Город мясников - Виталий Сертаков

На выщербленном пологом полу, конусом спускавшимся к центру грандиозной тыквы, мы насчитали пятнадцать дохлых лесняков двух пород, зеленых и серых, а также около сорока местных малявок и пятерых убитых поселенцев. Пожилой мужчина в рабочем комбинезоне транспортной службы, две женщины с медицинскими шевронами на рукавах и двое патрульных из числа офицеров, охранявших научный центр. Всех их буквально разорвали на части, а на головах, кажется, поплясали. Опознать в лицо их было невозможно. Одно я заметил четко – в рты им напихали земли, перемешанной со стеклом. Оставалось надеяться, что над поселенцами глумились посмертно.

– За что же их так?

– Волкарь, это звери! Ты посмотри только, нам запрещают в них стрелять при полетах над лесом, и вот чем наша доброта закончилась! – возмущенно запыхтел Карман.

– Их надо было мочить из огнеметов, а не заводить с ними переговоры! – поддакнул Гвоздь. Гвоздю стало полегче, скафандр залил ему рану клеем, остановил кровь и вколол двойную дозу транка.

Маленькая колесная монера, в которой патрульные пытались вывезти сотрудников в безопасное место, обнаружилась довольно далеко, возле одной из улиц, примыкавших к тыкве на большой высоте. Отсюда, снизу, казалось диким, что она не падает нам на голову.

– Командир, пульты разбиты, и в турбины напихали всякого дерьма. Я думаю, патрульных сюда заманили, – доложил Деревянный, обследовавший борт. – Ты ведь знаешь, как эти гады умеют подмаслить… А когда парни спустились пешком вниз, их окружили и насмерть забили дубинами.

– У меня по сектору движение, – сообщил из мрака Хобот. – Похоже на розовых птиц. Три или четыре объекта, точный размер не установлен, примерно три фута высоты. Скрылись в боковой кишке. Двигались не торопясь, на длинных ногах.

– Это точно глюки, – обронил Бауэр.

– Смотрите, местные были с ними заодно, – Гвоздь приподнял ковшом манипулятора тощего горожанина, насквозь пробитого разрядом. В скрюченной ручонке мертвый фиолетовый придурок сжимал грубое железное кайло. – Там дальше их полно, они сидели в засаде!..

– Местные не могли быть заодно, – вдруг подал голос Мокрик, хотя его никто ни о чем не спрашивал. – Смотрите, у многих вскрыты черепа. И здесь тоже. Господин декурион, мне кажется, что это сделали не лесняки…

– Засунь свое «кажется», знаешь куда? – посоветовал Бауэр.

– Снова вижу объекты, похожие на больших птиц, – нервно вклинился Хобот. Я задрал голову, включил прожектор и омыватель щитка. Со дна исполинского шара казалось, что шагатель Хобота стоит на отвесной стене, направив стволы картечниц в широкое горло одной из темных улиц. – Волкарь, атакую!

И послал в темноту очередь кластерных снарядов.

– Мокрик, почему же, по-твоему, лесняки не могли вскрыть им черепа? – спросил я.

– Я думаю, патрульных действительно атаковали и убили… вполне человеческими средствами. Это мог быть религиозный обряд или что-то вроде того… В тот же момент здесь появился еще кто-то, прямо во время боя. И этот кто-то напал на всех сразу…

– Он бредит, – хмыкнул Гвоздь.

– От страху несет чушь… – фыркнул Бауэр.

– Заткнитесь, – прикрикнул я. – Хобот, что там у тебя?

– Пока тихо… Волкарь, можно я продвинусь на пару ярдов? Надо бы проверить. Кажется, там еще кто-то в голубой форме…

– На пару ярдов, не больше, понял? Деревянный, прикрой его!

– Исполняю!

В последний раз я взглянул на замученных патрульных.

– О, дьявол! Волкарь, у нас проблемы…

– Хобот, она слева!..

– Ааа-а, нет!! Не-еет!..

– Декурия, за мной, держать сектора, огонь без команды!

Мы рванули вверх по стене, сомкнув стробы обстрела. Спустя пять секунд мой вес начал таять такими темпами, что я едва не взлетел. Дикое ощущение, когда весь мир вращается вокруг тебя, а ты все время остаешься как бы в одной центральной точке. Слева и справа прыжками приближались Гвоздь и Мамонт, топча ветхие домики туземцев. Пару раз я на кого-то наступил, но предпочел не оглядываться. Живых тут не было.

Следовало немедленно убираться из этой проклятой тыквы! В тот миг, когда я увидел шагатель Хобота и его самого, в разодранном скафандре, сквозь заляпанный чем-то зеленым бронещит, я увидел наше будущее. Деревянный махал манипуляторами, почти прижав свой шагатель к шагателю Хобота, словно счищал с него паутину или тер его мочалкой.

– Командир, они бросились на него сразу со всех сторон! Я сбил их манипулятором.

– Кто бросился? Кто?

Спокойнее места во вселенной я не встречал. Обе улицы, по которым палил Хобот, были пусты и чисты. Теперь в них появились дыры от снарядов.

– Похоже на цапель… Смотрите, они прокусили корпус!

Я навел прожектор. Хобот не врал. Сверхпрочный углепластиковый корпус, укрытый слоем кевлара, в нескольких местах выглядел, как проржавевшая каска. Я не мог представить оружия, которое наносило такие повреждения. Радары показывали полный штиль. Ни один движущийся объект не приближался к нам.

– Хобот, проведи диагностику, живо! У тебя дыры в корпусе! Декурия, ко мне. Сомкнуть строй.

– Волкарь, я ничего не успевал… – перекошенная физиономия Деревянного на экране походила на пористое опавшее тесто. Он здорово наложил в штаны. Никогда раньше за ним такого не наблюдалось.

– Старший стрелок Кадмий, утри слезы! Внятно и четко – что произошло?

– Хобот стоял, а потом открыл огонь. Сразу из тазера и картечницы. Я обернулся, но ничего не успел. Эта сволочь… она залезла к нему под щиток. Сразу две или три. Они там копошились, они пробили ему скафандр. Волкарь, они пробили скафандр! Волкарь, не мог же я стрелять прямо в него!! Я схватил их руками и смял. Они смялись, как… как…

– Волкарь, они растеклись, как детское желе, – почти спокойно доложил Хобот. – Командир, разреши принять ампулу транка?

– Разрешаю.

– Спаси нас мать Гера… – пробормотал за моей спиной Карман, разглядывая покореженную машину Хобота. В кевларе шагателя как будто поселились термиты. В нижней части яйца, там, где сложены понтоны и шанцевый инструмент, зияли десятки дыр.

– Да кто «они»? И где они?

Под ходулями Деревянного растекалась зеленоватая лужа. В луже плавали несколько длинных перьев.

– Они были, птицы… Я видел…

– Ты сбил их манипулятором?

– Что?.. А, да. Оно само собой получилось… Волкарь, я только оглянулся, а эта… эта… она уже подбиралась к моему щитку. Кажется, я двоих смял…

– Мамонт, возьми пробы. Да, здесь и здесь. Надо, наконец, выяснить, что это такое… Декурия, за мной! Внимание, всем выпустить манипуляторы. Парни, смотрите под ноги. На Хобота напали снизу.