Живущий рядом - Олег Владимирович Евсюнин

После этого дня я очень часто останавливался у калитки спасшего мою сестру человека, все ждал, что он вернется. Нет, он не вернулся. Никогда. А дом так и остался стоять брошенным, по крайней мере, до тех пор, пока я не покинул городок.

И все-таки я считал его человеком.

Глава 2

Университет

С той поры прошло шесть лет. Я закончил учебу в школе, но не успел отзвучать последний звонок, а я отойти от похмелья после обилия выпитого на празднике контрабандного пива, как тут же встал новый вопрос: «А что дальше?»

Вообще-то я и тогда и, наверное, даже сейчас считаю, что это какая-то дьявольская разводка, обман. Закончив обязательный школьный курс, отдав этому одиннадцать лет свой жизни… (подумайте только: ведь это более половины того, что я прожил на тот момент!) ты получаешь огромное количество знаний и никакой специальности, которую бы мог применить вот так сразу. И вроде бы все уже закончилось, ан нет, все только начинается. Обидно. Но, в принципе, жизнь вертелась и следовало выбрать свой дальнейший путь.

Впрочем, а что тут было выбирать? Под боком большой город, куча университетов и самый крутой из них — Университет космических исследований, факультет дальней разведки. Все это глупо, конечно, но какой осознанный выбор вы ожидаете от семнадцати — восемнадцатилетнего пацана, который только-только отошел от школьной кутерьмы и кроме героев нации больше не знает практически ничего? Конечно, родители тоже могут что-то подсказать, но где уверенность, что и этот совет окажется действительно дельным? Лично мне родители ничего не говорили, и я им за это в какой-то мере даже благодарен. Сам совершал ошибки, сам же и выкручивался из них, не пропал.

Вот только дорога на факультет дальней разведки для меня оказалась закрытой. Оказалось, при подаче документов туда требовались еще и тесты на физическую подготовку. А так как при выпуске из школы данный предмет был необязательным, то уж конечно я его не сдавал. Правда, я тогда по поводу этой своей ошибки не очень-то и расстроился. В конце концов университет предлагал огромный выбор других специальностей и полететь в космос можно было имея любую из них.

Навигационные курсы я отмел сразу. Быть извозчиком? Перед моими глазами был пример моего отца, подрабатывающего гидом у туристов. Нет, такого будущего я для себя не желал. А из прочего длиннейшего перечня глаз зацепился на названии «кибер-инженер», звучавшего, во-первых, очень круто и непонятно, а во-вторых обозначавшего, как мне показалось, нечто такое, что другим неподвластно.

Тогда я в первый раз промахнулся. Ну и что? Сколько еще вот таких же промахов было в моей жизни.

Я послал документы на факультет электроники. И, как говорится, «с полтыка» туда поступил. Да не просто поступил, а на бюджетный курс при полном гособеспечении, еще и со стипендией. Спасибо Милке с ее постоянными: «А расскажи, да, а почему?»

И вот настала пора расставания. Мама собрала мне в дорогу огромный чемодан с рубашками, майками, нательным бельем и еще всем, что у меня было. Отец преподнес мне новый огромный планшет, по мощности превосходящий многие модели стационарных компьютеров того времени, а Милка — небольшого медвежонка, свою любимую игрушку.

И вообще, все выглядело так, будто я уезжал вовсе не в соседний город, а насовсем и никогда больше не вернусь. Для меня все это было достаточно смешно, хотя да, жить теперь я должен был в общежитии университета, а первый приезд домой планировался не ранее новогодних праздников. Но ведь при случае я и на выходные вполне мог заскочить.

Настраивая новый планшет, я внезапно обнаружил у себя на счете недавно переведенные десять тысяч. Огромнейшая сумма, заставившая меня поперхнуться. Я даже перепроверил несколько раз, на случай ошибки.

— Собирали тебе на обучение, но раз уж ты поступил на бюджет, эти деньги — твои, — кивнули отец с матерью.

— Зачем мне столько? — обомлел я.

— Ну… Плата за общежитие, покушать там… Форму купить…

— Проживание и питание бесплатно, — грозно заявил я. — Форму куплю со скидкой на подъемные. А на все остальное, думаю, хватит и стипендии, — четыреста в месяц! Мне, никогда не имевшему больше десятки в кармане, эта сумма казалась тогда такой огромной!

— Ну, купишь себе чего-нибудь сладенького… Ведь эти деньги все равно для тебя копили, — робко заявила мать.

— Сладенького?! — разбушевался я. — Да если я на эту сумму куплю себе сладенького, я лопну! — ох каким взрослым и неумолимым казался я себе тогда! Как трезво и здраво рассуждал!

— В общем так, сын, — вмешался в разговор отец. — Деньги твои и поступай с ними как хочешь.

— Тогда так, — я схватил планшет и перевел девять тысяч обратно на его счет. — Замени лебедку, а то каждые три дня приходится ее латать, сколько можно? Отдай катерок на техобслуживание, пора заново красить, движок перебрать, да и пневмопушки раздатчика корма барахлят. Через полгода вернусь — проверю! И матери что-нибудь…

— Новое платье, — взвизгнула Милка.

— Во-во, платье…

Сейчас, вспоминая тот наш разговор мне всегда становится смешно и немного стыдно за себя. Мальчишка, едва достигший порога совершеннолетия. Но каким героем я себя чувствовал, распоряжаясь, в общем-то, не своими деньгами!

К университету я подкатил с шиком, на арендованной машине. Прошел в деканат, получил разнарядку на комнату в общежитии, питание, тут же заселился, получил пятьсот подъемных, приобрел форму, поужинал и начал дожидаться следующего дня с его первым установочным занятием. А дальше…

А дальше пошли рутинные будни, где только в самом начале нам было обещано, что все мы станем великими мастерами своего дела и что то, что сможем сделать мы, больше не сделает никто. И тут же курс высшей математики, где интегральные исчисления — это только так, начать разговор для разминки. Дальше — больше. Как я вытерпел первые полгода, сам не представляю. Потом уже пообвыкся. Но поначалу голова от роторов и дивергенций просто шла кругом.

И тут мне опять здорово повезло. Как когда-то в школе с Милкой. Просто моим соседом по комнате в общежитии (а жили мы по двое) оказался такой смешной пухлый паренек, чем-то отдаленно напоминавший поросенка. Толи телосложением, толи несколько приплюснутым носом, похожим на пятачок, ну,