Бета-тест - Сергей Иванович Недоруб

пистолетика луплю по подвешенной боксерской груше. Голова Малены дергалась и тут же возвращалась на место, что все больше разрывало ее схожесть с человеком. Иногда она успевала посмотреть мне в глаза, пробовала дотянуться до меня, но неумолимые законы Версианы снова и снова перенаправляли ее атаку на Бурелома. И наверняка неспроста медведь примерно каждые десять секунд издавал угрожающий рык. Мне после таких звуков точно бы перехотелось с ним воевать, но сталкер, напротив, забывала про остальных участников боя.

– Молодец, мишка, хороший мальчик! – говорила Шанталь, уже с космической скоростью орудуя огромными портновскими ножницами, которыми состригала шерсть с хребта медведя. Шерсть тут же отрастала снова – чистая и красивая, будто испачканную статую косолапого чистили огромной мыльной губкой.

Малена в последней попытке ухватилась за первое, что попалось, – выпирающие медвежьи клыки. Не лучший выбор. Бурелом тут же сомкнул пасть, закусывая руки шатенки.

– Подержи ее! – крикнула мне Шанталь, и я перепрыгнул за спину Малены, хватая ее голову и загибая в противоположную сторону.

Шанталь рывком высвободила коленки из ремней танка, попутно разорвав свои многострадальные джинсы с концами. Перекатилась по медвежьей спине, на ходу перекатывая ножницы на середине ладони. И вонзила их Малене в шею.

Не было ни крови, ни брызг чего-то еще. Рана тут же расслоилась на пиксели, заигравшие множеством оттенков. Малена запрокинула голову уже без моей помощи и рассыпалась на бесформенную серую массу, будто расплавленный манекен.

Отпустив ее, Бурелом хорошенько наподдал башкой, отбрасывая остатки сталкера за край крыши, где они отправились в безостановочный полет.

От его толчка Шанталь попала мне в объятия. Мы больно стукнулись зубами, коротко посмотрели друг другу в глаза с комплексом неописуемых эмоций.

И бросились к лежащему неподвижно Джеку.

– Что случилось? – торопливо спросила девушка, зажимая ему кровоточащую рану.

– Пулевое ранение, – ответил я. – Меркуцио его подстрелил.

– Как? – не поняла Шанталь. – Почему?

Она и в самом деле могла больше ни на чем не сосредоточиться, не получив ответа. Поэтому я выбрал как можно более исчерпывающий:

– Решил, что знает лучше.

– Где он? – проревел Бурелом.

– Забудь, он ушел через разлом. Вопрос только куда.

Джек с приоткрытыми глазами взял запястье девушки, отвел ее руку в сторону.

– Оставь, – сказал он чуть более бодро, чем можно было предположить. Похоже, наш друг во время последнего боя с Маленой понимал, что ничем не может помочь, поэтому просто копил силы.

– Ну как оставь?! – воскликнула Шанталь. – У тебя дыра в груди! Сволочь, между пластинами выстрелил!

– А вы вместе смотритесь неплохо, – проговорил Джек, дыша относительно спокойно, хоть и редко. – Танк и хил…

Бурелом рассмеялся снова, затем уселся на крышу и неожиданно смахнул слезу благоговения – вероятно, воображаемую. А может, настоящую.

– Бурька молодчинка, – похвалила его Шанталь, расстегивая на Джеке бронежилет и готовя кисточку. – Лифт начал падать, он меня заграбастал и принял падение на себя.

– Да я знал, что мне без хила крышка! – оправдывался Бурелом. – Главное было тебя вытянуть, а там разберемся! Я ж это… тактик, каких поискать!

– Вот вернемся, и я закажу себе диван в форме медведя! – улыбнулась Шанталь. – Никогда не знала, до чего это чудесно.

– Ну и чего ты раньше молчала? – вздохнул Бурелом. – Я бы с тобой сегодня бегал весь день. Из меня выйдет клевый диван!

– Помолчите, – сказал Джек, и мы все заткнулись.

Он сел, прислонившись к краям ступенек, ведущих на вертолетную площадку. Проверил, как крепится перчатка на руке. И заговорил, не забывая о дыхании:

– Меркуцио не сможет выбраться. Я не знаю, где он, но он ошибается. Нам поможет только лавина. А выход за лимит игрового мира – прямо над нами.

Медведь посмотрел в указанном направлении, на грозовые тучи. Похоже, из положения сидя ему задирать голову было удобнее, чем обычно.

Пользуясь паузой, которую Джек взял для восстановления дыхания, я сказал:

– Это Меркуцио ответственен за все, что тут случилось. Ребят, конкурс был рассчитан на пятерых человек, а не на шестерых.

– Что-о? – вытаращился медведь.

– Да, Мерк был лишний. Простите, что не сказал раньше. Я не знал, кому доверять. Решил перестраховаться…

– Ну и вредина, – сказала Шанталь, отрывая зубами пластырь.

– Стой! – Джек перехватил ее руку снова. – Не трать на меня силы. Это бесполезно.

– Прекрати, – испугалась девушка. – Ты что, помирать собрался?

– Слушайте… – Джек стукнул перчаткой по площадке. – Мне надо вот сюда. Я подниму вертодром наверх. Я все рассчитал, я смогу. А вы должны меня оставить и бежать к разлому, когда начнется лавина.

– А как ты вернешься?

Джек грустно покачал головой.

– Совсем обалдел? – спросил я, чувствуя нехорошее подозрение.

– Надо запустить файерволл! – настаивал Джек. – Но он не нацелится на пустую платформу, только на игрока. Да и перчатка имеет свою дистанцию… Я должен быть на вертодроме. Поднимусь с ним наверх. Нет смысла меня хилить сейчас, меня все равно стукнет.

– Ты же умрешь! – разволновался медведь. – Там же анимация ракет! Они наверняка и физикой бьют больно!

Джек молча кивнул. По его подбородку побежала кровь, и девушка отшатнулась. Тут же спохватившись, она начала промокать кровь салфеткой.

– Ты готов пожертвовать собой ради нас? – тихо произнес я.

– Не все смогут миновать Батискаф, – ответил Джек. – Кто-то должен пройти через него. Но это не ваша проблема. Не спорьте, ладно? Сделайте, как говорю.

– Кто ты, Джек? – спросил я.

– Игрок, которому надоело играть. Все, не беси́те меня. Помогите лучше забраться.

Бурелом пошевелился, но вмешиваться не стал, видя, как мы с Шанталь помогаем низенькому парню с раной в груди залезть на вертолетную площадку башни и там лечь в центре.

– У меня мало времени. – Раненый задышал чаще. – Всех люблю, бегите.

Шанталь всхлипнула, побежала прочь, снова залезла на Бурелома. Джек проводил их слабой улыбкой.

– На парочку эту всем любо глядеть, – процитировал он. – Продолжение знаешь?

– Конечно. Классика уже. Джек, скажи свой домашний адрес.

– Что? – Он посмотрел мне в глаза с любопытством.

– Где ты сейчас в реальной Москве лежишь? Ты сам говорил – это не игра убивает в Батискафе, это сиано-костюм подает сигналы на тело. Когда мы выйдем, я вылезу из своего костюма, метнусь к тебе домой и вытащу тебя.

– Я… – Джек удивленно качнул головой, словно борясь со сном. – Зачем тебе… Слушай, спасибо, но ты не успеешь.

– Зато ты успеешь – задержаться в Батискафе до моего прихода! У тебя же перчатка волшебная! Смотри: ты вызовешь файерволл, и, когда тебя собьют ракеты, используй перчатку, чтобы остаться в Батискафе как можно дольше. Он же сам безопасен – убивает лишь при выходе! Если у тебя получится не вылететь оттуда до моего прихода –