сегретто.

Я выскочил на поверхность через какой-то сырой, забитый крысами подвал. Ветер остудил разгоряченное лицо. Я повел головой и нащупал розовый завиток из своего сна. Бросился по следу — вполне себе в человеческом обличье. Зато все остальные детали из сна были тут как тут: ночь, луна и гнусное желтое пятно… Оно уже начало преследование, пробиралось по моему следу в Яме.

Город не спал. Уже не спал. Каким-то образом горожане прознали, что в королевском дворце происходит неладное — но сидели тихо, как мыши. Даже не зажигали огней. Но я ощущал, как, таясь за ставнями, чутко слушают, смотрят в щелки. Я несся к королевскому замку, хрипя и задыхаясь. Луна жалила лицо и руки. В какой-то момент я понял, что доспехи затрудняют мой путь, и сбросил их, вспоров кожаные ремни острием меча.

Свобода!

Душегуб еще в коридорах подземелий. Движется по моему следу — пока медленно, опасаясь возможных ловушек. Парадоксально — магия Сегретто может его уничтожить, а вот Душегуб — может уничтожить меня. Мое же дело, мой долг — добраться до Орнелы и спасти ее. Дальше… Я, кажется, знал, что именно смогу предпринять против демона. Навстречу проскакала группа вооруженных конников с копьями-фонарями в руках — я быстро юркнул в подворотню. Оружие солдат уже отведало крови. Через десять минут безумного бега впереди показался сановный квартал, окружавший королевский замок. На улицах квартала было шумно. Звенело оружие, там и тут ржали лошади. Истошно, на одной ноте кричала какая-то женщина. Издалека слышалось раскатистое «Рро-о-о-о!» голема.

Я бросился наверх, стараясь держаться в тени. Квартал напоминал разворошенный муравейник. Прямо мне под ноги вылетел из окна второго этажа полный человек в ночной рубахе, приземлился с хрустом на брусчатку, остался лежать неподвижно. Я перепрыгнул его, матерясь про себя. Меня грубо окрикнули сверху, но я не остановился.

В окнах королевской резиденции заполошно метались огни. Я начал подниматься к замку, отметив про себя, что двигаюсь к тыльной стороне построек. Джорек знал кратчайший путь… Новая группа конников проследовала мимо. У некоторых поперек седел лежали связанные люди. Угу, люстрация придворных Орнелы в самом разгаре. Не убивают — видимо, планируют брать выкуп или что-то подобное. Я подождал, пока они скроются из виду, и выступил из-за дерева.

Вперед, вперед, вперед, легко отталкиваясь от брусчатки лапами-ногами, вперед, вперед, вперед, насторожив острые лисьи уши!

Свобода в груди… Свобода!

Дворец полон боли и смерти. Кризис власти был в самом разгаре.

Вот и дворцовая стена, а в ней виднеются главные ворота черного входа во дворец. Через них провозили сегодня меня. У ворот отирались пятеро вооруженных стражей, обилие синего в одежде подсказало — это гвардейцы ковена. Заградительный отряд, дежурят, чтобы никто не сбежал. В руках алебарды — такими сподручно рубить всех, кто выскочит. Смотрят в сторону проема, откуда пахнет кровью.

Я ринулся на них из тени, бежал на цыпочках, стелился по-волчьи неслышно. Ударил одного в затылок острием клинка, под шлем, второго поймал на сгиб локтя и сломал шейные позвонки. Время замедлилось, как тогда, у корчмы Йорика, будь он навечно проклят. Я убил еще одного, прямо в спину, пробив резким ударом кольчугу, а вот двое других успели отпрыгнуть, наставили алебарды — но медленно, действуя словно нехотя.

— Ичих-х-ха-аа!

Я перехватил древко, рванул на себя. Солдат сделал вынужденный шаг, опасаясь отпустить оружие. Я выставил клинок и пробил гвардейцу горло. Он умер, так и не выпустив алебарду из рук. Последний успел рубануть алебардой, но я отпрянул, присел и рубанул заговорщика под коленями. Распрямился и ударил мечом в шею. Пятеро убиты. Я прыгнул в проем ворот и помчался по коридорам и залам. Розовый завиток Орнелы безошибочно вел по следу.

В глейве ускорение не работало. Зато теперь! О, черт, я мчался как стрела!

Только бы успеть! Пока завиток пульсирует — принцесса жива.

Я убил одну женщину, но спасу другую. Это хотя бы немного примирит меня… с самим собой.

В большом зале я увидел несколько обгорелых трупов. Гобелены на стенах были в подпалинах. Потолок тоже закопчен. Уши мои понемногу начали чесаться. Маги! Тут прошли маги, швырявшие заклятия. Я бросился по их следам. Сгоряча вылетел на толпу солдат ковена, волочивших какого-то сановника. Что он по ночной поре делал во дворце, интересно знать… Не иначе, навещал любовницу из служанок… Офицер-предводитель был из числа тех, кто сопровождал меня вместе с Раузером. Узнал, изумленно выкрикнул: «Джорек!» Я ринулся в боковой проход, топоча по мраморному полу, то и дело попадая в снопы лунного света, падающего из высоких окон. Проскочил в какой-то покой, захлопнул дверь и швырнул поперек нее дорогую резную мебель. На дверь тут же обрушились удары, я бросил в баррикаду еще стульев, придвинул массивный стол.

— Авэрасса торр!

Это где-то этажом выше. Там же пульсирует розовый завиток…

Я прыжком вымахнул в коридор, несколько теней заградили мне путь, наставили оружие. Нет времени выяснять — свои или нет, я поднырнул под мечи, клубком прокатился между стеной и тенями, выпрямился и вновь помчался вперед.

— Омм! Омм! — послышалось наверху. Утробный, какой-то чмокающий звук вселил в меня ужас. Его издавало не живое существо. Может быть, это големы магов?

— Авэрасса торр!

Я увидел лестницу и рванул к ней. По пути схлопотал стрелу в плечо со спины, но даже не остановился. На стене вдоль лестницы дотлевали остатки гобелена, слоистый дым затруднял дыхание. Лестничная площадка наверху была устелена трупами. Я пробежал по короткому коридору и выскочил в зал, не шибко-то и большой, но забитый людьми. Бой был в самом разгаре.