Шиноби - Василий

Режим Мудреца. Телепорт высоко вверх, свободное падение, концентрация, ещё два клона, бьющие в защиту из воды молниями. Восполнить резерв.

Уход в печать, подготовка техники, вбухивая всю доступную чакру. Выход в реальный мир. Громкий крик во всю мощь лёких, обрушивая технику на защитную сферу сестры.

– Расенган!

Чудовищная слепящая сфера бешено вращающейся сенчакры рухнула сверху, сметая барьер из воды и позволяя мне увидеть расширенные в испуге глаза, перед тем как Карин ушла Крыльями.

Нет, что-то в технике Минато есть! Да и название кричать, оказывается, весело!

Глава 25

– Вот список наших покупок, – подвинул мне листок Сасори. – Всё оплатим чакрой, в пять сеансов.

Тут меня к общей печати никто не приводил, хотя, думаю, у них такая есть. Песок на бытовом уровне постоянно печатями пользуется. Надо же где-то марионеток носить? Хотя следующие его слова, меня смутили:

– Узумаки, купите чакру?

По кукольному лицу марионетки ничего не понять. А вот стоящий позади своего Каге Гаара стыдливо отвёл глаза в сторону. Как же у них плохи дела, раз приходится зарабатывать деньги так?! Впрочем, а чего я ждал? Проигранная война, контрибуции, плюс на носу очередная бойня. Поэтому, прикинув накопления семьи и поток заказов из Тумана, осторожно согласился.

– На десять миллионов можем взять.

– Хорошо. Тогда сеансов передачи будет больше. Приходи завтра к полудню, соберу людей.

Попрощавшись, я переместился в Деревню, держа в руках список их покупок. Не сильно-то и большой, на самом деле. Есть у меня подозрение, будто нет у Песка никаких особых проектов, а есть отчаянное желание выжить здесь и сейчас. Скорее всего, деньги за чакру пойдут на закупку продовольствия. Жёстко. Но могли попробовать договориться с Конохой раньше, а не нападать.

Дома меня ждала непривычная тишина. Лишь сидели в гостиной на диване Минато и Кушина, смотря на своего сына. Подпирала стенку Карин, постукивала по подлокотнику кресла пальцами мама. С этим Песком чуть не вылетело из головы…

– Не переживай, сын. Мы не последний раз видимся. Ты сильный, справишься!

– Позаботьтесь о нём ещё немного, Юмико-сан, – поклонилась Кушина, вторя словам Минато, и повернулась ко мне: – Ясуо, не дай семье сгинуть. Ты справишься, я знаю.

Мы с мамой одновременно кивнули.

– Хватить сопли ронять, даттебанэ! Делай что должен, Наруто. Мужик ты или нет!

Блондин, отчаянно пытающийся сдержать слёзы, вздрогнул на окрик матери, и засуетился, чуть не ошибившись в ручных печатях. Но выдохнул:

– Спасибо, мама и папа!

Его родители исчезли, запечатанные. А следом переместился и блондин, явно не желая, чтобы мы видели его слёзы. Он ведь уже взрослый…

Я сжал губы и устало рухнул на диван. Жалко. Однако чакры клонам родителей брата оставалось уже не на часы или минуты.

Наруто справится с болью потери, куда ему деваться? Пусть побудет один немного, время лечит.

Я кинул на стол лист с заказами из Песка. Поднявшая его Юмико бегло проглядела позиции.

– Не густо, сын.

– Они предлагают у них чакру купить, мам…

– Даже так? – подняла она бровь. – Тогда ясно.

– Угу. Я пойду, поговорю с Нагато, ладно?

Сцена прощания Наруто оставила у меня неловкое ощущение. Когда ты знаешь, что мёртвых можно вернуть, уложить в голове окончательность смерти сложно. Да и тут даже не гибель живых, а просто отпечатки мёртвых людей. Впрочем, их хватило, чтобы узнать личности. Минато умница, могли бы столько всего придумать вместе…

Вздохнув, я вышел наружу и, пройдя тридцать шагов, остановился у небольшого, одноэтажного, кирпичного домика с синей крышей. Постройка совсем новая, аккуратная, до сих пор пахнущая краской на пороге и оконных рамах. И совершенно не просматриваемая для сенсорики.

Нагато и Конан будто кролики, дорвавшиеся до сезона. Не удивлюсь, если она уже беременна.

Постучав по косяку специальным молоточком, я остался стоять, пока, через пять минут, дверь не распахнулась, показав расслабленного, в одном халате, Узумаки.

– Проходи! – посторонился он.

Скинув сандалии, я прошёлся на уютную кухню, где такая же растрёпанная Конан поинтересовалась:

– Чаю?

Я кивнул и, наблюдая за её суетой с заварником, порадовался про себя: кто знал, что подруга Нагато окажется для нас активом не менее ценным, чем Риннеган?

– Нам нужны поставки материалов, Конан-сан.

Ибо на скромную женщину в Дожде работает немаленькое такое предприятие по производству чакропроводящей бумаги и чернил, а также десяток шиноби. Она способна полностью покрыть наши запросы – знай, отгружай материалы и деньги.

– Много? – лениво поинтересовалась Конан, ставя передо мной чашку.

– По вашим меркам? Не особо.

– Дай список, завтра доставлю.

Я протянул бумаги, которые, мельком глянув, она закинула на холодильник, после чего с долей сочувствия спросила:

– Как Наруто? Сегодня же последний день?

– Запечатаны. Он справится, но если отвлечёте его чем-то, буду рад.

– Глаз ему пересадите, Ясуо, поверь, новых впечатлений будет достаточно, – отхлебнув свой чай, заметил Нагато.

Я задумчиво хмыкнул: а ведь верно, пора бы уже. Пусть мама с одним глазом нормально справляется, но стоит дать ей восстановиться. Брату станет не до переживаний, пока будет осваивать стихии. Хотя есть кое-что ещё…

– Нагато, как у тебя с каллиграфией?

– Отвратительно, – фыркнула Конан за мужчину. – Если хочешь посадить его рисовать печати, лучше сразу брось затею. Гиблое дело.

У меня вырвался тяжёлый вздох. Уже третий случай подряд! Мужчины Узумаки прокляты на плохой почерк?

– Не переживай, Ясуо-кун, я помогу. У меня с рисованием кандзи всё в порядке. Но вашим печатям придётся учиться.

– Там не сложно!

– Ну да, совсем просто, – фыркнул Нагато. – Всего-то потратить пару лет и чакры, как у нескольких биджу. А так легко, конечно.

Я лишь развёл руками. Ну да, сделать хорошо выйдет не сразу. Но начать-то путь стоит? Куда уже нам отступать в передаче знаний? У Конан «Крылья Пустоты» стоят, куда больше передавать? Нагато очень просил за неё. За себя и слова не скажет, но за неё просил. Пришлось поставить.

Посидев немного у них, допил чай, рисуя на салфетке некоторые особенности наших печатей. Не очень долго: им явно не терпелось продолжить то, на чём их прервал. Вернувшись же домой, взял сладостей, термос с чаем и переместился в знакомую беседку в Конохе.

Шисуи