Станционный строитель - Сергей Плотников

Не хотел бы я оказаться на месте неизвестного проверяющего из Межзвездного содружества! Впрочем, я и на своем месте не особенно хочу быть, а приходится.

На станции творится хаос.

Начинаю думать, что это закон чрезвычайных ситуаций: когда тебе кажется, что самое сложное уже позади и ты более-менее разобрался с проблемой, тут же вселенная из кожи вон лезет, чтобы доказать тебе, как ты был не прав.

Поток эвакуированных с Дей-ко наконец-то иссяк, однако это ничего не значит: отправить их по домам в ближайшие дни нет никакой возможности. Во-первых, не хватает кораблей: капитаны многих лайнеров, которые снялись ради старателей с маршрута, наотрез отказываются продолжать свою благотворительность.

— С какой стороны ни посмотри, — заявляет мне Те-Окки, джаштанш и капитан лайнера «Оккард», — мы свой долг выполнили и перевыполнили! Сняли с рейса высокопоставленных пассажиров — так? Изменили маршрут, забрали этих… старателей с их мерзкого шарика! Привезли их сюда. Причем заправлялись, заметим, во время этого крюка за свой счет! Все, теперь отсюда пусть своим ходом.

— Капитан, у меня для вас выгодное предложение, — начинаю я.

Но Те-Окки обрывает меня, гаркает «Не уполномочен!» и отключается.

Все ясно, просто очередной непись без свободы действий. С тем же успехом я мог просмотреть информационный ролик или даже прочесть о ситуации в новостной сводке, которые исправно готовит для меня игра. Кстати, большинство игроков такое вольное программирование должно раздражать: поди пойми, с какими неписями можно реально взаимодействовать и вскрывать новые арки или квесты, а какие так, для красоты. Сколько на это времени тратится — словами не передать.

Сделать, что ли, пометку в журнале? Или не надо? В любой интересной игре должны быть тупиковые линии. На «Узле» зато почти нет тупого фарминга, если не считать сбора металлолома для модулей.

Как бы то ни было, мне не до пометок и не до журналов. Мне и вздохнуть-то некогда, постоянно сыпятся сообщения — по всей станции прокатилась волна вандализма. Народ громит роботов-уборщиков, выдирает из стен информационные панели, обрывает лозу омикра — они мне уже через Бриа десяток протестов мне послали…

И самое плохое то, что грешит этим не только народ, отпущенный из карантина. Грешат этим и те, кто в карантине, по идее, должен сидеть, но самовольно его покинул.

— Нирс, — гаркаю я, — как получилось, что роботы-охранники не справились?

Сейчас мы с ним оба на вахте, в рубке. Бриа тоже здесь: сидит за своей маленькой рабочей станцией и, кажется, даже побледнела. Во-всяком случае, цвет ее кожи больше не выглядит таким насыщенно-коричневым, в нем появился этакий сероватый оттенок.

Еще бы, в такие тяжелые времена только естественно держаться вместе. (Сомнение насчет того, что мои замы вовсе не разумные существа, а попросту строки кода… или, скорее, набор функций нейросети… мне в голову приходит с опозданием на несколько секунд, но я отмахиваюсь от этого осознания. Какая разница!)

— А вы посмотрите сами, — мрачно говорит мой заместитель. — Включаю запись!

Над моим пультом управления разворачивается голографический экран, на котором начинает прокручиваться видео. Судя по качеству и углу обзора, это запись с камер службы безопасности.

Я вижу двери склада, и на секунду мне кажется, что это тот самый склад, где находился «Норагир», просто дверь обычная, а не стилизованная под дерево… но к счастью, нет. Тот сегмент станции я так и не вмонтировал обратно: не нашлось пока на это ни денег, ни ресурсов. Просто все эти склады однотипны, а тот, который мы приспособили для изоляции новоприбывших, еще и расположен схожим образом.