Комдив - Александр Айзенберг

Черчилль после разгрома Германии сразу станет врагом. Пока же стоит перед предстоящими переговорами запастись лишними козырями, и мощные танки будут тут в самый раз. По докладам специалистов американские и английские танки комфортны, но вот по своим боевым качествам не очень. На данный момент достаточно эффективно противостоять немецким танкам может только тяжёлый английский Черчилль, и то его орудие явно не дотягивает до нужных кондиций. Он сопоставим с нашим КВ-1, правда чего таить, лобовая броня у англичанина толще, так что защищён он лучше, но на этом его преимущество над КВ и заканчивается. В остальном они примерно равны, а остальные танки союзников равнозначны нашим Т-34, но уже уступают новым Т-43. Хорошо бы к началу конференции значительно потеснить немцев, что вполне возможно. Армия Севастьянова пошла в рейд и первый успех считай мгновенно, повторное освобождение Белгорода, а зная полковника Прохорова, который считай и верховодит у Севастьянова, скоро пойдут одни радостные донесения.

Не зря говорят, что хуже всего ждать и догонять, вот и я сижу в Харькове со штабом армии и жду у моря погоды. Наши манёвренные группы разбежались по округе и принялись геноцидить гансов и прочую шушеру, а я, как командир дивизии вынужден сидеть вместе со штабом и лишь ждать донесений об успехах. И ведь хрен сейчас с Харькова уёдёшь, не дай бог какие немецкие части после этого снова сюда войдут и придётся тогда выбивать их снова уже с большой кровью, так что приходится сидеть на попе ровно и ждать, пока войска Ватутина не подойдут к городу. Только когда фронт подойдёт к нам, можно будет двигаться дальше, правда тогда уже придётся задержаться на пополнение припасов. Мы хоть и прихватили с собой достаточно топлива и боеприпасов, но к этому времени уже и потратили прилично, так что для успешного продолжения рейда не мешает пополнить припасы. Наконец через три дня передовые части Воронежского фронта подошли к городу, а на следующий день в Харьков прибыл и Ватутин вместе со своим штабом. Мы с Севастьяновым разумеется отправились к нему на доклад, правда я в основном стоял позади Севастьянова и не отсвечивал, предоставив непосредственному начальнику самому хвастаться нашими успехами и достижениями. Ватутин со своими штабными выслушал нас и остался доволен, а мы получив одобрение на продолжение рейда двинулись к себе, главное Ватутин распорядился немедленно выделить нам всё необходимое, благо, что первые транспорты с припасами уже стали приходить. До самого утра мы пополнялись и в 7 утра двинулись дальше, у меня было несколько вкусных целей на примете. Общей целью нашего рейда был удар по немецким тылам вдоль всего фронта в направлении Краматорска, Сталино (Донецка) и Мариуполя. Самым лучшим подарком нашим войскам, которые должны были перейти в наступление по этой линии, было создание атмосферы хаоса и паники в немецких порядках. Правда первой нашей целью оказался немецкий аэродром, который находился на пути нашего следования и который немцы не успели эвакуировать. Стремительность нашего броска застала их врасплох, хотя общая скорость нашей армии составила порядка 30 километров в час, но то обстоятельство, что мы двигались без задержек, позволило нам пройти приличное расстояние за день и это с учётом того, что по дороге мы громили все встреченные немецкие части. Достаточно разрозненные и небольшие немецкие гарнизоны выносились мгновенно, просто силы сторон были несоизмеримы, когда относительно маленькие немецкие части подвергались атаке значительных сил на бронетехнике. Мы появлялись внезапно и сразу следовала атака Т-43 при поддержке бронетранспортёров, которые своим огнём давили малейшие попытки сопротивления. Уже отработанная тактика зачистки населённых пунктов работала на пять, так что все деревни и даже небольшие городки захватывались с ходу передовыми частями, после чего мимо радостных и ошеломлённых жителей следовала вся наша колонна, которая растянулась более чем на десяток километров, и видмногочисленной техники проходившей мимо радовал жителей. Правда была тут и своя даже не ложка, а целый бидон дёгтя на бочку мёда. Мы проходили мимо оставляя пусть и не надолго теперь, но всё же жителей на власть оккупантов, так как немцы сюда ещё вернутся. В качестве хоть какой то гарантии неприкосновенности мы в каждом населённом пункте оставляли большие таблички на немецком:

«Немецкие солдаты и офицеры, в случае уничтожения вами этого населённого пункта и его жителей мы найдём вас и полностью уничтожим ваши подразделения до последнего человека, а потом, после нашей победы, ваши семьи будут высланы в Сибирь в трудовые лагеря. Полковник Прохоров.

П.С. Кто меня не знает пусть спросит у других, как ваши солдаты заплатили за уничтожение наших раненых в Тернополе и как сам командующий группой армий Юг посылал парламентёра к нам, что бы прекратить вырезание немецких госпиталей и колонн с ранеными.»

Конечно ни какой гарантии на неприкосновенность это не давало, но ведь с госпиталями и ранеными хоть и не сразу, но сработало, и тут я надеялся, что моя слава среди противника заставит их задуматься, а нужен им потом такой геморрой. Иметь на своём хвосте разъярённого и сильного противника, который не даст тебе ни одного шанса на спасение ещё то удовольствие, а я уже доказал, что всегда выполняю свои обещания. Сейчас я трясся в своём штабном бронетранспортёре, необходимость держать руку на пульсе событий заставляла забыть о любом комфорте, и по рации контролировал передовые группы. А что вы хотели, разумеется именно моя дивизия шла первой, в авангарде нашей армии, и именно мои бойцы захватывали все встреченные населённые пункты и громили встретившегося противника. За день было семь попыток немцев бомбить наши порядки и хотя авиационного прикрытия у нас не было, но вот мобильная ПВО была достаточно сильной. Кроме специальных бронетранспортёров с зенитками, на каждом танке и самоходке были зенитные пулемёты, а почти на каждом бронетранспортёре были пусть и не зенитные, но имевшие высокий угол подъёма пулемёты. Своевременно развёрнутые в сторону противника они выдавали целое море огня, хорошо видимое из-за трассирующих патронов и бесчисленные огненные плети устремлялись навстречу птенцам Геринга мгновенно убивая в них желание связываться с нами. В итоге в основном они бомбили нас с высоты, куда не доставали наши пулемёты и немногочисленные 37 миллиметровые зенитки и разумеется итог таких бомбёжек приближался к нулю. Конечно какие то потери они нам всё же доставляли, но вполне терпимые, это не то, когда тебя прицельно бомбят с пикирования, когда точность бомбометания очень высокая, да и бортовое вооружение для штурмовки не используешь, а крыша у танков достаточно тонкая, так что из