Центр силы - Лео Сухов

— Да не за что! — отмахнулся Борода, собирая опустевшие кружки. — Вы вроде ребята нормальные… Таким мы только рады помочь.

Рыбаки ушли, а мы остались. Зализывать раны, подсчитывать потери — и решать, что дальше делать будем. На высадке бесследно потерялись три девушки. По всей видимости, или утонули, или были съедены местными аналогом акул. Но изначально мы боялись, что потеряем куда больше людей.

А вот раненых было много. Не все приземлились удачно, а многие и не дождались нормальной глубины. Кто плавать не умел — прыгали, можно сказать, на мелководье. В общем, у нас теперь хватало раненых: со сломанными конечностями, глубокими порезами и ушибами.

Кому-то просто бинтовали раны, кому-то выдавали «лечилки». Той умнице, которая умудрилась позвоночник сломать, плюхнувшись плашмя на мелководье, вообще пришлось в срочном порядке лежанку сооружать.

И снова понадобились носилки: было уже понятно, что «тяжёлые» сразу не встанут. А ещё нам всем предстояла ночёвка на берегу. Поэтому те, кто остался на ногах, спешно сооружали навесы и обустраивали костры.

Мы вообще поднаторели в подобных вещах. Если раньше проблемы возникали буквально по каждому мелкому поводу, то сейчас многое делалось быстро и без вопросов. Обложить кострище и сделать перекладину? Десять минут! Построить навес и закидать листьями? Полчаса работы! Организовать носилки? Пятнадцать минут.

Нам даже особо командовать не приходилось. Люди сами находили и деревья, пригодные для строительства, и растения для плетения верёвок, и камни для топоров и копий. В общем, на удивление, работали много и сами, без понуканий и увещеваний.

И что самое важное, СИПИН на этот раз не зажимал баллы, признавая, что теперь у нас неплохие шансы выжить. К концу дня я нажил пару мозолей и скопил уже тысячу пятьсот двадцать один балл. Солидная сумма, но, похоже, чем дальше — тем больше баллов понадобится. Вторые двадцать дней уже шли, а, значит, подорожание основных товаров было не за горами.

— Так, друзья-соратники! — объявил Сочинец вечером. — Собираемся все: у нас назрел важный вопрос. Даже не один. Кто может — раненых тоже подтягиваем.

Он подождал, когда мы все соберёмся, рассядемся вокруг, а потом объявил:

— Пора решить, что нам всем делать! Все мы из разных групп, все собрались в бардаке бегства. Надо ли нам объединяться, или дальше пойдём каждый в своей группе? Я предлагаю всем желающим перейти в нашу группу. И сделать это сейчас! Потому что дальше мы будем решать вопросы и обсуждать планы именно с нашей группой.

Если честно, я ожидал, что большая часть пришлых откажется переходить к нам. Но что они все поголовно захотят присоединиться… Вот такого я не ожидал. Да и Сочинец тоже. Правда, новые члены нашей группы, похоже, и сами от себя такого не ожидали. Во всяком случае, если судить по немного растерянным и удивлённым лицам.

— СИПИН, это не ты там людям на мозги капаешь? — мысленно уточнил я. — Ты учти: в человеческом обществе это самоуправство неприемлемо! Так делают только тираны и деспоты!

— Обижаешь! Если бы я капал на мозги, вы бы этого даже не заметили! — пробурчал в моей голове инструктор. — Просто сам посуди: а куда им идти-то теперь, как не с вами?

— Ну ладно… А то смотри у меня!.. — пригрозил я на всякий случай.

Правда, так и не придумал, чем конкретно грозить, поэтому ограничился лишь мысленным потрясанием кулака.

— Группа 114-41-80 расширена. Текущая численность группы составляет сто тринадцать человек, — сообщил СИПИН уже вслух и всем. И не удержался от подколки: — Могли бы и меньше умирать, слабаки!

— Так, народ! — Сочинец на его слова внимания не обратил. — Сейчас мы одного человека исключим из группы. Это не обсуждается. Влад!

— Да я как-то не сомневался… — хмуро заметил тот откуда-то из-за спин собравшихся.

— Ты исключён, и это ещё было мягкое наказание, — строго сказал Сочинец. — Поверь, легко отделался!..

— Угу…

— Численность группа 114-41-80 изменена. Текущая численность группы составляет сто двенадцать человек, — сообщил СИПИН.

— Спасибо, СИПИН! — поблагодарил его Сочинец. — Ну а теперь к делам группы. Первый вопрос… А, точнее, и не вопрос вовсе. Наше переселение. От тех ребят, которые нам помогли, мы узнали, что неподалёку существует поселение Алтарное. Там уже тысяч десять человек. И они готовы нас принять в составе текущей группы. Я считаю, что надо идти туда. Но!

Сочинец поднял руку, пресекая попытки высказаться. А потом проговорил в полной тишине:

— Я бы приказал это сделать. Но просто высказываю своё мнение! Потому что второй вопрос, который нам всем следует обсудить — это смена лидера группы.

— Чего?! — удивился Чемодан.

— К сожалению, я успел накосорезить достаточно, чтобы моё лидерство даже для меня выглядело… Скажем так, несколько сомнительным.

— Сочинец, ну ты чего? — удивилась Маша, а Ника просто вытаращила глаза.

— Так! Первое: я снимаю с себя лидерство в группе, — Сочинец качнул головой.

— Выборный лидер группы 114-41-80 снимает с себя полномочия, — бесстрастно сообщил СИПИН.

— Второе! — проговорил Сочинец. — Я бы предложил вам выбрать нового лидера из тех, кто действительно много сделал для группы. Это — Кострома…

— Не, дорогой мой, в жопу! — встряхнула волосами девушка. — Я могу убивать, калечить и шить. А командир из меня дерьмо полное!.. Так что — нет. И не надейся!..

— Ну… Тогда остается всего один человек, — кивнул Сочинец и неожиданно уставился на меня.

— Не смей! — попытался я свалить в кусты.

— Вано, не кочевряжься! Ты нас вытащил из гор, ты постоянно находишь что-то новое. Выход, например, из безвыходной ситуации!.. — Сочинец усмехнулся. — Я могу распределять людей по работам, могу всех построить… Но я не умею, как ты! Тебе везёт. И твоё везение — это хорошая заявка на лидерство. Так что… Кто за то, чтобы главой группы стал Вано?

— Тебя уже мысленно выбрали, поздравляю! — тут же, не теряя ни секунды, радостно сообщил СИПИН. — Хочешь проявить себя как тиран и деспот? Попробуй заставить всех что-нибудь станцевать в твою честь! Ну или ползать на пузе, славя твой ум и красоту!

— СИПИН, шёл бы ты… На пузе ползать! — хмуро попросил я.

— Зря отказываешься! Давай я тебя научу, как правильно! Биологическому виду людей свойственно любить жёстких и