Улей Хельстрома - Фрэнк Герберт

Наблюдательница рядом с Хельстромом добавила:

— Я заметила интерференционную вспышку как раз перед тем, как обнаружила его. Похоже, он выстрелил из своего оружия. Мог ли он поразить наблюдателей в машине?

— Или даже убить их, — усмехнулся Хельстром. — Будет смешно, если так и случилось. Кто ведет наблюдение за этой машиной?

— Группу отозвали час назад, чтобы помочь в поисках сбежавшего пленника, — ответил кто-то за его спиной.

Хельстром кивнул. Ну конечно! Он же сам и отдал это приказание!

— И никто в машине не разговаривает по радио, — сообщил наблюдатель слева от Хельстрома. — Звуковой датчик находится на Дереве над автомобилем.

Наблюдатель постучал пальцем по блестящему наушнику на своем правом ухе.

— Я слышу, как подходит Джанверт… Похоже, наблюдатели в машине без сознания. Они хрипло дышат, как бывает, когда человека тяжело оглушают.

— Возможно, для нас это долгожданная передышка, — заметил Хельстром. — Как далеко находится группа захвата?

— Самое большее, в пяти минутах ходьбы, — ответил кто-то за его спиной.

— Перекройте дорогу между ним и городом, — приказал Хельстром. — Просто на случай…

— А как быть с остальными наблюдателями? — спросила женщина, сидевшая перед ним.

— Скажите работникам, чтобы они не привлекали к себе внимания! Черт бы побрал этого Джанверта! Улью нужны такие гены для воспроизводства!

«Как же ему удалось выбраться из Улья?»

— Он уже у самой машины, — отмстил наблюдатель слева.

Еще одна наблюдательница, сидевшая у арки выхода, добавила:

— Получен отчет, каким образом ему удалось выбраться.

Она коротко изложила то, что обнаружила прочесывающая группа на третьем уровне.

«Он оседлал продуктовый конвейер!» — догадался Хельстром.

Чужак рисковал так, как не стал бы рисковать ни один работник Улья. Нужно будет проанализировать его поступки, но это позже.

— А что с захваченной женщиной? — поинтересовался Хельстром. — Ей объяснили, что ее ждет в случае отказа?

Кто-то позади ответил, не стараясь скрыть отвращение:

— Да, ей показали, Нильс.

Хельстром кивнул. Конечно, им это не по душе. Как и ему самому. Но это необходимо, и все они теперь понимают, что другого выхода нет.

— Приведите ее сюда, — приказал Хельстром.

Им пришлось втащить ее в круг, тускло освещенный экранами наблюдения, и поддерживать на ногах.

Хельстром подавил в себе отвращение и заговорил медленно и четко, словно с ребенком, ни на миг не забывая, что делает это ради Улья.

— Кловис Карр. Это имя, которое ты нам сообщила. Ты еще не отказываешься от своих слов?

Сквозь зеленоватый сумрак она пристально смотрела на мертвенно-бледное лицо Хельстрома. «Я вижу ночной кошмар, — подумала она. — Я проснусь и увижу, что все это просто ночной кошмар!»

Хельстром заметил понимание, пробуждающееся в глазах женщины.

— Через несколько секунд, мисс Карр, ваш дружок Джанверт окажется в зоне слышимости нашего громкоговорителя, который мы установили там, — он показал рукой на экран. — Я обращусь к нему, и тогда настанет ваша очередь. Попытайтесь убедить его вернуться. Вдруг вам это удастся? Глубоко сожалею, что причиняю вам душевные муки, но вы же понимаете, что у нас нет выбора. Ну как, вы согласны?

Она кивнула. Бледная застывшая маска ужаса в зеленоватом свете. «Согласна ли я? Конечно! Кошмару надо подыгрывать».

— Очень хорошо, — произнес Хельстром. — Вы должны думать позитивно, мисс Карр. Думать только об успехе. Я верю, что вам это удастся.

Женщина снова кивнула, но уже так, словно потеряла контроль над своими мускулами.

Из «Руководства по Улью»:

«Общество следует рассматривать как живую материю. Та же этика и мораль, которыми мы руководствуемся, вмешиваясь в священную плоть отдельной клетки, должны руководить нами и при вмешательстве в общественные процессы».

Джанверт дотянулся до микрофона, едва веря, что держит в руках этот знак цивилизации, когда откуда-то справа раздался голос:

— Джанверт!

Он резко выпрямился и захлопнул дверцу, после чего внутри кабины погас свет. Эдди затаился, укрываясь за автомобилем и нацелив оружие в темноту.

— Джанверт, я знаю, что ты слышишь меня.

Голос раздавался откуда-то сверху, из ветвей дерева, однако в темноте нельзя было разглядеть деталей. Джанверт застыл в нерешительности. Какой же он дурак, что сразу не выключил свет в машине!

— Я обращаюсь к тебе по системе дальней связи, Джанверт, — продолжил голос. — На дереве, что рядом с тобой, установлено электронное устройство. Ты можешь мне ответить. Джанверт, ты должен ответить мне!

«Громкоговоритель!»

Эдди решил пока не отзываться. Это ловушка. Им нужно, чтобы он заговорил, тогда они засекут его местонахождение.

— У нас тут сеть кое-кто, и он очень хотел бы поговорить с тобой, — сказал голос из динамика. — Слушай внимательно, Джанверт.

Сперва Эдди не узнал новый голос. Слова, которые доносились из громкоговорителя, звучали так, словно у человека было сдавлено горло, и ему приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы произнести каждое из них. Однако Джанверт понял, что говорит женщина.

— Эдди! — сказала она. — Это я, Кловис. Пожалуйста, ответь мне!

Только Кловис называла его так: «Эдди». Все остальные использовали ненавистное «Коротышка». Он, не мигая, смотрел в темноту. Кловис?

— Эдди, — продолжила она, — если ты не вернешься, то они отправят меня вниз… в то место, где… где они… отрезают ноги и остальное… — молодая женщина всхлипнула. — Ноги и остальное по пояс, и… Господи! Эдди, я так боюсь! Эдди! Пожалуйста, ответь мне! Пожалуйста, вернись!

Джанверт вспомнил помещение с обрубками тел, те разноцветные трубочки, омерзительно подчеркнутую сексуальность зрелища. Внезапно в памяти ярко вспыхнула картина: отрезанная голова на полу туннеля, кровавый след, его ноги, утрамбовывающие красные овощи, его тело, испачканное…

Он нагнулся, и его стошнило.

А голос Кловис по-прежнему звал его, умоляя:

— Эдди, ну, пожалуйста, ты слышишь меня? Пожалуйста! Не дай им сотворить это со мной! Господи! Почему ты не отвечаешь?

«Разве я могу?» — подумал Джанверт.

Но он должен был как-нибудь отреагировать. Сделать что-нибудь. Он чувствовал тошнотворную вонь собственной блевотины, грудь ныла от боли, зато голова прояснилась. Он выпрямился, придерживаясь рукой за капот машины.

— Хельстром! — крикнул он.