Бог Солнца - Чарли Хольмберг

Я не падала, а… летела.

Мир разорвался на клочки и превратился в кристально-розовые стены, которые на самом деле не были стенами, а скорее миражом, на них располагались круглые окна, в которых виднелось небо – настолько звездное, что казалось, звезды занимают больше пространства, чем тьма.

А прямо передо мной стоял Сайон.

Я ахнула. Его вид поверг меня в немое потрясение. Неужели я так легко забыла его лицо? Оно казалось мне таким же незнакомым, как в ту ночь, когда я впервые узрела его лик в свете масляной лампы. Сияние Сайона окутало меня небесным теплом. Его неземные одеяния мягко развевалась вокруг тела, словно он находился в воде, а бриллиантовые глаза были широко распахнуты и сияли.

– Айя, – прошептал он и шагнул ближе. Ближе, чем мне полагалось вытерпеть. Краем сознания я отметила, что мое тело подстроилось под странные стены: словно отрастило нечто вроде астральной брони из кристаллов.

Я пару раз моргнула. Спохватилась. Потянулась к Сайону – в шести дюймах от его лица кожа начала гореть. Ближе, чем прежде, тем не менее недостаточно близко.

– Сайон…

Он упал передо мной на колени. Я раскрыла рот. Кто-то ахнул. Боковым зрением я заметила божка.

– Я искал повсюду. – Хрипотца в голосе Сайона навевала мысль о засушливом лете, о выжженной Солнцем траве и темно-коричневых кузнечиках. – По всей Матушке-Земле и по небесам. Мои люди и божки искали тебя… не переставая…

Он покачал головой, словно не в силах поверить, что я стою перед ним, хоть именно он вырвал меня с Земли. Я задумалась, было ли это место его домом, его дворцом, где он жил со своими слугами, – его собственным райским уголком?

Я опустилась на колени, чтобы заглянуть ему в лицо. Мне так сильно хотелось его коснуться, что к горлу подступило рыдание, которое я, однако, сумела подавить. Тем не менее голос дрогнул, когда я сказала:

– Луна поручила мне создать ее образ. Она отправила меня работать в Забвение…

– Что?!

Огонь, который всегда лизал его кожу, вспыхнул и раскалился добела, мне даже пришлось отпрянуть. Полагаю, только мысль о том, что он может причинить мне боль, вынудила Сайона остудить пламя до ярко-желтого.

Я помотала головой, отгоняя мысли о тьме, которая все еще меня преследовала.

– Я закончила и теперь свободна.

В его глазах, похожих на драгоценные камни, сражались ярость и печаль.

– Такое просто не закончишь.

– Мое Величество Солнце, – произнес мягкий голос позади. Божок осторожно приблизился. – Она не звездная мать. Ей нельзя здесь…

– Прочь. – Сайон не кричал, но приказ был таким требовательным, что он вновь напомнил мне льва, на этот раз выслеживающего свою добычу. Его пылающий взгляд не отрывался от моего. Божок беспрекословно испарился.

– Я закончила, и под конец она проявила милосердие, – прошептала я, дрожа, несмотря на жару. Сознание сжимали темные щупальца. Сосредоточившись на свете Сайона, на настоящем, я почувствовала, как они медленно отступают. – Она меня освободила и дала это.

Я вытащила из-за пазухи каменный осколок и протянула ему на ладонях. Мне не требовалось ничего объяснять – выражение на лице Сайона говорило само за себя: ему прекрасно известно, что это такое.

Он было потянулся к нему, но почти сразу отдернул руку – танец, уже привычный для нас.

– Ты справилась. – В тот момент он выглядел… молодым. – Потрясающая, невероятная женщина… ты справилась!

Я улыбнулась, его огонь испарял мои непролитые слезы.

– Я справилась.

Он склонил голову.

– Но Луна ответит за нарушение границ.

Я придвинулась, желая взять в ладони его лицо: он охладил сияние до темно-красного, позволяя моим рукам приблизиться к его коже на расстояние в несколько дюймов. Но даже здесь, с окутывавшей меня неведомой магией, я не могла к нему прикоснуться.

Вновь нахлынула тьма, на этот раз она принесла с собой соленый привкус, тот самый, который время от времени мучил меня в Забвении. По правде говоря, это не имело никакого значения, тем не менее… я хотела знать.

– Что омрачает твой взор? – голос Сайона походил на шепот, он изучал мое лицо так, словно душа моя была раскрытой книгой.

– Эта война… – начала я опасливо, пульс участился, – это… размолвка влюбленных?

Его брови приподнялись от неподдельного удивления.

– Размолвка влюбленных?

– Луна сказала… сказала, что когда-то спала в твоей постели.

Он вспыхнул ярким оранжевым цветом, и от жара я отпрянула.

Его голос был глубоким и суровым, когда он сказал:

– Я никогда не прикасался к этому существу.

Сайон не мог лгать. Да и это не имело значения – я так думала. В груди, подобно лилии, расцвело облегчение, и тьма отступила.

Он потянулся к карману – не одежды, а воздуха, словно сама Вселенная открылась для него. Оттуда он извлек несколько золотых цепочек и знакомое кольцо: толстое золотое кольцо с черной линией посередине.

При виде этого украшения я раскрыла рот, а в горле застрял тугой комок. Его подарок, который я так долго носила с собой и который мне пришлось отдать при входе в царствие Луны, вместе с цепочкой, позволившей мне ступить в сердечную залу Матушки-Земли.

Он не мог надеть кольцо мне на палец, поэтому просто выпустил, и оно подплыло ко мне по воздуху, как по воде. Я поймала его и надела. Затем тяжело сглотнула, но комок в горле никуда не делся. Цепочки он положил к моим ногам.

– Останься оно у тебя, я все равно мог тебя не найти. – Он встретился со мной взглядом из-под бледных позолоченных ресниц. – Забвение… бесконечно.

Он говорил так, словно у него в горле тоже застрял ком.

Глубоко вздохнув, я взяла себя в руки и повернула кольцо так, чтобы черная полоса стала янтарной.

– Спасибо

Он лишь кивнул.

Я сделала еще пару вдохов, чтобы унять готовые пролиться наружу эмоции. Подобрала три золотые цепочки.

– Терет…

– Все знает. – Сайон указал на осколок у меня в руке. – Он тоже тебя искал.

Ком все рос.

– Мне нужно вернуться к Ней. – Я приподняла ладонь с осколком, прежде чем засунуть обратно за пазуху вместе с цепочками. Мой голос походил на карканье. – Нужно вернуть его. Можешь меня туда доставить?

Его взгляд пробежался по моему лицу, словно по строчкам книги.

– Могу. И доставлю. Я не позволю тебе идти одной.

– Война…

– Даже без войны я не смог бы ступить так глубоко в Матушку-Землю. – Черты его лица смягчились. – И Терету бы не понравилось.

Мои губы дернулись, но я промолчала.

– Но твоя сестра на юге Хелканара. – Сердце подпрыгнуло в груди. – После твоего исчезновения я беседовал с ней несколько