Мастер ножей - Ян Бадевский

Я понял, что мастера все знают.

– Среди вас есть человек, – начал я, тщательно подбирая слова, – имеющий власть над входами и выходами. Хозяин Дверей. И есть человек, который на него охотится.

Нге кивнул.

– Оба этих человека среди нас, – сказал Вячеслав.

Меня поразила его уверенность.

– Ты прав, Наставник. – Я посмотрел на него в упор. – Мы должны понять, кто это.

Нге вздохнул.

– Известно ли тебе, Ольгерд, – заговорил величайший из мастеров, – в чем истинное предназначение Внутреннего Круга?

Я подумал.

– Хранить традиции? Древнее воинское знание?

– И это тоже, – согласно кивнул Нге. – Но главная задача Внутреннего Круга – оборона действующего Храма и защита Хозяина Дверей. Мы стоим на пути тьмы, пытающейся вторгнуться в наш мир с незапамятных времен.

– Тьма уже здесь! – выкрикнул я.

– В этом ты прав, – кивнул Нге. – Поэтому мы собрались вместе.

Я посмотрел в белесую даль, тщетно выискивая там силуэт браннера. Коэн безнадежно опаздывал. Мне пригодилась бы его помощь, но придется справляться самому.

– Что вы думаете делать? – спросил я.

– Свою работу, – спокойно проговорил Нге. – Остановим тьму.

Они все смотрели на меня. Словно видели во мне угрозу. Все – в полной боевой экипировке. Братья Внутреннего Круга были собранны и следили за каждым моим движением. Они вышли на бой.

Неужели Посторонний предвидел такой оборот и успел настроить всех против меня? Только Вячеслав знал о моем контракте с Коэном. Следовательно, Вячеслав и Посторонний – одно лицо.

– Ты один, – сказал Вячеслав. – Не советую ввязываться. Просто уйди, пока есть возможность.

Здорово. Ты даешь мне шанс.

Я давно слышал, что во Внутренний Круг не допускаются рлоки. Не знаю почему. То ли братья слишком круты для примитивного симбиоза, то ли придерживались древнего кодекса.

В общем, рлоков на террасе не было.

– Он не один, – раздался знакомый голос за моей спиной. – Так что не рассчитывайте на легкую драку.

Оборачиваться я не стал. Я знал, что Мерт заняла позицию, отработанную нами на многочисленных тренировках. А еще я знал, что мастера не смогут нападать одновременно – для этого их слишком много. Четверо противников уже мешают друг другу. Если у них не выработана схема.

– Вы оба умрете, – сказал Нге. – Поворачивайте назад.

И я, наверное, мог повернуть. Мне ведь, в сущности, нечего защищать, кроме любимой девушки и нашего вероятного будущего. Самым простым способом выжить казалось отступление. Но что-то меня удерживало. Что-то внутри меня ритмично пульсировало, поднимаясь из глубин.

Что-то заставило меня шагнуть вперед.

Нге вытянул перед собой руку:

– Остановись.

Что-то нарастало.

Я ощущаю мощь, заполняющую мое естество. Неведомая сила хлынула в меня, придала уверенности. На миг показалось, что это не я, а кто-то другой собирается бросить вызов Кругу.

Но это я.

Мастера не выдержали. Полукруг развалился. Все пришло в движение. Первым делом полетели ножи, вслед за этим в ткань мироздания вплелись руны. Никаких переговоров. Меня хотели убить.

При обычных обстоятельствах так бы и произошло.

Но я умел гораздо больше, чем думал.

Отправил метательные клинки по сложным траекториям, развернул баклер. С бешеной скоростью начертил руны. Нездешние руны, чужие. Эти знаки наделены жутким могуществом. Они сметают ножи, меняют вражеские руны, искажают реальность. Мастера выставили невидимые щиты, но я с легкостью проломил их. Краем глаза увидел, что Мерт застыла в немом изумлении. В руках девушки парные мечи, но они ей не потребуются. Бой разворачивается на скоростях и уровнях, неподвластных ее понимаю.

Мои руны убийственны.

Невидимые лезвия пронзают плоть, сгустки энергии разбрасывают людей, точно пушинки. Баклер выбивает чьи-то зубы. Кривой керамбит режет сухожилия. Я действую, словно берсерк из фьордов, не ведая жалости и сострадания. Братьев уже не девять, их значительно меньше. Кто-то мертв, кто-то без сознания.

Вячеслав и Антоний прорвались в клинч. Они двигаются стремительно, обходят защитные письмена, ныряют под мои клинки.

Антоний откатывается, хватаясь за плечо.

Вячеслав сталкивается с оглушающей руной и падает на землю, прижав ладони к ушам. Все мои противники повержены. На ногах остался лишь один человек – магистр Нге.

Нас разделяет пять шагов.

Я могу убить покровителя Гильдии. Он слаб. Слишком слаб для меня. Но сейчас я четко понимаю, что где-то рядом Хозяин Дверей. Поэтому Нге должен уцелеть. Пока я не совершу переход.

Нге окутывает едва заметное сияние. Боевая аура, легендарный навык мастеров древности. Он бросается ко мне, сокращая дистанцию.

Черчу руну времени.

Пара штрихов.

Мир останавливается. Нге застывает в прыжке – ноги уже оторвались от земли, тело напряжено, в глазах решимость. Насекомое в янтаре.

Двигаюсь только я.

Приближаюсь к магистру, всматриваюсь в его лицо. Собираюсь с мыслями, чтобы совершить переход.

И получаю сильнейший психический удар.

Кто-то атаковал сбоку на ментальном уровне. Я оглушен, меня сносит волной кошмара. Падаю на камни, хватаю ртом воздух. Мне не хватает воздуха, больше воздуха! А в поле зрения уже появляется тот, кого здесь быть не должно. Кто безнадежно опаздывал, но пришел вовремя.

Волшебник-демиург.

Враг Посторонних.

С появлением Коэна моя руна слабеет. Время вновь ускоряет свой бег и возвращается к нормальному темпу. Нге проскальзывает мимо и оборачивается. Замирает в боевой стойке. Смотрит на Коэна.

В руках демиурга посох.

Я взревел и метнул в посредника нож. Коэн с легкостью отбил клинок посохом. И начал что-то нашептывать. Слова врезались в окружающий мир, проникали в меня и сковали нечто, сидевшее внутри. Волна поднимавшегося мрака улеглась. Чудовище, проснувшееся во мне, затаилось.

Отпустило.

Коэн перестал говорить. И теперь спокойно взирал на меня. Он не боялся. Упал на колени. В ногах – внезапная слабость.

– Ты вовремя, Коэн, – сказал Нге. – Мы чуть не погибли.

– Это легко исправить, – передо мной выросла фигура Мерт. – Если кто-то из вас тронет Ольгерда, будет иметь дело со мной.

– Успокойся, – сказал Коэн. – Никто не собирается его трогать. К тому же это не совсем Ольгерд.