Принц Пяти Королевств - Джулия Либур

Короче говоря, Зандина считай уже жила на два дома. И благодаря этому она ещё до свадьбы начала ощущать дворец правителя королевства Морозной Луны своим. Тем более что Ледяной Утёс поддерживал её и Тхамуса во всём. Так незаметно и наступил день свадьбы.

Глава 33. Свадьба

Песчаная Пыль плакала. Она плакала от умиления и любви, от сожаления, что её девочка уходит от неё. В общем, смесь радости и печали заставляла слёзы постоянно набегать на глаза. В конце концов, Зандина, которая тоже то и дело смахивала слезинки, появляющиеся от тех же самых чувств, прочла успокаивающие сердечные волнения заклинания, и наконец смогла начать наряжаться.

Паутинка соткала не только вуали. Она соткала ещё и материал для свадебного платья Зандины. Боги, что это была за ткань! Она была воздушной и мерцала как лёгкие звёздочки инея яркой лунной ночью. Классический фасон с квадратным вырезом, завышенной талией затем свободно расширяющийся к низу и такими же расширяющимися рукавами, очень шёл к фигуре Зандины. Платье подчёркивало южную красоту девушки, одновременно придавая ей дополнительную хрупкость. Роскошные волосы принцессы собрали наверх в причёску, оставив несколько локонов. Изумительная, летящая вуаль крепилась к диадеме из бриллиантов, жемчуга и сапфиров. Похожее ожерелье, только более тонкое обвивало её шейку, а на запястье искрился браслет с такими же камнями. Наконец последний штрих: духи «Цветок Беренис» и невеста была совершенно готова.

У дам в Волшебных Краях в ходу были различные ухищрения для усиления природной красоты, или даже исправления внешности. Это могли быть как волшебные снадобья и крема, так и заклинания. Последние были особо любимы. Этим занимались в основном колдуньи. Но и некоторые феи славились таким умением. Существовали даже особые «салоны красоты». Конечно, все эти средства не работали вечно. Поэтому клиенток у них было достаточно. Но Зандина никогда в жизни не применяла подобных заклинаний, хотя прекрасно знала и эту магию. У неё не было в ней нужды, природа и так дала ей всё. Её яркую красоту невозможно было сделать ещё ярче, поэтому завершающим штрихом и были только духи.

Свадебную церемонию, вернее, само заключение брака должен был проводить Ледяной Утёс, как верховный правитель королевства, наделённый высшими полномочиями. Жених со своим отцом тоже уже находились в зале для церемонии. Зазвучала нежная музыка флейт и скрипок. Эльфийские композиторы были мастера по сочинению музыки, буквально оплетающей сознание и заставляющей погружаться в чувства, которые хотел передать создатель. Вот и теперь скрипки и флейты пели щемящую историю любви. Пока это была тема разлуки, но в ней уже слышались нотки надежды. А когда в дверях зала появилась Зандина в сопровождении матери, то к скрипкам и флейтам добавились виолончели, ударные и клавишные, и эта надежда зазвучала во всю мощь, переходя в радость встречи.

Снежные эльфы были сдержаны по природе, но в то же время не стыдились проявления чувств. Дамы откровенно смахивали слёзы, а мужчины склоняли головы в почтительных поклонах, опуская подозрительно блестящие глаза. Такие чувства охватывали эльфийцев по нескольким причинам. Во-первых, историю любви жениха и невесты, хотя и в несколько искажённом и неполном виде, передавали шёпотом друг другу ещё со времени сватовства. Во-вторых, эльфийцы давным-давно не видели свадьбы особ королевской крови, и уже надежду на это потеряли, а ведь они всегда трепетно относились к своим королям и королевам. В-третьих, Тхамус и Зандина были очень красивой парой. И если до этого на Тхамуса и заглядывались девицы, а ради Зандины не один эльфийский отпрыск готов был бы биться на турнире, сейчас они все искренне любовались ими.

Когда Зандина с Песчаной Пылью дошли до арки из цветов, под которой уже ждали их Тетхи и Тхамус, раздался гром оваций. Тетхи протянул руку, и королева вложила руку Зандины в его руку. А Тетхи, обняв Зандину, поцеловал её в лоб и назвав «дочкой», вручил руку Зандины Тхамусу. Они встали рядом под аркой и Ледяной Утёс по традиции попросил их обменяться клятвами. Они по очереди поклялись в нерушимости союза и призвали в свидетели Пятерых Богов. После чего обменялись кольцами и браслетами. И кольца, и браслеты были одинаковые, отличались только размером. Браслеты были украшены камнями богов, а изнутри у них, как и у колец, были выгравированы имена супругов. После этого жених и невеста напоили друг друга нектаром из чаши. И король объявил брак свершившимся.

В зале поднялся приветственный шум, сверху на новобрачных посыпался дождь из лепестков и жемчужин. Жемчужины потом должны были собрать девушки на выданье. Причём собирать могли его все девушки независимо от сословия и знатности. Считалось, что вставленные в украшения, они приносят счастье и быстрое замужество. Ледяной Утёс не пожалел жемчуга. Его хватило всем: и знатным дамам, и прислуге. К новобрачным потянулись гости с поздравлениями и подарками, которые складывали тут же на специальном столе, чтобы все могли любоваться ими. Эльфы любили дарить затейливые вещицы, поэтому полюбоваться было на что. После того как с поздравлениями были закончено, все гости, во главе с королём и новобрачными, перешли в зал с накрытыми столами.

И как только Король дал знак приступить к трапезе, начались пир и веселье. Несмотря на свою сдержанность, веселиться эльфы умели. Любили они и шутки, и смех, и розыгрыши. Распорядитель поначалу пытался направить всё в запланированное русло, но Тхамус кивнул ему, чтобы он пока дал гостям повеселиться без сценария. Когда сошла первая волна тостов за короля, новобрачных, их родителей и родственников до седьмого колена, распорядитель смог наконец приступить к своим обязанностям и выстроить дальнейшие застольные речи в должном порядке.

После пира сытые и умиротворённые гости перешли в зал, где их ждало представление. Пресыщенных эльфов было сложно удивить. Однако представление удалось. Особенно один волшебник, который показал огненное шоу был удостоен самых бурных оваций. Он был объявлен как служитель Эльдура, и не зря. Волшебник овладел магией огня в совершенстве. Огонь был послушен ему абсолютно. Казалось даже, что стихия боится его. Колдун буквально лепил из огня всё, что ему