Анархия - Меган Девос

– Сходи очисти руки и возвращайся, – попросил Хейден, награждая меня еще одним поцелуем в шею.

От нахлынувших ощущений глаза у меня на мгновение закрылись.

– Сейчас, – вялым голосом ответила я.

Я плечом открыла дверь ванной и вошла. Оторвала кусок бумажного полотенца, тщательно вытерла руки и бросила скомканную бумажку в импровизированный унитаз. Затем я побрызгала на руки водой из таза. На этом очистка закончилась.

Я уже собиралась вернуться в комнату, как вдруг почувствовала тупую боль в нижней части живота. Ее причину я разгадала мгновенно и досадливо сжала кулаки. А что еще я могла сделать? Из всех неудачных моментов наступления месячных нынешний был самым отвратительным. Я мысленно исторгла вереницу проклятий, одновременно надеясь на чудо. Вдруг я ошиблась?

Увы, дальнейший осмотр показал, что я права. К счастью, кровотечение только началось и пощадило мои трусики, дав возможность добраться до припрятанных в ванной прокладок. Глубоко вздыхая, я закончила гигиенические процедуры и вернулась в хижину. Хейден успел переодеться. Вместо джинсов на нем были черные спортивные шорты. Его лицо все еще светилось после недавнего оргазма, что только усугубило мою досаду. Наша близость отодвигалась на несколько дней.

– С возвращением, – бросил он, отходя от комода.

Его ладони снова оказались у меня на лице. Поцелуй был нежным, отличавшимся от его недавних голодных поцелуев. По телу пробежала судорога. Дразнящее напоминание о том, что вдруг стало мне недоступно. Собрав все самообладание, я коснулась его груди и слегка оттолкнула.

– Понимаешь… оказалось, у меня… неподходящее время, – сообщила я, краснея от смущения.

Хейден смерил меня взглядом и ненадолго оторопел, пока не понял смысл моих слов.

– А-а, – понимающе заморгал он. – Ну ладно.

Его ладони по-прежнему сжимали мое лицо, а большие пальцы гладили щеки. Он снова меня поцеловал. Я досадливо вздохнула, проклиная тело за скверный расчет времени.

– Черт побери, ты настолько соблазнительна, Грейс, – прошептал он.

Его слова всколыхнули меня. Надо же, Хейден так же сильно хотел меня, как я – его.

– Знакомое чувство, – улыбнулась я.

Хейден скривил губу.

– Слушай, мне надо ненадолго отлучиться, – сказала я.

Он насторожился и не торопился отвечать. Я знала почему.

– Я тебе уже говорила: я никуда не сбегу. Но отлучиться надо.

Хейден вздохнул и неуверенно кивнул.

– Ты можешь мне доверять.

– Вообще-то, ты еще зарабатываешь мое доверие, но… Хорошо. Отлучайся, куда тебе надо. Мне все равно нужно повидаться с Китом и Даксом, – ответил Хейден, убирая ладони с моего лица. – Только… не разговаривай с теми, кого не знаешь. И когда сделаешь то, что надо, сразу возвращайся. Договорились?

– Конечно, – ответила я.

Надо же, Хейден все же доверял мне, раз согласился отпустить одну. И это после вчерашнего, когда своим признанием я подорвала его доверие. Но отпускал он меня с явной неохотой. Наверное, помогло мое обещание остаться здесь.

– Я скоро вернусь, – добавила я.

– Знаю, – бросил он, продолжая смотреть мне в глаза.

Улыбаясь, я направилась к двери, помахала ему и вышла из хижины.

По пути к лазарету у меня противно крутило живот. Я лихорадочно соображала, как начать разговор с Докком и что вообще ему сказать. Если случившееся было началом интимных отношений с Хейденом, я хотела подготовиться. Мне вспоминались слова Мэлин. Я надеялась, что Докк сам все правильно поймет и мне не понадобится их повторять.

Размышления оборвались: я стояла у двери лазарета, добравшись туда гораздо раньше, чем ожидала. День еще продолжался, и я надеялась, что застану Докка внутри. Одного. Я толкнула дверь. Так и есть: внутри было пусто. Облегченно вздохнув, я направилась в закуток, служивший Докку кабинетом. Он сидел за столом, читая книгу. Я остановилась и замерла в неловком ожидании. Он будто не слышал моих шагов.

– Докк, привет…

– Подожди, – махнул рукой он, не отрываясь от книги.

Глаза врача продолжали скользить по строчкам, а я стояла с закрытым ртом и скрещенными на груди руками. Труднее всего было стоять неподвижно, но я терпеливо ждала. Секунды тянулись еле-еле. Наконец Докк закрыл книгу и посмотрел на меня.

– А-а, Грейс, – приветливо произнес он. – И, как вижу, одна.

– В общем… да, – смущенно подтвердила я. – У Хейдена встреча с Китом и Даксом.

– Понятно, – кивнул Докк. – Чем тебе помочь?

– Тут такое дело… не очень удобное… словом, обещайте, что ничего не расскажете, – начала я.

Физиономия у меня сейчас наверняка была цвета свеклы. Меньше всего Докк нуждался в таком предисловии.

– Девочка, врач умеет хранить чужие тайны, – терпеливо ответил он.

Докк оставался на стуле, глядя на меня с другой стороны стола. Да и зачем ему вставать? А я продолжала торчать перед ним, будто пришла выступить с сообщением.

– Понятно. Тут я… в общем, несколько дней назад я узнала от Мэлин, что вы делаете… противозачаточные уколы, – глядя в сторону, бормотала я.

Не могла я заставить себя смотреть Докку в глаза и потому рассматривала поверхность его стола.

– Да, делаю, – спокойным тоном подтвердил он.

– В общем… может, и мне сделаете? Чтобы месячные пореже приходили, – соврала я, надеясь, что он мне поверит, и одновременно сознавая нелепость своего вранья.

– Конечно, – ответил Докк. – Когда у тебя в последний раз были месячные? Укол нужно делать в течение пяти дней с момента их начала.

– Так у меня… сейчас, – сказала я, радуясь, что мне повезло со временем.

– Замечательно, – произнес Докк.

Я мельком взглянула на него. Врач добродушно улыбался. Он встал и прошел к шкафу позади стола. Открыв дверцу, Докк достал шприц и небольшой пузырек. Кивком он подозвал меня.

– Эти уколы нужно будет делать раз в три месяца, – пояснил Докк, опуская иглу в пузырек. – Через несколько месяцев у тебя вообще могут прекратиться менструации. Не пугайся, это вполне нормально. В первый раз свойства укола полностью проявляются через пять дней. При дальнейших уколах эффект будет мгновенным.

– Мне это для месячных, – с излишней поспешностью выпалила я.

– Конечно, – слегка улыбнулся он. – Я просто ставлю тебя в известность.

Я испытала громадное облегчение. Пусть Докк и догадывался об истинной причине моего прихода, в его взгляде и голосе не было ни намека на осуждение. Он вел себя честно и беспристрастно. Мне говорили, что таким должно быть поведение всех врачей.

Эти уколы делались в предплечье. Докк продезинфицировал место укола, протерев кожу ваткой со спиртом. Я ощутила влажную прохладу. Дав спирту высохнуть, Докк поднес шприц.