Алекс-Сандра - Елена Кароль

меня слишком серьезным потрясением, а информация о том, что дружбы не было вовсе, а была одна лишь корысть… В те дни моё детство завершилось досрочно. Клан Патерсон дорого поплатился за кровавые планы своего сына, и отец не пощадил никого, кто хоть что-то знал о предстоящем ритуале, но это было уже после. Да и нет такой цены, чтобы уравновесила разочарование и боль потери…

Перемежая информацию о детстве вампира с собственными воспоминаниями, Лекс не кривил душой. Александра, узнав об измене мужа, была раздавлена морально ничуть не меньше. Состоявшаяся, как специалист, она оказалась глубоко несчастна в семейной жизни. Александра не была красавицей и в то время, когда однокурсницы одна за другой выскакивали замуж, она работала и снова работала. А в тридцать четыре поняла, что кроме работы у неё ничего нет. Задавшись новой целью – муж и дети, Александра далеко не сразу, но нашла мужчину, с которым смогла почувствовать себя любимой и желанной. Однако поздний, казалось бы счастливый брак обернулся горьким разочарованием всего через пять лет. Супруг хотел детей, а она никак не могла забеременеть. Одно ЭКО, другое… и провал за провалом. Он поддерживал её, подбадривал, обещал, что сделает всё…

А затем её лучшая подруга, устав ждать, когда Павел её бросит, не удержалась и сама открыла глаза Александре на истинное положение дел. Павел и Юлия встречались за её спиной уже второй год и Юлька была на третьем месяце беременности.

Развод?

Конечно развод…

Наверное, она бы впала в затяжную депрессию и апатию, но она просто не успела – получив на руки документ о разводе, Александра просто напилась. Впервые в жизни, купив себе водки, хотя никогда не пила ничего крепче вина, женщина напилась.

И умерла.

Но как оказалось, в планах Александра Энсома-старшего её смерть не была запланирована.

– Но может всё-таки пора оставить прошлое в прошлом? – выдержав длительную паузу, Иван заговорил неторопливо, тщательно подбирая слова. – Неужели ты так зациклился на этом предательстве, что не веришь в наши слова и желания? Мы ведь не вампиры, нам не нужна твоя способность.

– Да уж… Ледокол – с вами ещё хуже, вам нужна я вся. Моё тело, моя душа, моя верность и преданность, моя любовь. – Невесело хмыкнув, Лекс не удержался и встал с шезлонга, а затем и вовсе подошел к перилам. Обернулся и, смерив напряженного Ивана ироничным взглядом, парень вопросительно кивнул. – Я ведь прав? Чего-то одного вам будет мало.

– Да, ты прав. Значит дело в доверии?

– Не только. Доверие, уважение, принятие как плюсов, так и минусов. Дело много в чём. Если нет чего-то одного, то это уже не то. А ещё дело в ненормальной и необъяснимой спешке, которая меня бесит…

Последние слова вампир говорил уже словно для себя и демон успел лишь нахмуриться, не совсем понимая, о чём говорит Лекс, как парень снял с носа очки и, кинув их на шезлонг, перемахнул через перила и рыбкой вошел в кристально чистую воду.

– Спешка его бесит… – также встав с шезлонга, Преображенский подошел к перилам и первым делом нашел взглядом плывущего под водой парня. – А меня вот бесит то, что близко, а руками трогать нельзя. И не только руками. Но я же не психую… – вздохнув и поморщившись, иронично пробормотал себе под нос: – Естественно, ведь я древний и многомудрый Ледокол, которому на всё пох**. Эх, Сашка… Какая же ты всё-таки эгоистка! И почему ты вампирша, а не демоница? Насколько всем нам было бы проще.

Отметив направление, в котором плыл Лекс, Иван тоже спрыгнул в море и, сделав себе на память зарубку, уточнить через пару часов ещё кое-что, мужчина отправился следом за парнем – отдыхать и любоваться изумительными подводными видами.

Глава 18

И всё-таки Красное море и продолжительный дайвинг были именно тем, что внесло в субботнее свидание двух мужчин определенную толику романтики. Обострившимся рядом с желанным объектом чутьем понимая, что этот самый объект не готов ни к чему серьезному, Иван не торопился приближаться ближе, чем на два-три метра. Именно такая дистанция была оптимальной, чтобы Лекс не ощущал давления и навязчивости, хотя чем дольше они плавали, тем чаще Преображенский ловил себя на мысли, что тело у парня невероятно гибкое и даже изящное.

В отличие от него самого, двухметрового амбала с рельефными мышцами, Лекс был скорее жилист и тонок, что кстати наводило на некоторые размышления не самого приличного характера. А ведь Александр на текущий момент был едва ли не единственным, кто воспользовался своим даром Изменчивости и без раздумий из парня стал девушкой. Причем и душа у младшего Энсома была именно девичьей – вздорной, взбалмошной, эгоцентричной, но именно девичьей.

И снова вопросы, вопросы, вопросы…

Время близилось к вечеру и, наплававшись до изнеможения и приятной ломоты в мышцах, вампир и демон просыхали от морской влаги на шезлонгах, попутно подкрепляясь тем, что было запланировано на обед, но скорее пришлось на ужин. Из напитков была лишь вода, причем как обычная, так и минеральная – алкоголь на борт Иван не взял принципиально.

О чем сейчас кстати немного жалел – распустив волосы, чтобы они высохли как можно быстрее, Лекс окончательно растерял в его глазах всю мужественность, превратившись в желанную женщину, лишь без груди. Те же губы, тот же изгиб бровей, те же насмешливые, чуть прищуренные глаза… Ну, подумаешь, ниже пояса тоже мальчик.

Пока мальчик.

Так ведь и с мальчиком можно…

– Вань, мысли фильтруй. У тебя на лбу все твои желания крупными буквами прописаны, – хотел бы сказать "Ледокол" и "Андреич", но пока Преображенский вел себя в пределах разумного и был с ним вежлив и нейтрален, так что и ему не стоило нарываться.

– Мог бы – фильтровал. К сожалению, ты хочешь невозможного, так что оставь мне хотя бы мысли. Кстати, поделись со мной ещё кое-чем личным – ты когда-нибудь занимался сексом с женщиной?

– А ты не скромничаешь! – хохотнув, вампир покачал головой и задумался. Солгать или нет? Что будет выгоднее? – И что тебе даст знание на этот вопрос?

– А просто ответить не можешь?

– Просто… С вами не бывает просто. Хорошо, буду честен – баб у меня ещё не было.

– Ещё? – недовольно вздернув бровь, демон удостоился кривой ухмылки вампира и, стараясь не допустить в голосе даже намек на угрозу, процедил: – Лекс, не надо.

– Что?

– Ты меня понял. У тебя есть мы.

– Неверное утверждение. У меня "будете" вы, когда я пойму,