Каратель - Александра Лисина

Когда Пакость умчалась, я сменил форму на звериную и, отправив зов улишшам, потрусил за каретой уже без спешки.

Принимать решение впопыхах было опасно, однако и мага оставлять без внимания было нельзя.

Кто он? Откуда взялся? На кого работает? И каким образом связан с Орденом? Я не был с ним знаком ни в одной из своих личин. И он ни разу не мелькнул в жизни мастера Шала. Больше того: эти двое вообще нигде не пересекались, и я, на ходу перерывая воспоминания матрицы, так и не смог уловить никакой связи. Но по какой-то причине из всех карателей столицы его заинтересовал только мастер Шал. Не нечистый на руку Жош, не его подпевалы, ни другие мастера, которых в Гоаре имелось аж три десятка, а именно я.

Почему?

Я где-то наследил? Что-то упустил из виду? Может, лессу Майену насторожило мое чересчур быстрое выздоровление? Или еще какие-то вещи вылезли, когда меня принесли к ней в невменяемом состоянии? Нет, личина бы с меня не слезла – Изя был катастрофически слаб, чтобы выбраться наружу, а Ули пребывал в глубокой отключке. Но, может, я что-то сделал не так? Скажем, нес какой-нибудь бред или разговаривал на незнакомом языке?

Но даже тогда этим фактом в первую очередь должен был заинтересоваться магистр Нэш. Это ведь к нему на стол с завидным постоянством ложились доклады подчиненных. О моем состоянии лесса обязана была ему докладывать регулярно. И в процессе моего нахождения в башне, и особенно после. В том числе перед тем, как мне разрешили приступить к несению службы.

Будь у мастера Нэша хоть малейшее подозрение в том, что я – это я, а не мастер Шал, хрена с два мне бы дали оружие в руки.

Но ничего не произошло. Меня, можно сказать, даже повысили. Больше того, дали возможность реабилитироваться. И если бы не Рез, я бы наверняка вернулся из подземелий с победой.

Получается, изначально я никаких подозрений не вызывал? Или же вызывал, однако леди ни с кем в Ордене не захотела ими поделиться, а вместо того, чтобы подать начальству полный отчет, предпочла его исказить и слила информацию на сторону? Причем не первому встречному, а магически одаренному и очень уж кстати нарисовавшемуся любовнику.

Нет, может, она и раньше сливала ему секретные данные. Но что-то во мне определенно было не так, если тот маг целых два раза поинтересовался причинами моей смерти и сомневался в ней до тех пор, пока не увидел официальное заключение.

Хорошо. Допустим, что-то во мне все-таки отличалось от настоящего мастера Шала. Вопрос: что? Внешность – вряд ли, личина села на меня как влитая. Привычки – тоже мимо. В присутствии посторонних я ни разу из образа не выходил и от поведенческих реакций матрицы не отступал. Слежка за мной на протяжении этого времени тоже не велась – улишши тому гарантия. Подозрительные личности возле нашего логова не крутились. А значит, чисто теоретически никто не мог заметить, что за пределами Ордена я веду себя не так, как обычно.

Насчет изнанки я тем более не волновался – места перехода через барьер не видели даже маги, не говоря уж о простых людях. На открытом пространстве я на изнанку никогда не уходил. Всегда выбирал места поукромнее. Да еще тщательно проверял окрестности перед уходом, поэтому был уверен – никто не мог уличить меня в том, что я шайен.

Изя тоже вел себя безупречно. И в башне целителей, и после.

Пакость?

Маловероятно, потому что после неудачи в коллекторе даже она старалась соблюдать конспирацию.

Улишши?

Нет. Малышня учла свои прежние ошибки, да и в резиденцию я их ни разу с собой не брал.

Но тогда что же насторожило лессу? Что вообще такого могла заметить юная, неопытная, недавно выпустившаяся из учебного заведения целительница, которая даже год в Ордене не успела отработать?

Выбравшись на совершенно пустой, погруженный в серо-зеленую хмарь перекресток, я задрал морду к небу, старательно принюхался и, безошибочно отыскав витающий в воздухе аромат серебра, смешанный с отчетливым привкусом фэйтала, свернул налево.