Путь. Начало - Александр Поляк

Странник повел плечами и направился вслед за Йоки в указанном направлении.

И вот они уже стояли перед уходящим вглубь темным тоннелем.

— Черт. Земляная нора. Не могу в это поверить, — только и смог выдавить из себя человек.

Затем они с Йоки переглянулись, и Странник неуверенно крикнул в глубь тоннеля:

— Эй! Есть там кто-нибудь? — затем чуть тише он добавил, — Это какая-то глупость. Ощущение такое, что я пытаюсь общаться с кротом.

— С кем? — с интересом переспросила Спутница.

— А… Не важно. Это такое земное…

Их диалог прервало какое-то шебуршение в глубине норы, а затем и слабый свет, который двигался к выходу наружу.

— Кто вы? Что вам здесь надо? — неразборчивая речь отдалась эхом из глубины, а затем прервалась кряхтением, и вновь продолжилась криком, — Это опять ты, Леро? Снова пришел посмеяться надо мной, ты гадкий пацан? Ну ты погоди, я сейчас выберусь и устрою тебе…

Монолог оборвался на полуслове, когда из норы показалась грязная обросшая физиономия золторианца с серо-бурым оттенком кожи, в котором с трудом можно было найти черты того, кого человек называл Братом. Золторианец полностью выбрался из норы, и теперь с интересом разглядывал своих гостей. Перебивая тяжелое дыхание, он сглотнул слюну, а затем вновь открыл рот, и облизал сухие потрескавшиеся губы, продолжая бегать взглядом своих бледно лиловых глаз по лицам пришельцев.

Слабый свет странной лампы, которую золторианец держал в руке отбрасывал блики на забрало шлема Йоки и освещал искаженное лицо Странника. Наверное, примерно так выглядит лицо человека, испытывающего все эмоции одновременно.

— Ну? И что вам надо? — прервал гнетущее молчание грязный золторианец, а затем свободной рукой, кряхтя вытащил из свалявшихся седых волос комок грязи и отбросил в сторону.

— Брат? — сипло, полушепотом проговорил Странник.

— Ну да, это я. Так меня зовут, — быстро ответил золторианец, и вновь повисла тишина.

— Ты… — Странник отвел глаза в сторону, — Ты меня помнишь?

— Тебя? — удивленно отвечал седой, — Не знаю я тебя. В первый раз вижу.

У Странника упало сердце. Он не понимал, что происходит. В грязном седом старике было что-то от того Брата, но может это действительно другой золторианец? Или же, что еще хуже, Брат просто тронулся рассудком, и действительно ничего не помнит.

— Ты ведь с Золы? Мне сказали что ты был с другой группой светлых, — уже без надежды спрашивал человек, — Тебе о чем-то говорит слово наджи?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — уже с какой-то злобой в голосе отвечал седой.

В этот момент Йоки дернула человека за руку и несколько раз призывно кивнула головой в сторону золторианца. Странник с недоумением поднял на него свой взгляд и увидел, что тот как-то странно моргает одним глазом.

— Что… Что ты делаешь? — недоуменно пробормотал Странник.

Глаза золторианца расширились до невозможности, и он злобно проворчал что-то вроде: «О боги из пепла!» и еще раз с усилием моргнул одним глазом.

Лицо Странника начало расплываться в радостной улыбке, и он уже было начал открывать рот, но был прерван быстрым жестом седого, который как бы говорил: «Просто молчи». Затем тот повернулся обратно к норе, призывно махнул рукой и пробормотал:

— Идите за мной. Только молча. И пригнитесь. Проход низкий.

* * *

— Пенаты все слышат, там наверху. Чем глубже в грунт, тем меньше вероятность, что они следят.

Троица медленно пробиралась вперед по уходящему в глубину земляному тоннелю. Странник в очередной раз поморщился, увязнув одной ногой в особенно жидком участке искусственной земли.

— Так ты меня помнишь? — еще раз переспросил он, обращаясь к впереди идущему Брату, который освещал всем путь своей слабой лампой.

— Ну конечно помню, — не оборачиваясь резко ответил золторианец, — То, что мы пережили вместе невозможно забыть.

— Что с тобой стало, Брат? — едва слышно спросил Странник, до сих пор продолжая ощущать вину за все, что случилось с этим золторианцем.

— Имеешь ввиду после того, как я отправил тебя с Золы? — Брат обернулся на старого друга, — Ничего. Я был ранен и машины меня схватили, так как я не мог от них уйти. Видимо я оказался им нужен, — усмехнулся золторианец, — Но по пути меня спасли сопротивленцы. В тот раз машинам не повезло. Примерно спустя неделю Зола окончательно пала. Но машины не ушли. Они… — теперь он пытался подобрать слова, — Они не пытались нами управлять. Они вообще ничего не делали. Только периодически забирали еще часть населения, и убивали тех, кто пытался сопротивляться. Всех, кто мог попытаться нас организовать — совет Наджи’е и прочую власть, в скором времени тоже либо убили, либо забрали. Еще примерно три сезона, по-вашему, где-то полгода, мы с сопротивленцами устраивали вылазки и диверсии, пытаясь хоть что-то сделать. А потом меня поймали во второй раз. И вот я здесь.

Брат затих и в туннеле остались лишь звуки отдающихся гулким эхом шагов.

— Черт… — лишь и смог выдавить Странник. Спустя несколько секунд он продолжил, — Мне стоило вернуться…

Брат резко затормозил и обернулся, стоя теперь почти вплотную к Страннику. Его бледно лиловые глаза были непроницаемы.

— Зачем? Что бы ты смог изменить? Это была бы лишь еще одна напрасная жертва, в этом бессмысленном сопротивлении, — Брат вновь отвернулся и продолжил путь.

— Я мог бы привести помощь…

— Так почему не привел? — теперь Странник явственно услышал в голосе Брата нотки злости, — Что толку говорить о том, чтобы ты мог сделать, но не сделал?

— Я пытался, — начал оправдываться человек, — Но меня не послушали. Мне тоже пришлось нелегко. Я попал к кетам, считай, что в рабство. И они обычно не прислушиваются ни к чему, кроме своих урчащих животов. Точней не прислушивались. Я боюсь теперь их тоже больше нет…

— Мне это ни о чем не говорит, — отрезал Брат.

— Слушай, прости, я пытался, я действительно пытался что-то сделать! Послушай меня! — Странник остановился, и схватился Брата за плечо.

Тот отреагировал мгновенно, сорвав руку со своего плеча, и повернувшись к человеку заключил его в крепкие объятия.

— Замолчи! Я просто рад, что ты жив. Не надо всего этого… Я прекрасно понимаю, что мы оба успели пережить много всего ужасного. Так давай хотя бы сейчас не будем об этом.

Брат отстранился от Странника, и вздохнув, завязал свои длинные грязные волосы в узел на затылке и пригладил бороду. Теперь Странник увидел лицо того самого золторианца. Измученное и грязное, но это было лицо Брата, которого он помнил еще с Золы.

— Извините за такой прием. Я так давно не общался с живыми, чье сознание не затуманено этим окружающим безумием. Мы