Тени Севера - Андрей Стоев

Норит пыхтел так, что у меня возникло впечатление, что он вот-вот лопнет от злости, так что я решил срочно перевести разговор на другое:

— Это и есть ваше поселение, Норит? Насколько я понимаю наш план, мы сейчас оставим сиятельную где-то здесь и двинемся к Хозяйке.

Он охотно поддержал смену темы, так что могу смело предположить, что слова Миланы были чистой правдой.

— Надо сначала со старейшинами поговорить, решить вопрос насчёт сотрудничества с наружниками. С вами то есть. А то вы сделаете свои дела, и где вас потом ловить?

— А зачем нас ловить? Я пришлю своих людей в Рифейск, с ними и решите все вопросы.

— Со старейшинами обязательно надо встретиться, — в голосе его Норита отчётливо слышалась досада, похоже, предстоящее общение со старейшинами его и самого не радовало. — А они ни в какой Рифейск не поедут.

— Ну хорошо, пообщаемся, раз так надо, — согласился я. — Но с условием, что это будет в самые ближайшие часы. Мы не собираемся сидеть тут и ждать, пока они соизволят нас принять.

— В самые ближайшие часы может не получиться, — попытался возразить Норит.

— Вот не надо мне про это, — поморщился я. — Я знаю, как это делается, эти деятели всегда действуют одинаково. Они обязательно захотят помариновать нас здесь неделю, чтобы мы осознали своё ничтожество и прониклись почтением к их великой мудрости. Так не пойдёт. Если в ближайшие, скажем, шесть часов встреча не состоится, мы встаём и идём искать Хозяйку сами. И кстати говоря, найдём. Свою значимость ваши старейшины пусть показывают другими способами.

— Сталкивались уже с такими? — с интересом спросила Милана.

— Да мало их таких, что ли? Взять моих лесных, например — вечно пытались цену себе набить.

— И как вы с ними боролись? — Милана, похоже, всерьёз заинтересовалась.

— Организовал виселицу на краю леса, и взаимопонимание резко улучшилось.

— Я в вас не ошиблась, Кеннер, — засмеялась Милана. — Я сразу, с первой встречи, поняла, что с вами шутить не стоит, хоть вы и выглядите очень милым юношей. Да и то, что Ивлич относится к вам, как к равному, очень многое говорит тому, кто хорошо её знает. Вам, Норит, лучше бы тоже сразу понять, что с Кеннером шутить не надо, примите добрый совет.

Норит побурчал что-то неразборчивое про себя, а потом неохотно буркнул:

— Ладно, пойдёмте. Устрою вас и попробую собрать старейшин.

В комнате, куда нас привёл Норит, оказалось немало интересного. Не знаю, кто здесь жил — для семьи уюта было, пожалуй, маловато, но женская рука явно прослеживалась. Дверной проём был закрыт плотной — и чистой! — занавеской, а в нише за ещё одной занавеской висели пара забытых женских платьев. На каменном столе в специально вырезанных ячейках находилось множество инструментов — какие-то резцы, скребки, щипчики, и прочие хитроумно изогнутые приспособления непонятного назначения. В целом комната давала некоторое представление о быте карл — довольно скромном, надо сказать, быте.

Особенно интересной была кровать — она была каменной, и постель была постелена прямо на камень. Однако совершенно неожиданно постель твёрдой не была — камень легко проминался и был очень похож на латекс. Поначалу я было решил, что это какой-то материал, просто похожий на камень, но при ближайшем рассмотрении в своём выводе засомневался. С виду этот материал был какой-то разновидностью базальта — тёмно-серый, с хорошо различимыми характерными вкраплениями. То есть это несомненно был базальт, вот только при попытке нажать на него рукой он легко продавливался, а потом так же легко восстанавливал форму.

— Решил сделать перестановку? — смешливо фыркнула Ленка, когда я попытался эту кровать приподнять, правда, безуспешно.

— Хотел понять, сколько эта кровать весит, — ответил я, озадаченно разглядывая необычную мебель. — Судя по весу, это действительно камень.

— В самом деле любопытно, — лениво прокомментировала Милана, удобно устроившись в каменном кресле. — Это кресло, кстати, тоже мягкое. Но ваши родственники, скорее всего, не увидят в этом ничего особенного.

— Скорее всего, так, — согласился я. — Но я не особо близок с Ренскими, и для меня это выглядит очень необычно. И раз уж мы про них вспомнили — а что, карлы действительно настолько их слабее?

— В целом да, — кивнула она, — но вообще дело обстоит несколько сложнее. Ренские прежде всего специализируются на камне, а карлы работают в основном с металлом. Они слабее младших Ренских, но могут делать с металлом вещи, для младших Ренских недостижимые. Ну а возможности старших Ренских вы наверняка знаете лучше меня.

— Не знаю, — покачал я головой. — И просвещать меня они не сильно торопятся.

Стефа, правда, как-то пообещала мне рассказать о том, что могут Ренские, но почему-то это заглохло, и больше она про это не вспоминала. Может быть, когда-нибудь всё-таки расскажет.

— Ну если уж вы не знаете, значит, никто не знает, — развела она руками. — Но эти возможности, безусловно, велики.

Да уж точно немаленькие — кое-что о них мне всё же известно. Собрать в нижней мантии тысячи тонн рассеянного в ней ванадия и вытащить всё это наверх — такая мощь даже пугает. Да и то, как Стефа рисовала карту подземелья, меня тоже впечатлило. Совсем неудивительно, что карлы боятся с ними ссориться — думаю, у Ренских хватит сил, чтобы в случае чего их просто прихлопнуть, как надоедливую муху.

Обсуждение подземных чудес на этом и заглохло — да сказать по чести, за исключением странного камня обсуждать в этой комнате особо было нечего. Я всё-таки решил, что её специально освободили от личных вещей, чтобы поместить туда чужаков. Скорее всего, Милане именно здесь и предстоит нас дожидаться. Непонятно было только, почему оставили инструменты — вероятно, они считались настолько естественной принадлежностью любого помещения, что никому не пришло в голову их убрать. Может быть, артефактор и нашёл бы их интересными, но для нас они были просто непонятными железками.

Где-то через полчаса занавеска на входе откинулась, и в комнату вошла девушка с подносом. Она скользнула взглядом по Милане, по Ленке, а потом увидела меня. Глаза у неё округлились, она медленно, пристально на меня глядя, подошла к столу, поставила на него поднос, а затем, всё так же не спуская с меня глаз, попятилась, и покинула комнату задом, аккуратно задёрнув за собой занавеску.

— По-моему, вы ей понравились, Кеннер, — хихикнула Милана, и Ленка тоже прятала улыбку.

— Я знаю, что передо мной невозможно устоять, — ответил я, порядком озадаченный визитом, — но я уже женат. К тому же не думаю, что я ей так уж понравился, скорее всего, она