Вторжение - Ростислав Марченко

Впрочем, я, скорее, себя накручивал. Ан, син, ден, дем и ди были основными дворянскими приставками, однако с разным содержанием. Ан и син означали – из. Соответственно мои установочные данные при представлении покойным рыбакам звучали как Вран из Гарма. Если упомянутый фьеф лежал на землях, доставшихся Ночной империи, в общем, неудивительно, что служивший в данном регионе бывший легионер так сильно напрягся, не обращая внимания на то, что ветви рода остались по обе стороны границы.

А вот ден и производные (мне было неинтересно, отчего что пошло) никакого другого смыслового значения, кроме благородства фамилии, не несли. Когда-то очень давно голубая кровь решила так выделиться, чтобы с быдлом не путали. И все. В других местах выделялись благородными окончаниями фамилии, а не приставкой к ней и другими способами, не суть. В результате смысл установочных данных при представлении в воротах решительно изменился: с Врана из Гарма (семьи, рода, владеющего фьефом Гарм) на полноправного рыцаря (фер) Врана из благородного рода (ден) Гарм. Две разные приставки – и совершенно разное значение фамилии. В одном отсылка к родовой вотчине, в другом к родовой фамилии. Кстати, параллельное использование родовой фамилии с дополнением к ней отсылкой на владение фамильным поместьем в Хейене тоже кое-где присутствовало. Что, собственно, логично. Так что вполне возможно, что чутье меня вовсе не подвело. В любом случае жалеть или радоваться сказанному было поздно.

Тем более что события вокруг развивались неплохо. Появившийся рядом пожилой стражник в доспехах – огрузневший в свой полтинник гигант ростом под два метра с вислыми седыми усами и гладко выбритым подбородком, приняв доклад от регулировщиков, отнесся к резне с абсолютным, безмятежным спокойствием.

Разве что, брезгливо морщась, осмотрел трупы и вытер о штаны одного из слуг свой измазавшийся в крови сапог. Сопровождающие его стражники тем временем выдергивали из толпы свидетелей на первичный опрос. Оценивший и измеривший меня сверху вниз и снизу вверх взгляд напомнил лазерный взблеск, задержался он на секунду только на девизе моего окровавленного меча.

– Доброго дня вам, фер. Я именуюсь Хёрком Скоггердом и служу городу начальником караула приворотной стражи. Мои глубочайшие извинения, – мне слегка поклонились, – буду вынужден вас задержать. Оружие и личные вещи у вас примет сам префект внешней городской стражи, нобиль Алред ди Криус. Посыльный к нему уже убежал. Приглашаю вас следовать за мной. Если не подчинитесь, вынудите применить силу.

Я равнодушно кивнул в ответ.

– Прямо сейчас?

– Только немного подождать, почтенный фер. Долг требует опросить и собрать свидетелей для беспристрастного разбирательства. Не последних людей тут только что убили.

Я поморщился. Собеседник дернул уголком рта, намекая ухмылку, и отвернулся.

– Нейл, будь так любезен, отдай мне мешок, и где-то там под телегой валялись ножны. Не хочу пугать стражу.

Деда стража уже увела на опрос в сторону, при телеге дежурил один внук, с непреходящим обожанием на лице сверливший горящими глазами во мне дырки.

– Конечно же, ваша милость! – Парень соскочил на брусчатку, подобрал ножны и выдернул из телеги мешок с моими вещами. Я тем временем вытер уже подсохшую на клинке кровь о ближайшего мертвеца. Контролировавший меня мечник при этом напрягся, однако после успокаивающего жеста своего командира мешать не стал.

– Можно я помогу донести!? Как вы их, ваша милость! Раз – и одни трупы! – Парень прямо на глазах впадал в экстаз.

– У деда сначала разрешения спроси. – Признаться, не смог удержать улыбку. Приятно чувствовать себя чем-то вроде бога, да.

– Конечно же, ваша милость!

Мальчишка бросил мешок мне под ноги и молниеносно сквозанул к деду, по пути нарвавшись на подзатыльник от одного из стражников, от которого, впрочем, на ходу увернулся, продемонстрировав великолепную реакцию.

– Какой шустрый малый, – вздохнул Скоггерд над ухом. – Я тоже таким был, перед тем как в роту ушел.

Я равнодушно повел плечами. Если человеку от меня что-то надо, пусть поработает, напряжется, почувствует вкус победы.

Скоггерд немедленно сменил тему:

– Любопытный у вас меч, фер. Даже не слышал о таком. А ножны еще интереснее. Что у них за застежки?

– Магнетит. – Пожал плечами я. – Кристаллы такие в горах копают. Да и не в горах, думаю, – тоже. Не знаю, как тут называются. Те самые, что сталь притягивают.

– О! Умно! Силен мастер, вон до чего додумался! – восхитился изобретением старший вахтер. – Дорого меч обошелся, коли не секрет?

– С какой стороны взглянуть. Так, дорого. Для фамильного не очень.

– Так он фамильный у вас?

– Да.

– Ловко вы их разделали, фер. Долго с ним учились обращаться?

– С большим двуручником? Не очень.

– У фехтмейстера обучались или родовое искусство?

Я неприязненно покосился на Скоггерда.

– У мастеров фехтования учился.

– С родовым оружием не учили обращаться? – несколько фальшиво удивился Хёрк, допустив свой первый косяк в моем допросе.

– Рода больше нет. Я последний. Или первый, если вам, господин начальник привратной стражи, так будет угодно. И страны больше нет. Одни кости в сожженных городах. Новая жизнь, новый род, новое фамильное оружие.

– А сам-то откуда будете, почтенный фер? – не стал дальше ловить меня на противоречиях стражник.

– С того берега Великого океана, почтенный Хёрк. Из Халкидона, если вы слышали о таком. Если точнее, родился я по соседству, но здесь оказался после его падения. – В большинстве местных республик выжившие после падения абсолютизма благородные рода в принципе не теряли своего положения, однако я на всякий случай предпочел подстраховаться. Вежливое общение с данным типом тоже было не лишним. Нормы вежливости в данном случае дворянского достоинства не унижали, Скоггерд общался со мной вполне почтительно. В данной ситуации тыкание больше бы унижало дворянина, чем допрашивающего его низкородного. К моему счастью, нормам взаимоотношений Инга Георгиевна Ладыженская уделяла очень много времени, программа обучения вполне резонно предполагала, что знание мелких нюансов спасет немало народа от больших блудняков. Что, собственно, и подтверждалось.

– Ого, как далеко вас море занесло! То-то смотрю говор сильно не наш! Чем на жизнь там зарабатывали? И на дороге тут как оказались?

Я равнодушно пожал плечами. При проработке легенды главное было как можно меньше врать, даже чтобы самому не запутаться.

– Воевал за того, кто мне платит.

– На рядового мечника вы не похожи.

– Наверное, это потому, что я не рядовой мечник.

– Свою роту не водили? – Тон был до того вкрадчив, что собеседника хотелось одернуть. Играл он, откровенно говоря, весьма плохо.