Маг поневоле 2 - Иван Алексин

— Где Маришка, урод? — схватив тёзку за грудки, прижал я его к стене. — Ты где девочку бросил, козёл облезлый?!

— Так пожар же! — вытаращил глаза старик. — До девочки ли мне было?!

— А вот мне как раз на пожар плевать, — не согласился я с приведённым аргументом. — Мне как раз девочка нужна. Причём живая и здоровая.

— Да там твоя девчонка и осталась! — затрясся Вельд то ли от страха, то ли от злости. — Я как раз её в библиотеку привёл, книги показать, а там огонь как вспыхнет и книги по воздуху летать начали! Я было её дёрнул назад из зала, а она как завизжит: — «Пушистик»! — вырвалась и вглубь библиотеки убежала. Прямо в пламя бросилась!

Толик!!!

Если у меня и были до этого сомнения насчёт того, что проблемы с канализацией — это проделки айхи, то теперь они полностью развеялись. Вот только библиотеку-то зачем жечь? Или он меня увидел и в ней покопаться помешать решил? Вот, урод! Если с Маришкой по его вине что-нибудь случится, я же его на куски порву! Теперь можно! Теперь у него материальное тело есть!

— Веди в библиотеку, ушлёпок! — взревел я, отшвыривая дворецкого в ту сторону, где скрылись Дин и Эйрих. — Быстрее!

— Я не ушлёпок! — возмутился дворецкий уже на бегу.

— Да ты хуже!

До цели мы, как оказывается, совсем немного не добежали. Миновали ещё пару залов, спустились по мраморной лестнице и выскочили во двор.

Императорская библиотека располагалась в большом отдельном здании, стоящем впритык к основному. И сейчас каменные стены этого хранилища знаний и впрямь полыхали именно синим пламенем, задорно швыряясь в нависшие тучи багровыми искорками. Рядом суетилось почти три десятка людей, усердно работая лопатами и баграми и не забывая энергично переругиваться между собой при этом. Рядом, ещё человек двадцать дворцовой челяди, выстроившись в жидкую цепочку, передавали друг другу вёдра, а бравый предводитель императорского воинства, замеченный мной на недавней аудиенции, плескал очередную порцию воды в ревущее пламя.

Мда. Так они ещё долго тушить будут, до полного выгорания, так сказать!

— Маришку не видела? — подлетаю я к Дин, пристроившейся в середине цепочки водоносов.

— Нет, — вытаращила на меня глаза девушка, принимая плеснувшее водой ведро из рук седоусого воина. — А ты где пропадал?

— Кроссворды разгадывал, — отмахнулся я от окончательно выпавшей в осадок герцогини и решительно потребовал, протянув руку: — Кристалл истинного зрения дай!

— Думаешь он там? — протянула Динка, с натугой передавая ведро дальше.

— Уверен, — буркнул я в ответ. — И Маришка там, — скороговоркой добавил я, вырывая из рук девушки камушек и, уже кинувшись в сторону здания, крикнул ей в пол-оборота: — И брось ты бесполезным делом заниматься. Только ноги намочишь на этаком морозе!

— Ты куда? — ухватил меня за рукав местный полководец, остановив уже у самых дверей. — Совсем ошалел? Сгоришь, и косточек не останется!

— Пусти его, Свен, — остановил воя Эйрих, со значением посмотрев на меня. — Этот не сгорит.

Спасибо за доверие. Вот только думается мне, что в этом пожаре сгореть вообще нереально. Очень уж на иллюзию, если внимательно присмотреться, похоже. Вон, от яростно бушующего в дверном проёме пламени нестерпимым жаром несёт, а краска на стенах даже не облупилась. Халтура, Толик, халтура! Дьявол кроется в мелочах!

Я, презрительно скривил губы и, прикрыв на всякий случай глаза, бросился вовнутрь.

Жар на мгновенье усилился, вгрызаясь раскалёнными иглами в кожу, и тут же спал, сменившись благословенной прохладой. Я облегчённо выдохнул, смахнув выступивший пот со лба. Всё-таки было у меня опасение, что из огня да в полымя попасть могу. С айхи вполне станется какую-нибудь ловушку для таких резвый как я, приготовить.

Осторожно открываю глаза, окидываю взглядом громоздкие стеллажи, забитые множеством книг.

— Вельда! — подскочила ко мне откуда-то сбоку Маришка и повисла на шее. — Ну что, Пушистик, я же говорила тебе, что он не испугается, а ты мне не верил! Так что одно желание ты мне проспорил!

Оборачиваюсь в ту сторону, не выпуская девочку из рук, пересекаюсь взглядом со своим обретшим плоть «другом».

Толик, вольготно развалившийся на обитом коричневой кожей стуле у окна, проигрышу, судя по всему, ничуть не огорчился и приветливо помахал мне лапой.

— Так я и думал, что иллюзия, — провёл я рукой по кожаным корешкам, смахивая пыль — Ты зачем над людьми издеваешься, Блохастик?

— Не Блохастик, а Пушистик! — тут же заступилась за своего друга сестрёнка. — И блох у него вовсе нету! Я проверила уже!

— Ты бы осторожнее теперь слова подбирал, — задумчиво почесал за ухом айхи. — Хоть ты мне и друг, но я ведь и обидеться могу. — Коротышка постарался придать своей мордочке свирепое выражение. — А колечка, что доступа к магии меня лишало, уже нет.

— Напугал, аж поджилки затряслись, — фыркнул я, устраиваясь в другое кресло. — Ты зеркало найди и в него такую рожу скорчи, — посоветовал я меховому. — Сам тогда всё поймёшь.

— Ага, рожица у него забавная получилась, — согласилась со мной подошедшая Маришка и тут же начала канючить: — Скорчи ещё рожицу, Пушистик. Ну что тебе стоит, а?

— Потом обязательно скорчу, — затравленно оглянулся на неё айхи, — Лучше вон те книги сбегай, посмотри, — показал коротышка на стеллаж в другом конце помещения. — В них картинок забавных много, — и, дождавшись пока маленький ураган умчится прочь, развернулся уже ко мне. — Может я грозно и не выгляжу, но заклинания мне теперь подвластны! Я много чего умею!

— Да я уже заметил. — вздохнул я, посмотрев в окно, на продолжающих суетиться у библиотеки людей. Впрочем, Динка моему совету вняла и в дальнейшей клоунаде, устроенный проказливым духом, участвовать не пожелала. — Только что это меняет? — добавил я в голос скепсиса. — Ты, помнится, от Албыча сбежал без задних ног, а я остался. И где теперь этот Албыч? — я впился взглядом в заёрзавшего духа, нагоняя жути. — Сам видишь, нету нигде. А я здесь. Хочешь тоже со мной в магическом поединке потягаться?

— Так ты наверняка тогда опять в асура перевернулся!

— И что? Надо будет, ещё раз перевернусь! Мне всё равно скоро подыхать. Зато город от этакой пакости избавлю. Ты тут всего седмицу находишься, а людям уже житья от тебя никакого нет.

— Что-то не так мы с тобой разговор начали, — мгновенно переобулся айхи. — Это я просто растерялся от неожиданности, — доверчиво признался он мне и, наклонившись вперёд, задушевно похлопал по плечу. Реально между прочим похлопал, а не изобразил как у него раньше бывало. — Я ведь и не чаял с тобой больше встретиться, друг. Думал уже и на этом свете тебя нет, — Толик попытался выдавить из себя несуществующую слезу, не смог и, ничуть не расстроившись, продолжил изливать мне душу. — Я ведь и пожар этот в память о тебе устроил!