Разведчик - Михаил Михеев

– Думаешь?

– Ага. Понимаешь… Иногда мне жаль, что времена романтиков-энтузиастов безвозвратно прошли. Да, профессионалы с опытом и подготовкой, работающие за соответствующие деньги, эффективней, но у них нет такого, как ты выразился, полета фантазии, который позволяет осуществлять прорывы. И в результате хаотичный и непредсказуемый, но дающий порой невероятные результаты штурм неведомого сменился планомерной осадой, которая принесет плоды, но… где-то в отдаленной перспективе.

– Ну, ты и впрямь философ, – Варламов немного ошарашенно покрутил головой. – Раньше я за тобой подобного не замечал.

– Раньше ты был моложе, – вернул ему сомнительный комплимент Красин и снова взялся за бутылку. – Вздрогнули?

– Отставить!

Командный тон Светы вызвал удивление, но не оторопь. Красин спокойно налил сначала Варламову, потом себе. Миг – и напиток исчез в луженых мужских глотках. Задвигались челюсти, пережевывая закуску, и, лишь закончив сие увлекательное занятие, Красин повернулся к даме:

– Я тебя внимательно слушаю.

– Шеф вызывает, – девушка села на свободное место, каким-то усталым движением взяла с блюдца кружок лимона и высосала его безо всякого сахара. Варламов, глядя на это, непроизвольно передернулся, Красин же остался абсолютно спокоен. И не такое видали, едали и пивали.

– Он звонил?

– Да. Правда, с незнакомого номера.

– То есть? – Красин недоуменно поднял брови.

– Этот телефон для экстренных случаев, – пояснила Света. – Номер не знает никто, кроме шефа. Сделано как раз на случай, когда не получается позвонить с известного номера, либо просто назваться. Сам факт звонка уже подтверждение личности.

– Предусмотрительный у тебя шеф… Когда едем?

– Прямо сейчас. Черт, ты нажрался…

– Да я трезвый! – возмутился Красин и был, откровенно говоря, честен в своем убеждении. Та доза, которая скатилась в его желудок, вызвать сколь-либо заметное опьянение не могла считаться при всем желании.

– Дорожному инспектору это будешь доказывать. Ладно, сама поведу. Собирайся. Игорь, ты лучше останься, Баскаков только нас вызывал.

– Хорошо, – Варламов, похоже, не жаждал никуда тащиться. – Только вы недолго.

– Постараемся, но не от нас зависит.

– Да понятно. Ладно, езжайте.

– Спасибо за разрешение, – не удержался и съязвил Красин, однако развивать тему не стал и отправился переодеваться. Как ни крути, а явиться пред светлые очи пускай временного, но все же работодателя в шортах-бермудах и старой футболке не лучшее решение.

Мотор гудел ровно, уверенно, убаюкивающе. Красина упорно клонило в сон. Ничего удивительного – вымотался он, как сволочь, и несколько капель спиртного довели его организм до состояния полнейшей расслабленности. Ну и сумерки вокруг тоже этому способствовали. Равно как и глубокие, мягкие кресла, создающие «незабываемый комфорт для водителей». Так утверждала реклама – и не лгала.

Из города выбирались мучительно долго – как всегда, ремонт дорог начался в самый неподходящий момент. Каждый год ремонтируют, ремонтируют, а толку-то… Воистину, в России две беды – дураки и дороги. И если одна из них проблема вполне решаемая, надо только взять хороших специалистов, побольше тяжелой техники, щебень, бетон, асфальт покачественнее, то, что делать с дорогами – Красин не мог себе даже представить.

Но тем не менее выбрались, а уж за его пределами Света наддала так, что воздух снаружи засвистел. Х-ха! Камер слежения-то нет, равно как и ограничений скорости. В войну отменили, а потом… В общем, ситуация в точности как с оружием. Народ, почувствовавший силу, может позволить немного поиграть в анархию, сунув пистолет под нос зарвавшемуся чиновнику. Так что виновника ДТП карают жестко, но за то, с какой скоростью машина летит по трассе, отвечает только сам водитель.

Однако кайф от мелькания деревьев за окном продолжался не более пары минут, а потом Света затормозила, да так, что не будь Красин со всем тщанием пристегнут к креслу, вылетел бы головой вперед через стекло. Машина завизжала тормозами, как дворовая кошка, на хвост которой уронили кирпич, а потом Красин скорее почувствовал, чем услышал хлопок, и автомобиль занесло.

Откровенно говоря, стоило бы испугаться, но Красин банально не успел, а потом и не до того стало. Невероятно, однако Света, продемонстрировав верх мастерства, удержала тяжелый внедорожник. Тот заскрипел, будто у него начали разом выкручивать без смазки все болты, но все же остановился и разваливаться на запчасти не спешил. И только потом до пассажира начало доходить, что вот сейчас могла наступить последняя минута его жизни.

Похоже, тренировки в виртуальном мире не прошли для Светы даром, подумал Красин, выбираясь наружу и рассматривая свой пепелац. Тот стоял, заметно накренившись вперед-влево, но в остальном пострадавшим не выглядел. С водительского места наружу сползла их доморощенная автоледи, и выглядела она так, словно из нее разом вытащили все кости.

– Что это было? – мрачно поинтересовался Красин, осматривая колесо. Нарваться на гвоздь – ситуация обыденная, но современные шины обычно так, с хлопком, не разрушаются, а спускают относительно медленно, давая водителю резерв времени на принятие решения. Чтобы колесо спустило резко, из покрышки надо кусок вырвать… что здесь и произошло.

– На дороге что-то непонятное лежало. Я затормозила, а уклониться не смогла…

– Это естественно, – кивнул, продолжая рассматривать изувеченную покрышку, Красин. – И скорость великовата, и наверняка ты смотрела на препятствие. А если концентрируешь на нем внимание, то обязательно наскочишь – психология, однако. Ладно, чего лясы точить, будем ремонтироваться.

Увы, чего в багажнике не нашлось, так это пары рабочих перчаток. Ладно, придется вспомнить, что второе образование у него вполне себе техническое. Тот не инженер, кто руки боится испачкать. Утешая себя этой мыслью, Красин вытащил из багажника (багажник, х-ха, да иные квартиры поменьше будут) инструменты и запаску. И громко, не стесняясь, выругался, когда неловко взятый домкрат упал, чувствительно приложив его по ноге, аккурат по кончикам пальцев.

– Да уж, культура так и прет, – ехидно прокомментировала Света. Что характерно, не пытаясь хоть чем-то помочь, хотя разорванная шина была, откровенно говоря, на ее совести.

Красин раздраженно ощерился:

– Да где уж нам, сирым да убогим. Твой спортивный институт кого готовил? Физруков-педагогов? Дада, помню: если в тыкве масла нет – поступай учиться в пед…

– Фу-у, как грубо…

– Да, я такой. Ни разу не светоч культуры.

– Прибедняешься. А на самом деле внутри тебя сидит мятущийся интеллигент с богатым внутренним миром.

– Насколько богат мой внутренний мир, – усмехнулся Красин, – судить лучше, наверное, не мне. Со стороны-то виднее. Однако сам я назвал бы его примитивно-обывательским.