Цитадель - Марго Генер

– Еще не было ни одной водоросли, которая смогла бы догнать атланских дельфинов! – проговорила она и коснулась пальцами камешка на шее.

Ихтионка что-то тихо прожурчала. Дельфины закинули головы и издали звонкий трескучий звук. После того, как плавники синхронно шлепнули, звери сорвались с места. В лицо полетела вода, заливаясь в рот и глаза.

Эльфийку едва не сорвало со спины. Пришлось вцепиться буквально ногтями. Это дельфину не понравилось, он возмущенно затрещал, колыхаясь из стороны в сторону прямо в движении.

Каонэль попробовала успокоить его похлопыванием по боку, как это обычно делают с единорогами или лошадьми. Но стоило отпустить одну руку, ее стало утягивать под белое брюхо.

Дельфин несся на поверхности, хотя видно: ему это совсем не нравится. Зверь то и дело пытался уйти под воду, и только жесткие команды ихтионки не позволяли ему это сделать.

Каонэль все-таки сползла вниз и через несколько мгновений оказалась полностью в воде, едва успев набрать воздуха.

Она оставила глаза открытыми, чтобы видеть все, что происходит, хотя подводная линза исказила мир до неузнаваемости. Ощутив, что на поверхности больше ничто не держит, дельфин нырнул и с той же скоростью продолжил мчаться вперед.

У ворга оседлать зверя получилось лучше. Он обхватил правой рукой шею, а левой подстраховался, чтобы не переворачиваться. Вытянувшись параллельно дельфину, Лотер обеспечил себе постоянную поддержку на воде, несмотря на приличный вес.

Когда заметил, что второй зверь исчез с поверхности, он прорычал, отворачивая голову от настырных капель:

– Где Каонэль?

Селина, плывущая почти наравне с дельфинами, быстро покрутила головой. Лобик нахмурился, она по-рыбьи выскочила из воды и с лета нырнула.

Каонэль мертвой хваткой держалась за скользкое тело дельфина, который и не думал сбавлять скорость или всплывать. Словно ему нравится игра, на которую согласились эти сухопутные существа. Время от времени он на ходу крутился вокруг оси, вынуждая эльфийку крепче прижиматься к холодной коже.

Воздуха в легких эльфийки становилось все меньше. Внизу чернеющая синева, сверху мерцающая поверхность, а она с бешеной скоростью несется на дельфине неизвестно куда.

Когда в груди запекло, она приготовилась разжать руки, чтобы попытаться всплыть самостоятельно.

Только она подумала об этом, слева появилось рассерженное личико Селины. Она что-то пробулькала дельфину на только им понятном языке, снова прикоснулась к камню на шее – и зверь с трескучим криком устремился вверх.

Дельфин выстрелил из воды, словно стрела, рискуя потерять наездницу. Но Каонэль уже поняла, как надо держаться, и, когда он упал в воду, вцепилась пальцами в плавник на спине. Зверь снова двинулся по поверхности.

Эльфийка жадно глотала воздух и время от времени косилась назад. Злополучный остров становился все меньше. Издалека видно, как извиваются щупальца и безнадежно тянутся по воде. Но им и правда не догнать атланских дельфинов.

Когда опасность миновала, Селина дала команду, и дельфины поплыли медленней. Для Каонэль это означало наконец вздохнуть полной грудью. Она осторожно отпустила левую руку и проверила осколок Талисмана в складке корсета.

– Это подводные единороги? – спросила эльфийка, немного придя в себя.

Селина на плаву повернула к ней голову и непонимающе захлопала третьим веком. Ее гладкое чешуйчатое тело сверкало на солнце, позвоночник волнообразно изгибался, плавники на ногах добавляли скорость. Она скользила по воде, словно игла в ткани.

– Единороги, – начала пояснять серая, снова хватаясь обеими руками за шею зверя, – это такие лошади, только во лбу здоровенная пика.

Ихтионка подняла надбровную дугу и смотрела на Каонэль все тем же рассеянным взглядом, периодически по-рыбьи выпрыгивая из воды.

Рядом, высоко задрав голову, плыл ворг. Ему, похоже, нравился такой способ передвижения. Он расслабленно держался за дельфина и одновременно повторял его маневры.

– Что ты пристала к морской деве? – проговорил он, выдувая воду из носа. – Откуда ей знать, что такое единороги и лошади.

Подул ветерок, поверхность пошла рябью. Дельфину это показалось веселым, он принялся скакать через них, погружаясь и выныривая вместе в воргом. Так он вышивал море, пока ветерок так же неожиданно не прекратился. Но дельфин скакал еще несколько минут, надеясь, что волны появятся сами собой.

Когда наконец прекратил, ворг отплевался от воды и тряхнул головой.

– Веселая лошадка, – проговорил он.

Все это время ихтионка задумчиво хмурила надбровные дуги и что-то бормотала, но после слов ворга не выдержала.

– Что такое лошадки? – спросила она.

Каонэль и Лотер одновременно повернули мокрые лица. Волосы эльфийки облепили голову, и она стала забавно круглой. С ворговской копной воде справиться нелегко – от влаги она местами свалялась, а местами топорщилась.

– Это такие звери, – начал Лотер, – вроде вот этих дельфинов. На них люди верхом ездят.

– А… – облегченно протянула ихтионка. – Все ясно. Думала, вдруг что-то страшное. А это просто сухопутные дельфины. У нас на них заплывы проводят – заглядишься. Победителей всегда чтут. За ними всегда самые красивые ихтионки плавают.

Ворг хмыкнул, выплевывая длинную водоросль.

– У победителей всегда так. Все самое красивое и лучшее.

– Значит, вы договариваетесь с вашими дельфинами-лошадями? – спросила Селина, перевернувшись на спину.

Теперь ее белоснежная чешуя на животе блестела сильнее, чем на спине. Камень на шее светился мягким светом и тускнел при свете дня.

– Договариваемся? – не поняла эльфийка и подтянулась на спине зверя.

– Ну да, – удивилась ихтионка. – Мы с дельфинами давно дружим. У них очень добрый и игривый нрав. Потому в заплывах участвуют добровольно. Им нравится.

Ворг с сомнением покосился на морскую деву.

– Хочешь сказать, что у них есть мозги?

– У всех есть мозги, – проговорила Каонэль.

Ворг гаркнул:

– Да вы поняли, о чем речь. Сколько раз перекидывался, только человечий ум и спасал. Иначе в голове одни звериные инстинкты. Как-то мышью обернулся, полдня потом о червях думал.

Эльфийка погладила зверя по мокрой голове и бросила на ворга презрительный взгляд.

– Ну конечно, – сказала она, отворачиваясь от брызг, которые поднялись, когда дельфин подскочил на волне. – Люди считают, что лишь они достойны зваться разумными.

– Я не человек, – напомнил ворг с нажимом.

– Какая разница, если остальных ни во что не ставишь.

Селина непонимающе переводила красные глазки с ворга на эльфийку, не забывая при этом прыгать на маленьких волнах. Дельфины стали двигаться синхронно. Но один чуть быстрее, а второй все в точности повторял. Селина прикоснулась к плавнику того, который вез эльфийку. Дельфин радостно запищал и быстро закивал головой, не сбавляя темпа.