Армада - Эрнест Клайн

Мы сидели и ждали, и вдруг мой квантком зазвонил – так внезапно, что я чуть не уронил его от неожиданности. Судя по информации на экране, кроме группового звонка был еще один – от моего отца.

Я нажал на кнопку «Ответить», и в очередном окне появилось лицо отца.

Он улыбался – еще более радостно, чем в ту минуту, когда мы с ним встретились. Казалось, сейчас ему на плечо перепорхнет дрозд из мультфильма, а сам он затянет песню. Я посмотрел на рану у него на лбу, которую мать перевязала, и подумал о том, не вызвано ли его необычно хорошее настроение травмой головы. Через несколько секунд ему, наконец, удалось подавить улыбку, однако еще секунду спустя его рот вновь расплылся в глупой ухмылке. Отец пожал плечами, словно говоря: «Я не в силах скрыть своих чувств».

Я внезапно заметил, что за спиной у него обои маминой спальни, и все понял – и тут же пожалел о том, что не могу вырвать из мозга полученные знания. Не удивительно, что мои родители не отвечали на звонки: они трахались, словно тинейджеры.

– Зак! – излишне весело воскликнул отец. – Как дела, сынок?

Мне захотелось дотянуться до него через телефон и задушить. Но потом я подумал – а зачем? Это же для них не первый раз, верно? Да и к тому же скоро наступит конец света. Наверное, половина населения планеты сейчас занимается тем же самым. Все цеплялись за последний шанс вцепиться в кого-нибудь. Если кто и заслужил минуту счастья, так это мой отец, который только что в который раз рискнул жизнью, чтобы спасти человечество.

Раньше я бы, наверное, уже превратился в Халка и надрал ему задницу. Теперь я просто ему улыбнулся.

– Привет, папа. Я на связи со всеми пятью членами Совета по перемирию. Только что рассказал им все – ну, как мог.

Он рассмеялся, подумав, что я шучу. Затем его улыбка резко погасла.

– Постой. Ты серьезно?

– Я серьезен, как инфаркт. – Я нажал на меню в своем телефоне. – Только что добавил тебя к групповому звонку.

Его глаза распахнулись, когда он увидел, с кем я разговариваю.

– Как тебе удалось с ними связаться?

– Не только у тебя есть козыри в рукаве, папа. Если будет время, объясню.

Отец изменился в лице. Похоже, он был на грани паники.

– Что ты им сказал? То есть как они отреагировали?

Я заметил, что Дил заглядывает мне через плечо, держа в руках ноутбук, чтобы Круз тоже мог подслушивать.

– Ни хрена себе! – прошептал он. – Это твой папа?

Я кивнул и уже собирался представить отца своим лучшим друзьям, когда Совет по перемирию снова вышел на связь. Похоже, они удивились тому, что ко мне присоединился отец, но в отличие от него, не были так шокированы.

– Лейтенант, кто этот джентльмен? – спросил доктор Шостак.

– Мой отец, генерал Лайтман, о котором я вам говорил.

Отец, пораженный, смотрел в камеру своего кванткома.

– Прежде всего, – начал доктор Тайсон, – мы бы хотели поблагодарить вас обоих за службу и за то, что вам хватило смелости передать эту информацию Совету по перемирию.

– Пожалуйста, – неуверенно ответил я.

– У нас было мало времени, чтобы оценить все доказательства, – сказала доктор Тартер, тщательно подбирая слова. – Однако мы полагаем, что ваша теория о европах с большой степенью вероятности верна.

– Правда? – хором спросили мы с отцом.

Доктор Тартер улыбнулась.

– У Совета есть доступ к засекреченной информации о европах, которая подтверждает вашу теорию, джентльмены, – сказал доктор Шостак.

– По официальной версии, когда «Посланник» НАСА высадился на Европе, его зонд попытался установить контакт с внеземными существами, пробурив лед и добравшись до океана. На самом деле задача робота состояла в том, чтобы уничтожить европов.

– Я так и знал! – воскликнул отец. – Президент Никсон велел приделать к зонду ядерную бомбу, да?

Все кроме Хокинга мрачно кивнули.

– Никсон не верил, что свастика может означать что-то кроме угрозы, – продолжал Шостак. – Вместе с советниками он считал, что у нас только один выход – нанести упреждающий удар.

– Значит, это были мы… – произнес отец. – Мы напали на них первыми. А потом они прибыли, чтобы напасть на нас. Вот как все началось. И обе стороны постепенно раздували конфликт в течение сорока двух лет…

– Пока несколько дней назад мы не довели его до критической точки, отправив к ним «оружие судного дня», – закончил я.

Доктор Тартер кивнула.

– В свете полученной от вас информации, вполне вероятно, что именно наш «Ледокол» вынудил их наконец бросить в бой свою армаду.

Я покачал головой.

– Значит, это были мы. Именно мы каждый раз повышали ставки.

Отец кивнул.

– А теперь мы достигли завершающей фазы кризиса – точки гарантированного взаимного уничтожения. Если мы попытаемся уничтожить их, они уничтожат нас.

– И вы полагаете, что единственный способ предотвратить это – отозвать «Ледокол» и объявить о прекращении огня? – спросил Тайсон. – После того как эти существа уже напали на нас и убили миллионы ни в чем не повинных людей?