Гросс - Иван Валерьевич Оченков

Не без труда найдя дорогу назад и больше не рискуя, он только к вечеру вернулся на базу, где его встретил встревоженный экипаж.

– Где ты был? – обеспокоенно поинтересовалась Татьяна.

– Да так, – устало отмахнулся Март. – Хотел сократить путь и едва не заблудился…

– С ума сошел?! – красноречиво посмотрела на него девушка. – Это же опасно!

– Сам в шоке, – криво усмехнулся Колычев. – Что интересно, в небе могу без компаса ориентироваться, где юг, а где север, а тут как обрезало…

– Больше так не делай!

– Не буду, – помотал головой капитан и тут же попытался перевести разговор на другую тему: – А что за суета вокруг?

– Один из корветов с задания не вернулся.

– Японцы сбили?

– Да, – кивнул помалкивавший до сих пор Хаджиев. – Искин «Ночной птицы» перехватил их переговоры. Корабль рейдеров «Бурея» сбит, но экипажу удалось спастись. Они сейчас заняты поисками…

– Зимину сообщили?

– Конечно.

– Тогда ладно… хотя что-то не припомню я рейдера с таким названием. Как фамилия капитана?

– Кажется, Чкалов, – пожала плечами Таня. – Он недавно здесь.

– Что?!

– Ты его знаешь?

– Так, кое-что слышал, – туманно отозвался явно заинтересовавшийся всей этой историей Колычев. – Кстати, а где Зимин?

– Здесь, – подал голос Вахрамеев. – Как узнал, что корвет не вернулся, примчался со всех ног в штаб рейдеров.

– Я, пожалуй, тоже туда наведаюсь, – решил Март и вернулся к мотоциклу.

Добравшись до штаба, он попытался войти внутрь, но наткнулся на разом повысившую после прибытия адмирала бдительность охрану.

– Извольте предъявить документы! – на неплохом русском потребовал начкар из местных.

– Пожалуйста, – не стал спорить Колычев и показал еще недавно без проблем пропускавшим его бойцам удостоверение.

– Проходите, господин капитан!

Обязанный сидеть в приемной адъютант куда-то отлучился, и Март, недолго думая, заглянул в кабинет опекуна.

– Разрешите, ваше превосходительство?

– Заходи, – мрачно буркнул ему в ответ склонившийся над картой опекун.

– Расскажете, что случилось?

– То, чего я давно ждал!

– Засада?

– Еще какая! Причем японцы задействовали не всякую мелочь, как раньше, а самый настоящий фрегат. Один залп, и все кончено!

– Погодите, мне сказали, что экипажу удалось спастись?

– Вполне вероятно. Чкалов – пилот от Бога. Такой мог и сбитый корвет на три точки посреди леса усадить. Знать бы еще где…

– Поисковую партию послали?

– И не одну. Толку-то… Ночь, считай, уже началась, а к утру…

– А что за человек этот… как его? – решил узнать побольше о сбитом капитане Март.

– Чкалов!

– Ну да.

– Как тебе сказать, – пожал плечами Зимин. – Выпустился он много позже меня, так что до сих пор мы толком знакомы не были. Служил во Втором флоте[31], начальство его характеризовало отрицательно, известный воздушный хулиган.

– В смысле?

– Слышал, небось, историю, как один курсант на боте под мостом пролетел? Ну вот это как раз про него!

– И что?

– Да ничего, поначалу там терпели его фортели, вроде даже тогдашний комфлота его удалью и лихостью был доволен, другим в пример ставил. Через несколько лет старого – на пенсию с почетом, прислали нового начальника. Этот привык, чтобы все было по букве Устава. И по его воле. Ну и закусились они. Капитан-лейтенант с адмиралом. Сам понимаешь… тут без вариантов. Короче, вышибли Чкалова с флота со свистом. Вот он в приватиры и подался.

– Понятно. Просто я раньше о нем и его корабле не слышал.

– Так «Бурея» все больше на среднеазиатских и кавказских линиях ходила. Даже паломников катали.

– Кого?!

– Паломников. Кого в Мекку, кого в Палестину. В тех краях востребованные маршруты. По земле все же долго и опасно.

– А к нам как попал?

– Темная история. Говорят, шаха со всем гаремом повез к Каабе, но по пути не то воздушные ямы, не то высокопоставленный пассажир попросил высший пилотаж показать… В общем, скандал замяли, а Валерия Павловича попросили от греха.

– Значит, это все-таки он, – кивнул Март, уверившись, что речь идет о кумире его молодости.

– Ты тоже слышал?

– А почему он один был? – сменил тему Колычев.

– Не был он один, – помрачнел адмирал. – Я как в должность вступил, сразу же одиночные рейды запретил.

– Не понял…

– Муранов говорит, что не слышал сигнала бедствия от «Буреи». Вроде потеряли друг друга в темноте. Еще и облачность низкая.

– Так вторым бортом была «Аргунь»?

– Лидером, – скрипнул от ярости зубами Зимин. – Потеряли они своего ведомого и просто ушли на всех парах. Спасли свои шкуры…

– Понятно, – кивнул Март. – Если я могу чем-то помочь…

– Отставить! – тут же прервал его командующий. – У тебя своя задача, у нас своя!

– Все же у меня в команде трое одаренных…

– Как говорит в таких случаях Бенчик, не расчесывай мне нервы!

Теперь, после встреч цесаревича с Чан Кайши и самого Марта с крестным, можно было более не задерживаться, все-таки в Китае шла война, и на ней могло приключиться всякое. Однако оставалось еще два важных дела. Первое – прием в русском посольстве от лица Николая Александровича Романова. Второе – требовалось лично встретиться с торговым агентом «АК» в Китае и по совместительству капитаном рейдерского корвета «Нерюнгри» Леонидом Пантелеевым и получить от него полный отчет.

Однако ушлый капитан не сидел на месте и перед самым прибытием «Ночной птицы» в Чунцин куда-то умотал. В принципе, отчеты он слал регулярно, с обязанностями своими справлялся более чем удовлетворительно, но, тем не менее, Колычеву очень хотелось встретиться лично. Все-таки расклады со времени их последней встречи сильно поменялись. И он теперь не юный выскочка, пытающийся продать свое изобретение, а один из представителей имперской элиты. Сенатор, гросс, глава ОЗК и прочая, и прочая…

Так что, узнав спозаранку о возвращении «Нерюнгри» на аэродром, Март, недолго думая, отправил к Пантелееву посыльного с требованием о встрече. Тот, впрочем, уклоняться не стал и, прихватив с собой механика, они, как были после долгого перелета, не переодеваясь, направились к уже знакомому кораблю.

– Здорово, служивый! – блеснув золотой фиксой во рту, поприветствовал он сидящего у трапа с автоматом Богомаза.

– И вам не хворать, – без особой приязни посмотрел на прибывших квартирмейстер.

– Нам бы капитана вашего повидать.

– По какой надобности?

– Илья, ты разве не признал меня? – выступил вперед Калашников. – Помнишь, на сговоре гуляли…

– Много вас тут таких шляется! – пожал плечами часовой. – Тебя я знаю, а твоего приятеля не видал.

– Так я ж Ленька Пантелеев!

– А по мне хоть Япончик!

– Мишка! – вихрем выскочила из люка Таня и повисла на шее у брата.

– Привет, сестренка! – радостно прогудел великан, обнимая ее.

– Ты как здесь?

– Да вот прилетели, хотел увидеться, а ваш цербер не пускает!

– Приказ такой, кого попало не пускать, – пожал плечами Богомаз.

– Кто там? – выглянул на шум Вахрамеев.

– Здравствуй, Игнат Васильевич. Мы тут к вашему командиру пришли, а нас не пускают.

– Почему? – вопросительно посмотрел на часового боцман.

– Так сказано было, что придет капитан Пантелеев, а тут какой-то Ленька!

– Ну ты, земеля, даешь! – изумился капитан «Нерюнгри». – Мы ж только с рейда!

Вид у него, впрочем, был и впрямь не слишком презентабельным. Форма мятая и кое-где со следами огня. Довершали образ грязные волосы, неровная щетина на щеках, криво остриженные ногти на руках с