Предел - Сергей Лукьяненко

Да, к сожалению, снаряжение для высадки хранилось не в боте. Горчаков мысленно проклял всех земных бюрократов, ухитрившихся прописать хранение планетарных костюмов на складе. Никогда и никому не приходилось в панике убегать от сумасшедшего искина на законсервированном боте? Ну и что! Все однажды случается в первый раз. Конечно, костюмы для высадки не были полноценным боевым снаряжением, они не обеспечивали и долгую изоляцию от атмосферы, но, по крайней мере, тактические очки давали бы неплохое увеличение.

Хорошо хоть парашюты и шлемы хранились на самом боте!

– Команда, нас встречают, – сказал Валентин по общей связи. – Я надеюсь, что мы найдем общий язык. Пожалуйста, помните: наш единственный шанс на спасение – сотрудничество.

– У меня даже нет оружия! – продолжал возмущаться феолиец.

Горчаков помедлил мгновение.

– Мои слова касаются как сотрудничества с местными, так и отношений внутри коллектива. Оружие по штатному расписанию имеют командир, первый помощник и офицер специальных систем. На всякий случай напоминаю, что я остаюсь командиром нашей группы со всеми прописанными в Уставе правами.

– Так точно, командир, – сказал Гюнтер, таким холодным и официальным голосом, что собиравшийся что-то еще добавить Двести шесть – пять издал вместо возмущенной тирады булькающий звук и отключился.

Двенадцать парашютов спиралью опускались к чужакам.

* * *

Они невольно встали рядом – Анге, Криди, Ян и Адиан, спиной к борту челнока, сжимая в руках оружие. Парашютисты, вначале разлетевшиеся на полнеба, с удивительной, внушающей трепет синхронностью произвели какой-то сложный маневр – и теперь спускались к ним, образовав воронку. Анге вспомнила познавательный фильм про птиц-падальщиков, обитающих в пустынях. Те точно так же кружили над мертвыми или умирающими животными, а потом начинали спускаться, одна за другой, чтобы растерзать добычу…

Анге поежилась. Ассоциация была неприятной.

– Что будем делать, муж мой? – спросила она Криди.

Тот помедлил. А потом, с неожиданной неловкостью в голосе, ответил:

– Не знаю, жена моя нежданная.

Это было неожиданно. Виной ли тому были древние атавизмы, когда решающее слово оставалось за мужчинами, или сам характер их отношений с котом привел к тому, что Анге невольно позволяла ему решать, но сейчас Анге растерялась. Криди словно передал ей подачу, кинул, как мячик в детской игре «Пять слов», и теперь говорить требовалось ей.

– Мы еще можем успеть взлететь, – сказала она.

Криди пожал плечами. И ответил, как будто они и впрямь играли:

– Есть ли смысл избегать встречи?

– Чужой звездолет меня ужасно пугает, – ответила Анге.

– Звездолет на орбите, мы внизу, – Криди нахмурился. – Мы словно в «пять слов» играем!

Анге невольно улыбнулась. Все-таки они с Криди были поистине на одной волне.

– Вверху два чудовищных звездолета, кроме нашего, – сказала она. – Ты прав. Кто бы ни спускался – вряд ли они хотят нас убить. Это куда проще было сделать сверху.

– К тому же, их катер может вернуться и атаковать нас, если мы попытаемся улизнуть, – согласился кот. – Не думаю, что мы сможем удрать или противостоять им в бою.

– Мы прилетели сюда в поисках иного разума. – Анге понимала, что слегка кривит душой: они надеялись найти разум, но в первую очередь – присмотреть планету для экспансии, освоить технику межзвездных перелетов. – И мы его нашли. А тут – еще один разумный вид.

– Как минимум один, – Криди поднял бинокль, посмотрел на парашютистов. – Похожи на тебя размерами. Без сомнения, постоянно прямоходящие; мы, коты, приземляемся на четыре лапы, а их подвеска рассчитана на вертикальное приземление, как у тебя… Что ж, рискнем.

– Объясни нашим друзьям, что стрелять не надо, – сказала Анге. – Они уж как-то очень легко стреляют.

Криди кивнул, повернулся к Яну с Адиан и принялся жестикулировать, перемежая знаки немногими выученными словами, среди которых преобладало «нет».