Адмирал - Михаил Михеев

– Нравится мне это место, только и всего, – усмехнулся Колесников. – Сделаю пристань, после войны куплю яхту и буду там ставить. А может, уйду в кругосветное плавание. Один, и чтобы больше никто не мешал. Представляете, Эрвин, на тысячу миль вокруг ни единой души!

– Бр-р, – генерала явственно передернуло. – Странные вы люди, моряки.

– Какие уж есть. Ладно, Эрвин, мне пора. Нехорошо к самому, – тут он многозначительно ткнул пальцем вверх, – опаздывать. Вечером я вас жду. На этот раз коньяк с меня.

Роммель кивнул и бодро рванул к выходу, а Колесников решительно направился на очередную встречу с Гитлером. Ему оставалось только гадать о причинах срочного вызова, буквально выдернувшего его из постели. Только-только собрался отлежаться за все бессонные ночи в походах и тяжелые дни с официальными церемониями, интервью и прочими радостями жизни – и на тебе! А главное, если вызвали по какой-то ерунде, будет обидно.

Гитлер выглядел… странно. Словно не знал, радоваться чему-то или огорчаться. На приветствие откликнулся вяло и жестом пригласил к столу. Похоже, сегодня предстоял неофициальный разговор на высшем уровне, до которого Лютьенса ранее не допускали. Крохотные чашечки, мелкие, на один укус, пирожные – все в чопорном немецком стиле. У Гитлера вместо чая, похоже, какой-то сок… И, кажись, салат? Ну да, он вроде бы вегетарианец. Лучше бы сосисок предложил, желчно подумал не успевший толком позавтракать адмирал.

Гиммлер поприветствовал его с непроницаемым лицом. Вообще, он тоже был каким-то задумчивым. А вот Геринг буквально источал полное довольство жизнью. Еще бы, в последних событиях авиация оказалась на высоте, и свою порцию дивидендов хозяин всея люфтваффе явно хапнул. Какую, правда, не совсем ясно, но факт, что немалую. В противном случае не вручил бы Лютьенсу наградной пистолет, инкрустированный сапфирами. Почему не рубинами или, скажем, бриллиантами, Колесников так и не понял, да и игрушка – маленький, компактный, калибром шесть и тридцать пять сотых миллиметра, больше подходящий женщине, его заинтересовал разве что с эстетической точки зрения. Подумав немного, он в тот же вечер подарил пистолет Хелен, у которой при виде этого ювелирного кошмара глаза стали вдвое больше, чем обычно.

Чаепитие проходило в полном молчании. Даже рейхсмаршал предпочел не лезть. Видимо, дело было серьезное. И лишь закончив церемонию, Гитлер, тяжело вздохнув, сказал:

– Вы говорили, адмирал, что война с… США неизбежна?

– Говорил и говорю.

– К сожалению, это, возможно, скоро станет реальностью. И нам надо решать, атаковать русских или американцев.

– А подробнее можно? – сказать, что Колесников был удивлен началом разговора, значило ничего не сказать. – Я, в общем-то, человек, от политики далекий. Мне отдают приказ – я его выполняю, не более того.

– Знаем мы, как выполняете. Так заставлять других плясать под свою дудку даже Риббентроп не умеет, – ухмыльнулся Геринг и резко затих, придавленный тяжелым взглядом фюрера.

– Адмирал прав, – голос Гиммлера звучал, как обычно, ровно. – Сейчас он не владеет информацией. Разрешите?

Гитлер медленно кивнул. Да что здесь происходит-то? Если трое не самых лучших, но, безусловно, умных людей выглядят настолько озабоченными, то ситуация как минимум неординарная. Оставалось обратиться в слух и ждать. Впрочем, рейхсфюрер не стал тянуть, испытывая морские нервы:

– Как вы знаете, благодаря действиям нашей армии и флота Великобритания на сегодняшний день оказалась в крайне затруднительном положении. Она утратила господство на море, потеряла контроль над торговыми путями, понесла значительные потери в технике и людях. В первую очередь благодаря вам, адмирал. Не зря же на вас развернута такая охота. Кстати, последнее покушение было предотвращено людьми Мюллера буквально вчера. Вас планировали убить прямо у вас дома.

Колесников остался внешне бесстрастным, но внутри все сжалось. Ладно он – и так прожил почти год сверх отмеренного судьбой. Насыщенный год, интересный, он так никогда не жил, и помирать грустно – но почему-то совсем не страшно. Но там же была Хелен!

– Не волнуйтесь, адмирал, думаю, больше покушений не будет. Во всяком случае, всерьез опасных. Нам удалось выйти на организатора.

– И кто же он? – голос адмирала, как он ни старался его контролировать, звучал хрипло.

– Почти что ваш коллега. Тоже адмирал. Канарис.

О-па! Глава Абвера, сиречь разведки. И что мы про него знаем? Да практически ничего, здесь непосредственно пересекались мало, а в прошлой жизни банально не интересовался. Потомок то ли греков, то ли итальянцев, но это осталось далеко, в глуби веков. Вроде бы Гитлера не любил, по слухам с англичанами был как-то связан, алкоголик… или это уже из другой оперы? Черт, и не вспомнить теперь.

– Чем же я ему насолил? – мрачно спросил Колесников.

– Ну, этого нам уже, скорее всего, не узнать. Канарис оказал сопротивление, при нем были преданные ему люди… В общем, людям Мюллера достались трупы и сгоревший дом.

– А как на него вышли?

– Через евреев. Мюллер принялся трясти всех подряд, возможности у него громадные, опыт тоже. И случайно узнали, что наш разведчик занимался еще и вывозом из рейха влиятельных деятелей сионистов. Ну а дальше перехватили нескольких на границе, заставили говорить. Они и не запирались, не в их правилах покрывать гоев. В результате появился материал на Канариса. Стали разрабатывать, уже не по вашему делу, а так – подозреваю, Мюллеру просто хотелось иметь на него рычаги влияния. Но копали профессионально и получили неожиданный результат. Деталей я не знаю, да и никто всего не знает. То, что замешаны британцы, факт доказанный, но степень их участия пока неизвестна. Да и неважно, в общем-то, все это. Главное, вы можете спать спокойно. И ваша… дама тоже.

– Хватит, – Гитлер махнул рукой. – Это все несущественные сейчас детали. А вам, адмирал, я бы порекомендовал внимательнее относиться к семейной жизни. Завести любовницу – это еще куда ни шло, все мы мужчины, все понимаем. Но демонстративно жить с ней, бросив семью, да вдобавок она русская… Не оттуда ли ваше нежелание воевать с Советами?

– И оттуда тоже. Но совсем чуть-чуть, – большая ложь должна содержать маленькие кусочки правды, так она выглядит убедительнее. Сейчас девушка с неарийским происхождением оказалась весьма кстати, цинично, но Хелен неплохо маскировала мотивы Колесникова. – Основное – то, что…

– Герман мне уже все объяснял, – поморщился Гитлер. – Ладно, об этом потом, но все равно, будьте разборчивее. А пока к делу. Продолжайте, Генрих. И, пожалуйста, без долгих отступлений.

– Итак, Великобритания оказалась в затруднительном положении, ее экономика погружается в кризис. Сейчас они спешно достраивают новые корабли взамен потерянных, но по прогнозам наших аналитиков это не сможет кардинально изменить ситуацию. Впрочем, с отчетами вы должны быть знакомы.

– Скажем так, я консультировал кое-кого из составителей этих отчетов, – кивнул адмирал.