Пекло - Джеймс Роллинс

Шарлотта представила, как в этих стенах томились проштрафившиеся студенты и напившиеся преподаватели. Изначально здесь была темница королевского дворца, а потом этаж использовался в качестве университетской тюрьмы вплоть до 1834 года. На сегодняшний день – единственный сохранившийся до наших дней образчик казематов средневековой Португалии.

Проскользнув в двери, Шарлотта направилась дальше, туда, где в атмосферу древней эпохи просочилась современность. В неиспользуемом резервном архиве стояла новая компьютерная система – в частности, для оцифровки книг, благодаря чему обеспечивался еще один способ защитить сокровища, хранимые этажом выше.

В нынешнее солнцестояние компьютеры послужат иной цели – не для сохранения прошлого, а для взгляда в будущее.

Зайдя в дальнее хранилище, Шарлотта услышала женский голос:

– О, embaixador^[6] Карсон, вы вовремя!

Элиза Герра, главный хранитель библиотеки Жуанина, одетая в синий брючный костюм и белую блузку, подошла ближе, расцеловала Шарлотту в обе щеки и слегка сжала ее плечо.

– Я сомневалась, что успею, – объяснила Шарлотта с извиняющейся улыбкой. – В посольстве не хватает персонала, к тому же этот предпраздничный переполох…

Она служила в посольстве США в Португалии, и сегодня вечером на нее навалилась тысяча дел. А еще следовало успеть на ночной авиарейс в Вашингтон, обратно домой к мужу и двум дочерям. Старшая, Лора, вернулась с учебы на факультете биотехнологии Принстонского университета, альма-матер самой Шарлотты. Другая дочь, сорвиголова Карли, мечтала учиться музыке в Нью-Йоркском университете – а пока тоже познавала инженерные технологии.

Шарлотта гордилась ими обеими.

Жаль, что они не смогут разделить с ней минуту торжества. Отчасти именно из-за дочерей Шарлотта содействовала созданию данной организации женщин, занимающихся научно-исследовательской работой. Так крупная структура «Коимбра групп», объединяющая более трех десятков университетов по всему миру, создала благотворительный фонд.

С целью укрепления и развития связей женщин с наукой Шарлотта с четырьмя единомышленницами собрались здесь для запуска проекта «Брушас интернэшнл». Bruxas в переводе с португальского означает «ведьмы». В течение нескольких веков целительницы, практикующие лечение травами, экспериментирующие с производством лекарств или же просто задумывающиеся об устройстве мира, объявлялись еретичками или ведьмами. Даже здесь, в Коимбре, городе, почитаемом как образовательный центр, часто устраивали пышные жуткие церемонии – аутодафе или «акты веры», в ходе которых сжигали вероотступников и еретиков.

Шарлотта со своими сторонницами решили принять вызов и дерзко назвать свой союз «Брушас».

Впрочем, метафора не ограничивалась лишь названием группы.

Компьютер Элизы Герры уже загрузился, и на экране монитора засиял медленно вращающийся символ организации: пентаграмма в круге.

Пять концов звезды обозначали пятерых женщин, основавших данный союз в университете Коимбры шесть лет назад. Лидера у них не было, учитывалось мнение каждой.

Шарлотта улыбнулась трем другим соратницам: доктору Ханне Фест из Кельнского университета, профессору Икуми Сато из университета Токио и доктору Софии Руиз из университета Сан-Паулу. Хотя Шарлотта получила должность посла в прошлом году – не в последнюю очередь благодаря своей роли в создании международной организации в Португалии, – она, как и остальные, изначально занималась исследовательской работой и преподавала в Принстоне.

Все пятеро были чуть старше пятидесяти и примерно одновременно стали продвигаться – каждая в своей профессии, – испытывая те же трудности, связанные с гендерной принадлежностью, подвергаясь дискриминации и пренебрежительному отношению. Помимо интереса к наукам их связывал союз, цель которого заключалась в том, чтобы добиться равноправия, поддержать молодое поколение женщин в научной деятельности.

Их усилия уже принесли хорошие результаты по всему миру.

Ханна наклонилась к микрофону, расположенному на стойке у клавиатуры.

– Мара, мы в сборе. – Она говорила на английском с сильным немецким акцентом. – Когда будешь готова, можешь начинать презентацию.

Экран разделился: пентаграмма уменьшилась в размере и сдвинулась в сторону, а рядом появилось юное лицо Мары Сильвиеры. Ей шел всего лишь двадцать второй год, но она уже пять лет училась в университете Коимбры, получив стипендию от «Брушас» в нежном возрасте шестнадцати лет. Родом из маленькой деревни в Галисии, регионе Северной Испании, девушка привлекла интерес технических компаний после того, как разработала и выложила в Сети приложение для перевода, затмившее существующий на рынке аналогичный софт.

Ее глаза лучились ясным умом. Или просто гордостью.

Судя по смуглой коже и длинным прямым волосам, в жилах предков Мары текла мавританская кровь. В данный момент девушка находилась на противоположной стороне кампуса в университетской лаборатории передовых компьютерных систем, где стоял вычислительный кластер «Милипея», один из мощнейших суперкомпьютеров на континенте.

Мара отвела взгляд от объектива камеры.

– Я запускаю «Генезис». Через минуту мы должны выйти онлайн.

Женщины подошли ближе к экрану, и Шарлотта взглянула на наручные часы.

22.23.

Самое время…

Она снова представила, как солнце достигает тропика Козерога, знаменуя кульминацию зимнего солнцестояния, обещая конец тьмы и победу света.

В следующее мгновение металлический лязг заставил собравшихся вздрогнуть и обернуться.

Из черных дверей появилась тесная группа темных фигур с капюшонами на голове. Незваные гости, с пистолетами в руках, перекрыли женщинам выход из хранилища.

Шарлотта сделала шаг назад, закрыла телом монитор, потянулась к компьютерной мышке и свернула на экране изображение Мары Сильвиеры, стремясь, во-первых, защитить девушку, а во-вторых, превратить ее в молчаливую свидетельницу: благодаря микрофону и камере та могла видеть, слышать и даже записывать происходящее.

Фигуры приближались. Даже если Мара немедленно вызовет полицию, вряд ли подмога успеет вовремя. Впрочем, девушка, сосредоточенная на подготовке презентации, могла и не заметить изменение обстановки.

Восемь нападавших – все мужчины – были в черных рясах, с шелковыми темно-красными лентами на глазах. Однако, судя по их походке и бесшумному передвижению, они отлично видели через ткань.

Элиза Герра, полная готовности защищать свою библиотеку, шагнула вперед.

– Что это значит? Чего вы хотите?

Ответом ей было тягостное молчание.

Визитеры расступились, открывая девятого человека, явно своего лидера. Ростом более шести футов, в красной рясе с черной повязкой на глазах. Вместо оружия он нес в руке толстенный книжный том в потертом кожаном переплете. Золотые буквы на обложке гласили: «Молот ведьм».