Люди в Черном: Интернэшнл - Р. С. Белчер

– Война – это зло, – заявил Эйч.

– Нет! – Риза издала звук, похожий на звон кнопки в викторине, сообщающий о неверном ответе. – Жизнь – это война. От вирусов, микробов и мутировавших клеток, которые пытаются убить тебя изнутри, до животных, что сражаются и убивают друг друга ради еды и доминирования. Это все война, и каждый ищет выгоду.

Риза остановилась у гробоподобной капсулы, которая лежала между несколькими поддонами ящиков и контейнеров.

– Возьми хоть этого маленького красавца, – вновь заговорила Риза и постучала в дверь капсулы. – Естественное биологическое оружие. Его зовут Бакклус. Это разумный, межпространственный организм, который может взаимодействовать с нашей реальностью только лишь через вирусную среду. Люди быстро заражаются и за несколько секунд воздушного контакта на 98,9 % заражают остальных. Почти как простуда. Попав в организм, он телепатически связывается с носителем и может контролировать тело и читать мысли. Очень удобно для проникновения в умы граждан и умиротворения населения… если ты можешь себе это позволить. Примерно через три дня иммунная система избавляется от Бакклуса, но трех дней достаточно, чтобы вторгнуться в мир или подавить сопротивление без единого выстрела. Папе удалось заполучить «пациента Ноль» и погрузить в анабиоз.

Риза вытерла часть конденсата с дверцы капсулы, и Эйч увидел внутри гуманоидного пришельца.

– За эти годы он продавал исходные искалеченные штаммы клиентам, и Бакклус пошел на это. Ведь если исходные штаммы в «пациенте Ноль» не получат шанса освободиться и телепатически соединиться с другим хозяином, весь организм исчезнет в пространстве. Должна сказать, это великолепная настройка.

– Это рабство, – заявил Эйч, – и вымогательство, и геноцид.

Риза покачала головой, обхватив щеку агента.

– Это – бизнес, дорогой. Остальное – язык политиков.

– Это похоже на слова отца, внушенные невинному ребенку. Ты не хотела этой жизни; он хотел.

Эйч пытался найти в ней ту Ризу, которую любил, но в ее глазах видел лишь безжалостную бизнес-леди, «Торговца смертью».

– Я говорила тебе, что отец начал допускать ошибки, становиться слабым. Он ставил под угрозу нашу долю на рынке.

Риза подняла оружие, которое использовала против Уистлера.

– Я говорила тебе, что это одно из моих любимых. Я применила его к папе и сохранила его череп. Он стоит на моем столе. Теперь это крутое блестящее пресс-папье и отличный инструмент мотивации для рабочей силы. Это мой бизнес, моя жизнь. Конечно, у меня остались после отца некоторые проблемы, но он ведь не дурочку вырастил.

– Так зачем прятаться за его именем? – спросил Эйч.

Агент что-то заметил впереди, и в его голове возникла идея.

– Имя отца и его репутация помогают не подпускать к себе всякую шваль. Такую шваль, как ЛвЧ, как ты. И на этом, я думаю, мы завершим наш маленький тур… и заодно твою жизнь.

Агенту нужно было выиграть время… и десяток футов. Он повернулся и направился к Ризе. Ее люди и Лука хотели вмешаться, но Риза их остановила. Эйч прошел мимо нее, а затем повернулся.

– Я должен похвалить тебя за актерские способности. Я действительно верил тебе, когда мы были вместе. Я верил, что ты была настоящей.

– Вот это да. Услышать похвалу от кого-то, кто обучен лгать, это дорогого стоит, – съязвила она.

Эйч воспользовался случаем, чтобы сделать еще несколько шагов назад. Риза стояла уже близко.

– Я никогда не лгал о свои чувствах, – ответил Эйч, не скрывая боли в глазах.

На мгновение Риза растаяла, и Эйч увидел ее боль. Он ненавидел себя за то, что собирался сделать, но это был единственный шанс.

Одним движением Эйч сильно толкнул Ризу назад. Агент был не в восторге от своих действий, но ему пришлось это сделать ради ее же блага. Эйч подпрыгнул и ухватился за края больших ящиков, ненадежно сложенных на массивных полках. Ящики упали, поднимая лавину из коробок, поддонов и разрушающихся стеллажей, а агент тем временем спустился с полки с противоположной от Ризы и ее людей стороны.

Лука поднял Ризу на ноги. Если бы Эйч ее не толкнул, она была бы уже мертва.

– Найдите его! – раздался ее крик. – Приведите его ко мне! – вопила она и благодарности явно не испытывала.

Наемники шагали по трюму в поисках агента. Несколько групп людей Ризы прошли мимо Эйча, не заметив. Агент хотел взломать один из кейсов с оружием, но он не сомневался, что его обнаружат раньше, чем он успеет его активировать. К тому же некоторые из «пушек» были в состоянии испарить всю береговую линию. Он знал только одно оружие в трюме, которое мог активировать быстро и тихо за то время, которое у него осталось. Теперь он просто надеялся, что оно согласится с ним сотрудничать.

Как можно тише Эйч отступил к проходу с капсулой. Он оглянулся и убедился, что все чисто, а затем выключил генератор анабиоза и открыл дверь капсулы. Как только инопланетянин проснулся, Эйч заявил:

– Доброе утро, приятель. У меня для тебя предложение…

* * *

Людям Ризы не составило труда найти агента, грохочущего среди стеллажей с оружием. Когда Лука его обнаружил, агент изо всех сил пытался собрать пистолет из вскрытого им деревянного ящика.

– Я так и думал, что ты меня найдешь, – заявил Эйч и атаковал массивного тарантианца, ударив ему в лицо стальным стволом оружия, которое он пытался собрать. Ствол согнулся от удара, но Лука даже не моргнул.

Кулак Луки выстрелил в агента, но Эйч успел увернуться и нанести в живот пришельца серию ударов. Однако живот Луки оказался крепким, как камень. Тарантианец подбросил агента в воздух на добрых двадцать футов, и тот приземлился у края коридора.

Он поднялся на ноги и бросился бежать, но за спиной обнаружил дюжину вооруженных наемников Ризы. Эйч оглянулся в сторону Луки, чей кулак уже летел прямо в лицо.

Перед глазами Эйч вспыхнул свет, а затем наступила тьма. Последнее, что он услышал, – голос Луки: «Это за то, что разбил ей сердце, ЛвЧовский подонок».

* * *

Лука оттащил потерявшего сознание агента обратно на лестничную площадку, и когда поднял его на ноги, Эйч застонал.

– Что ж, теперь, когда прятки закончились, – начала Риза, – джентльмены, приготовьтесь отработать свою оплату.

Наемники подняли оружие, готовые испепелить ЛвЧовца.

– Я никак не могу убедить тебя отказаться от всего этого? – полюбопытствовал Эйч. – Я был готов сделать это; я действительно был готов. Основополагающим принципом мироздания является не война, Риза. А любовь.

– Хотелось бы мне, чтобы ты оказался прав, – ответила она более мягким голосом. – Но у нас обоих свои обязанности и судьбы.

Риза нежно поцеловала агента, а затем отошла. Наемники приготовились к стрельбе.

– Последние слова?