Лед - Лалин Полл

На скамейке у стены прибавилось журналистов. Шлёп-Шлёп была вынуждена подвинуться ближе к краю, уступая место репортерам, которые проверяли почту и отправляли тексты до последнего момента, пока не началось заседание. Шон заметил, что у всех журналистов имелись ксерокопии подробной карты Мидгардфьорда с вкладкой карты Шпицбергена меньшего масштаба. Такие же ксерокопии были у сидящих на первых двух рядах адвокатов и родственников. Шону тоже дали карты, они лежали на стойке. По просьбе мистера Торнтона он продолжил свой рассказ о трагическом путешествии.

– Из «Полярной мечты» после завтрака нас забрал Дэнни Лонг, и мы полетели на «Мидгард». Настроение у всех было приподнятое, бодрое. Вилла смотрелась великолепно, и наблюдать оттуда за солнечным затмением было просто потрясающе…

Дэнни Лонг рассыпался в извинениях. Шон заверил его: всегда лучше знать, что должны нам, а не мы, и это был первый раз, когда офис губернатора обратился к ним за помощью и наверняка остался доволен результатом. Дэнни Лонг подтвердил, что они могли гордиться работой персонала виллы. Их 12-местный «Дофин» налетал почти 500 километров, доставляя злополучных английских туристов, перебравших на вечеринке, с места происшествия в Лонгйирбюэн. Лонг заверил Шона, что никто, кроме него, не садился за штурвал и не мог узнать о дополнительных функциях вертолета. Он добавил, что все сотрудники были рады возможности проявить себя.

Забравшись в вертолет, все надели наушники и пристегнули ремни безопасности. Кингсмит занял переднее сиденье рядом с Дэнни Лонгом, несмотря на недовольство Рэдианс. Она также была обучена управлять вертолетом, но все, включая Тома, моментально отказались от ее предложения показать им свои навыки.

Находясь в воздухе, почти никто не разговаривал. Том, погруженный в свои мысли, смотрел на бледно-голубые горы. Из Лонгйирбюэна они полетели на северо-восток через Ис-фьорд, отклонившись вправо над российским поселением «Пирамида», чтобы Шон с Кингсмитом могли увидеть новые постройки. Темпы и масштабы работ впечатляли. Или, как сказала бы миссис Ларссен, вселяли беспокойство.

Они продолжали следовать на север над большим ледником Миттаг-Леттербрин, а затем над его дельтой и стальными водами Вийдерфьорда. Мартина и Рэдианс фотографировали неровные и слоистые силуэты гор, разноцветные плавно изгибающиеся напластования, напоминавшие доисторический мраморный торт.

– Это единственное место на Земле, где можно на наглядных примерах изучать геохронологию, – проговорил Том по бортовой связи. – Каждый из слоев соответствует примерно двум тысячам миллионов лет.

– Замечательная цифра, – произнес Кингсмит. – Продолжай.

Шон расслабился, слушая, как Том, теперь с одобрения старшего, дав волю своей страсти к геологии, рассказывал им обо всем, что было видно из вертолета: о кластах и тиллитах, гляциофлювиальных моренах, залежах растительных окаменелостей и ископаемых динозавров, сквозь которые панцирные рыбы плыли через вечность, пересекая девонский, силурийский, ордовикский, кембрийский периоды…

– Его нужно записывать, чтобы потом включать при каждом перелете, – воскликнул Кингсмит, когда Дэнни Лонг сделал крен, чтобы показать им мерцающую зеленым ленту скал, на которую указал Том. – Это как поэзия – непонятно, но звучит чарующе. – Он обернулся, чтобы видеть Тома. – Вы с доктором Мотт могли бы читать лекции дуэтом: она про китов, ты про скалы…

– Вроде развлекательной программы на два акта? Джо, если это все, зачем я был вам нужен…