Плацдарм 2 - Алексей Ар

— Жди Пальчик. Следи. Готовь.

— Дед, я бы наверх…

— Успеешь. Не обижу, помнишь же… А этот крепенький, Анфиса слюну пустила, чуешь…

— Да не очнется…

— Следи, говорю. Я к девке, тоща конечно… но может побалую оказию, присуну, пока пилим… — Голос отдалился. А меня начало накрывать. Мир сужался до точки, в которой я сущий плохиш…

— Я и говорю, наверх… Ты обещал, дед.

Обидные нотки остались безответны. Вихор утопал под скрип лестницы. Я приподнял взгляд; первоначальная оценка с упором на слух подтвердилась. Осторожно напряг мышцы… и захлебнулся рвотным позывом. Расплескал что-то черное… С душком грибочки-то, с говнинкой…

— Ты чего, э? — Пальчик тяжело приблизился. Прям по классике — грузная фигура затянута в сальную спецовку, на щекастом бледном лице две с половиной мысли. — Нельзя…

Руки, ноги неохотно откликнулись. В животе по-прежнему стылый комок, но и хер с ним… Меня начало потряхивать, скудные краски помещения исказились…

— А-а… деда… — Пальчик потянул с пояса неслабый тесачок. И я смог досказать обещанное:

— Всех. Всю сраную семью.

Веревки на запястьях смрадно зачадили и лопнули от рывка. На миг словно провалился в прошлое — в тот незатейливый сарайчик… Соскальзывая, приложил утырку ладонями по ушам, но сила сбоила… Пальчик не нес адхар, просто, сука, страдал повышенной крепостью — хоть и поплыл от удара, смог завершить замах. Резанул мне по спине.

Группировка, удар по ноге и на восходящей в пах. Переворотом обошел накренившееся мясо… Глаза и ухо. Здоровяк вскрикнул обиженно, поднося руки к лицу, и столь нужное лезвие закачалось в пределах досягаемости. Крепко же держит, не вырвать… В сальную грязную кисть вцепился зубами, вгрызся, хрустя и перемалывая, как в сочную отбивную…

Перехваченное влет оружие опустилось на зачатки шеи. Трижды…

Быстро похромал вдоль периметра. На стенках пилы, секаторы, ножи и крючья. В углах мешки, ворох одежды. У левой стены два эмалированных помятых тазика и жестяная бадья… Взвесил секач в руке — тяжеловатый, мясницкий инструмент. Зло отплевался от солоноватого вкуса крови… походу, выхаркал кусок Пальчика.

Лестница качнулась, текстура стены потеряла четкость… Кроет, дерет, вертит, жжёт. Плечом проскреб деревянную облицовку подъема. Встречайте, упыри… я несу обещанное.

Резкий девичий визг хлестнул по нервам. Спешу и рвусь, как водится… Вывалился в коридор, припадая на колено. Тело вело себя неправильно, то ли интоксикация, то ли что-то вновь приобретенное… Голоса справа — там, где кривой изгиб коридора и древний облупленный комод. Проход в целом загроможден — запасливая же семейка…

Крик.

В первой комнате встретил лишь серость и груду ящиков. Шагнул дальше… Кто ж так строит, чистый архитектурный угар.

— Да, подожди! — голос Анфисы.

На мое появление увлеченное собрание не отреагировало. В комнатке, оборудованной под мясницкую, на крепко сбитом столике примотана верещавшая Крыса. У ее ног возилась Фиска с ножовкой, примеряясь к бедру, по которому уже густой патокой текла кровь. Рядом дебелая девица-подросток, а у стенки мялся Вихор, попрыгивая…

— Пока орет, а… Фиска, бл… орет же…

Девица тонко захихикала, макнула пальцы в кровь и жадно облизнула. Крысу выгнуло дугой.

— А мне сосочки и пальчики. — дебелая закивала. — Пожалуйста…

— Да вы зае…! — женщина махнула пилой и увидела меня на пороге. Выдала неопределенное. — И-и…

Ноги, мягко говоря, плохо справились с рывком. Меня мотануло по косяку… Спине горячо и больно. Держись, Крыса, я дошел… Метнул секач, качнувшись к столу. Анфиса картинно раскинула руки, булькнула разваленной пастью и мертвой массой завалилась назад… Вихор врезался в стену:

— Ма-а… — и забавно хлопнул себя по паху. Только, когда разглядел мое лицо, взвизгнул пронзительно и провалился в неприметную дверцу. Я шагнул следом… Дебелая заверещала, присела в раскорячку — в руках блеснула отвертка. Ее прыжок рывком переправил в стену, где она подвисла на мясном крюку и заколотилась об стену.

— Не кушать… не кушать… Не надо… — Догнал меня хрип в дверном проеме. Быстро заглянул в комнатку, где растворился Вихор. Да сколь же тут ходов… в торце, вроде лесенка вниз. Новый подвал? Вернулся назад, вырвал из Фиски секач. Крыса в бессознанке, но дышит… едва заметно, как мелкий зверек.

Под шаг попал труп… Через десяток секунд обзавелся головой Фиски. Предъявлю подарок… Стены вновь совершили вальсирующее па… и я загрохотал по ступеням, прикладываясь к вышарканным доскам. Раз, два… Высверк за высверком.

На финише, когда охреневший укатывался с последней ступени под бочок сундука, грохнул выстрел. Шмалабой… Стену рвануло в щепу. Время на перезарядку, успею… Но что-то не так, едва высунулся в попытке сократить дистанцию, прилетела вторая пуля… По касательной в плечо. Рука отсохла… знакомо же, адская память не дремлет. Но мне хватит и одной царапки…

— Кто ты, сука, такой?! — завизжали с противоположного конца комнаты. Дед истерировал… и тратил патроны.

Разбитым сундуком мне едва не подавило пальцы. Прыгнул, грохнул костьми о половицы… Позиция старпера определена…

— Мясо! Просто мясо! — подвывал Вихор. — Накрутили бы… Шамп, Сергуня, вы где?!

Принудил агонизирующую руку метнуть снаряд — голова полого ушла к дедову укрытию. Стукнуло…

— Анфисочка! Поймал! — захлебнулся вой. Я прибыл следом. Навалился в броске, загоняя секач во вражью бочину. Еще раз. Локтем в горло…

— Бу… — Вихор припадочно затрясся и неожиданно заключил ясным голосом: — А что нам жрать? Хочется ветчинки…

Выдрал из скрюченных рук шмалабой. Тут сюрприз… модель иная, и я бы сказал, более продвинутая. Неведомый оружейник поколдовал с эргономикой, весом… Сбоку ясно различимое клеймо — молния в круге. Оскалился и высадил заряд в закатившиеся глаза старика. Как же бесит…

— Шамп, Сергуня! — рявкнул.

Поднялся обратно на первый этаж. Новый коридор, безликие комнатки… И где Шест? То, что у долбаной семейки целая череда подвалов, уяснил, но с поисками напряг…

— За родителей! — объявился помятый парень с перекошенным безумным лицом. Вывалился из-за угла с мечом… С мечом, сука. Выстрел разворотил утырку всю тазобедренную… Легко не сдохнет. Перешагнул воющее мясо и проследовал.

В третьей комнате нашел.

— Че, не ждал?! — Второй сынок с размаху опустил нож на примотанного к столу Шеста. — Получай! Получай!

Когда рычаг шмалабоя сухо щелкнул, я с трудом осмыслил реальность. Слишком много красного и горячего… У ножек мебели непознаваемая груда протоплазмы. Я сделал шесть или семь выстрелов? В упор, хрипя что-то нелестное…

— Командир, а можно меня типа снять? — прошамкали рядом.

Каюсь, вздрогнул. Шест возился под тросом, в рассеченной на груди футболке три-четыре надреза…

— Гео… — Я выдал на лице немного дебильное выражение.

— Джимми, ты в поряде? — Тощий прям задергался, гремя опорно-двигательным.

— С хрена