Возвращение ковчегов - Дженнифер Броуди

Потрясение перешло в жгучий гнев. Их окружили сотни солдат в десантных костюмах. Виник подставил к горлу Рен золотистый кинжал.

Аэро прикинул, что здесь находилось чуть ли не пять отрядов. Противник занял коридор, выстроившись в стройные боевые ряды; фигуры в серебристых костюмах сжимали фальшионы в форме разнообразных смертоносных орудий: мечей, копий, кинжалов, палиц и боевых молотов. Аэро всмотрелся в лица воинов. Майор Дойл вырубил оружейника, мать Аэро схватила Вози-уса, а Даника уперла в спину Калеба острие ножа. Аэро с удивлением заметил на рукавах у матери и бывшей невесты майорские знаки отличия.

– Возиус! – закричала Майра и бросилась к братишке, но майор Райт еще крепче ухватила мальчика. Ее фальшион принял форму грозного кинжала, такого же, как у Виника.

– Даже не думай! – прошипела она, прижимая лезвие к горлу Возиуса. – Если только смерти ему не желаешь.

Майра резко остановилась и вскинула руки. Ищунья зарычала, шерсть у нее на загривке встала дыбом, но она тоже отступила.

– Эй, выбери себе противника по размеру, – сказала Рен, пытаясь вырваться. – Вы, трусы проклятые…

– Молчать, дезертир! – отрезал Виник и ударил ее наотмашь.

Рен согнулась и сплюнула кровь. Аэро плотнее сжал рукоять палаша.

– Отпусти их, слабак! – еле сдерживая злобу, потребовал он.

– Разбежался, – осклабился Виник. – У меня другое предложение. Сдавайся. – Он указал на длинные ряды солдат, которым даже не хватало места в здании. – Вас слишком мало, и вам никак не победить.

Калеб попытался вырваться, но, ослабленный, не мог сопротивляться.

– Майра, они убьют нас всех! Беги… спасайся…

– Нет… Калеб! – В глазах Майры полыхал страх. – Я тебя не брошу!

Даника захихикала, не ослабляя хватки. Взглянула на майора Райт:

– Вы только посмотрите на бедного дурачка! Да он влюблен в эту костлявую малявку.

– Жалкие рабы эмоций, – фыркнула Лидия.

Аэро лихорадочно соображал, прикидывая, как ему уравнять шансы. Виник прав: у него людей больше, ведь есть еще целая армия на борту главного корабля, которая только и ждет его приказов. Идеи мелькали в голове, одна отчаянней другой, и наконец нашлась более-менее годная.

– Вызываю тебя на поединок, – как можно увереннее сказал Аэро. – Вызов Верховному командующему может бросить любой солдат, ведь так? Один на один, дуэль на фальшионах, как было завещано предшественниками.

В рядах солдат возникло легкое движение, по ним, словно вирус, распространялась неуверенность. Солдаты зашептались и начали переминаться с ноги на ногу. Виник издал едкий смешок:

– Снова за старое, парень? На этот раз уловка не сработает.

– Отказываешь мне в моем же праве? – спросил Аэро, указывая на других солдат. – В присутствии свидетелей? Да ты боишься. Знаешь, что я лучше сражаюсь.

Виник резко оборвал смех:

– Любой солдат Межзвездной армии Второго ковчега может бросить мне вызов, и тут ты прав. Однако ты больше не солдат. Ты изгнан и лишен званий, дезертир. Спроси у своего драгоценного оружейника. Ну, давай, он скажет тебе правду.

Оружейник лежал за полу, из раны у него на лбу сочилась кровь.

– Отвечай, дурак! – потребовал Дойл и сильно пнул его ногой.

Оружейник со стоном приподнял голову:

– Простите, капитан… Верховный командующий прав. На изгнанников наша хартия не распространяется.

Эти слова отрезвляюще подействовали на солдат: неуверенности, поразившей их ряды, как не бывало. Аэро оставалось лишь одно, пусть даже это противоречило основным инстинктам.

– Ладно, сдаюсь, – сказал он, возвращая фальшиону первоначальную форму и поднимая руки. – Но при одном условии: остальных отпустите. Они вам не нужны. Дверь мы уже открыли, и заложники бесполезны. Вам теперь нужен только я.

– С какой стати, парень? – спросил Виник, плотнее прижимая кинжал к горлу извивающейся Рен. – Ты не в том положении, чтобы торговаться.

Аэро сощурил глаза и серьезным тоном пообещал:

– Поступишь иначе – убью. Вот тебе мое слово.

Виник оскалился и ядовито рассмеялся:

– Ну, попробуй! С большим удовольствием всажу клинок в тебя, как в твоего папашу. Затем мы снимем с твоей остывающей руки Маяк и вынесем из Первого ковчега все ценное, а после оставим этот бесплодный кусок камня и продолжим Штерновы поиски, – прорычал он. – Последний шанс! Сдавайся, или твои друзья умрут. Первой я пущу кровь вот этой…

– Не надо, сэр! – взвизгнула Рен. – Он вас убьет!

– Молчать, предательница! – прокричал Виник и ударил ее рукояткой кинжала по шее. Рен тяжело осела на пол. – Время вышло, парень. Солдаты, в атаку!

Воины, словно единый, хорошо отлаженный механизм, вскинули фальшионы и двинулись вперед. Подошвы ботинок тяжело ступали по мраморному полу, вздымая пыль. Некоторых Аэро узнал: с кем-то он учился, кого-то сотни раз встречал в коридорах корабля, с кем-то делил еду и кров. Лица солдат оставались совершенно пустыми, лишенными эмоций. Аэро понял: совместная учеба и обеды не помешают бывшим товарищам нанести ему смертельный удар.

Время словно замедлилось, как всегда в пылу сражения. Слаженный топот ботинок раздавался все реже. Кровь стучала в висках. Аэро где-то вычитал, что в момент смерти перед глазами проносится вся жизнь. Он ждал этого, но разум оставался пуст, как космический вакуум. Единственное, о чем сожалел Аэро, из-за чего в горле встал твердый, точно камень, комок, грозя лишить его концентрации: вместе с ним погибнут и новообретенные друзья.

«Я вас подвел, – подумал он, мысленно прося прощения. – Жаль, что не сумел вас спасти».

Противник приближался, и Аэро постарался унять дыхание, раздумывая, как ему пробиться через живой заслон к Винику. Оставалось только мстить. Хоть какое-то утешение. Три метких удара, разворот, уклон, прикидывал Аэро. Он мог погибнуть в этой схватке, но так тому и быть. Он уже подобрался, готовый ринуться в бой, когда внезапно прозвучал сигнал тревоги. Он огласил все здание, загорелись аварийные огни, залив стены зловещим красным светом. Солдаты растерянно завертели головами.

– Звездное пекло, в чем дело?! – недоумевал Виник, и тут раздался голос, слышный на сей раз всем, а не только носителям: