Комдив - Александр Айзенберг

танков, лёгкий с 37 миллиметровой пушкой и средний с 57 миллиметровой короткоствольной, так что максимум, что они смогут сделать нашим Т-43, это повредить им ходовую, сбив гусеницы или попав в каток и возможно, при удачном совпадении, повредить орудие, и это всё. Именно поэтому я не стал брать с собой своих тяжеловесов, а в качестве большой дубинки были гаубицы М-10 и М-30, это если потребуется обработать их перед атакой. Вот и ехали мы сейчас с войны на войну, но после немцев японцы не особо впечатляли, да и воевать надо будет не в джунглях, нам будет нужно уничтожить Квантунскую группировку японцев, после чего можно будет планировать прямую десантную операцию на острова. Конечно наш флот ни в коей мере не сравнится с японским, даже после понесённых ими потерь в войне с американцами, но для нашего десанта в Японию пиндосы предоставят в качестве поддержки свой флот, как впрочем и десантные транспорты. Вот только думаю, что до этого не дойдёт, достаточно будет просто разгромить Квантунскую армию и только наметить возможность организации десантной операции по высадке нашей армии в Японии и Микадо сразу пойдёт на мировую, не дожидаясь наши армии у себя в гостях.

15 ноября 1944 года.

В этот день Сталин денонсировал пакт о нейтралитете, который был заключён с Японией, и на следующий день послу Японии в СССР была вручено уведомление, что с 24 часов 16 ноября 1944 года СССР объявляет Японской империи войну. Моя армия в этот момент как раз закончила разгрузку в Хабаровске, так как мы направлялись в распоряжение 1-ой Дальневосточной армии под командованием маршала Мерецкова. Эшелоны с моей армией шли очень плотным графиком, разница между каждым составляла порядка получаса, а я со своим штабом и охраной разумеется ехал в самом первом. Прибыв в Хабаровск, где располагался штаб 1-ой Дальневосточной армии, я первым делом выгрузив свою командирскую машину и пару бронетранспортёров охраны, двинулся представляться командующему. Прибыли мы в Хабаровск рано утром, и пока выгрузили технику и нашли штаб, там как раз началась работа. Представлялся я лично перед Мерецковым, встретил он меня достаточно тепло, и хотя вместе мы не воевали, но он был много наслышан обо мне, так что у нас сходу установился контакт и нормальные рабочие отношения. В кабинете Мерецкого, где также были и начальник штаба с начальником разведки, мне на большой карте показали диспозицию предстоящего сражения. Глядя на неё, я понял, что свалял дурака, не взяв с собой тяжёлые танки и штурмовые самоходки, да, и на старуху бывает проруха. Я мало знал о русско-японской войне 1945 года. Только что наши буквально за один – два месяца качественно вломили самураям, полностью разгромив их Квантунскую армию, а тут оказывается, у противника есть укрепления. Правда к моему счастью мне определили место во втором эшелоне, штурмовать вражеские укрепления и прорывать его оборону будут другие. Всё дело в том. что моя армия как бы специализировалась по рейдам в тылах противника, вот и тут Мерецков решил пустить меня в японский тыл, устраивать там всяческие безобразия и непотребства, а что бы я раньше времени не нёс потери, меня и пускали во втором эшелоне.

На то, что бы прорвать японские укрепления Мерецкову понадобился всего один день, всё же прекрасно обученная и вооружённая армия это сила. За годы войны все бойцы и командиры набрались опыта, а вооружены были новейшим оружием, так что они наголову превосходили противостоящих им японцев. После мощного артобстрела, в котором участвовали и мои дивизионы гаубиц, вперёд двинулись танки и самоходки, а за ними пехота. Ошеломлённые и оглушённые японцы мало что смогли им сделать в ответ, так что с минимальными потерями для наступательной операции, наши войска прорвали оборону противника и тут моя армия пошла в отрыв. Вырвавшись на оперативный простор и разбившись на мобильные отряды, мы рванули вперёд уничтожая всё на своём пути, но не трогая встречающиеся временами мосты. Временами и нам встречались вражеские укрепления, но на них вполне хватало и моих Т-43, их лобовая броня выдерживала вражеский огонь, а они сами огнём своих орудий уничтожали огневые точки японцев. Кстати у меня было и пополнение в новой технике, мне поставили Голожопых Фердинандов, для меня это были вполне нормальные самоходки поддержки пехоты вместо обычных орудий. Пускай у них по сути противопульная броня, но и бросать их вместо танков в открытые бои с вражескими танками или штурмовать ими укреплённые позиции я тоже не собирался, а для прямой поддержки своей пехоты в бою их вполне хватало.

Голожопый Фердинанд или СУ-76, лёгкая самоходка поддержки пехоты разработанная на базе лёгких танков Т-60 и Т-70 имела 76 миллиметровое орудие ЗИС-3 и лобовую броню в 25 миллиметров верх и 35 миллиметров низ и 15 миллиметров бортовой брони, что было вполне достаточно для защиты от лёгкого стрелкового оружия и осколков.

Действенного сопротивления японцы мне оказать не смогли, а их бронетехника была полным отстоем, она так и осталась на уровне начала – середины 30-х годов. Их танки имели короткоствольные орудия калибра в 37 и 57 миллиметров, которые были не в состоянии пробить броню моих Т-43, для борьбы с нашими старыми БТ и Т-26 они вполне годились, а вот уже Т-34 был для них практически непобедим не говоря уже про новые Т-43. Таким образом, меня при продвижении вперёд сдерживали только снабженцы, так как отрываться слишком далеко было нельзя, ибо если я встану вдали от своих без топлива и боеприпасов, то японцы просто завалят меня мясом и уничтожат. Чего – чего, а самопожертвования у них было не отнять, пойти на таран, подорвать себя вместе с противником, да пожалуйста, тут они ничем не отличались от нас и я прекрасно осознавал это, а потому и старался слишком далеко не отрываться, что бы иметь возможность получать топливо и боеприпасы. К середине декабря основные силы Квантунской армии были или уничтожены или взяты в плен, а материковый Китай почти полностью освобождён от захватчиков. Я так и продолжал двигаться впереди, делая только небольшие, короткие остановки для пополнения припасов и двигался дальше, а 19 декабря взял штурмом Порт-Артур. В детстве я с удовольствием читал одноимённую книгу Степанова и она мне очень понравилась,