Башни Латераны - Виталий Хонихоев

— … так еще и могилу ее осквернили. — продолжает Курт Роннигем так, будто его и не перебивали: — наверное, чтобы изнасиловать снова. Говорят, в Темные Века некоторые из аристократов так делали. Забальзамируют тело и… — он испытующе посмотрел на Лео, но тот, наученный горьким опытом ничего не сказал.

«Он провоцирует меня!» — мелькнула в голове запоздалая мысль: — «я чуть себя не выдал!».

— Хм. — Курт наклонил голову, изучая Лео: — можешь значит сдерживаться, когда захочешь. Как тебя звать-то, поваренок?

— Штилл. Леонард Штилл. — буркает Лео, отводя глаза в сторону.

— Леонард. — командир наемников нарочито тянет его имя: — был у меня один Леонард знакомым. Во второй сотне «Серебряных Драгун» служили вместе. Помер во время похода, травануся какой-то дрянью, блевал и поносил дальше, чем глаза видят, а потом помер. Весь почернел, не узнать. — Курт покачал головой: — так сказать небоевые потери. Ладно, Леонард, хочешь знать зачем я тебя сюда завел?

Лео кивает. Хочет ли он? Наверное, уже нет. Все, чего он хочет — это чтобы его отпустили, но этот страшный командир наемников не отпустит его пока не выскажется, так что…

— Один из моих людей, Бринк, видел тебя. Аккурат в ту ночь как могилу осквернили. Это я точно помню, потому что в ту ночь конные разъезды «Алых Клинков» вернулись с дурными вестями. Видел он тебя под утро. С какой-то девушкой.

Пауза.

Долгая, тянущая нервы.

Лео почувствовал себя так, словно ему крепостным тараном под дых врезали, в голове сразу стало пусто, в ушах зазвенело, весь мир словно бы отдалился от него, стал ненастоящим. Откуда-то издалека звучали безжалостные слова.

— Красивая, говорит. Огненно-рыжие волосы. Голубое платье. Вы шли вместе. Держались за руки…

«Нет. Нет, нет, нет».

— Это была… просто подруга… — едва-едва выдавил он из себя.

Курт наклонился ещё ближе. Теперь между ними было меньше метра. Голос стал совсем тихим, почти шёпотом:

— Подруга. Понятно.

Пауза.

Снова эта пауза.

Курт расслабляется, откидывается назад, опирается спиной на стенку и извлекает из ножен свой кинжал. Кончиком кинжала начинает аккуратно чистить ногти, извлекая из-под них грязь. Так, словно сейчас нет в мире занятия интереснее.

— Знаешь, малыш, чем хороший командир отличается от дерьмового, а? Нет? — спрашивает он, не отрываясь от ногтей и кинжала: — так вот хороший командир задает в два раза больше вопросов.

— В-вопросов? — слабо удивляется Лео. Удивляется, несмотря на гул колоколов в голове «тебя разоблачили! Костер! Костер!». Удивляется, потому что от такого как Курт можно ждать чего-то вроде «Командир всегда впереди с обнаженным мечом!» ну или там «Командир сильнее всех и ответственности у него больше!». Чего угодно, но не этого. Он задает больше вопросов? И все?

— Вопросов. — кивает Курт Ролннигер: — сколько у нас фуража? Какой он? Не сгинет ли от дождя? Почему солдат захромал? Откуда у этого зачуханного арбалетчика свернутое платье из шелка и почему оно в крови? Кто видел куда он отходил вечером? Кто в последний раз видел женщину в этом платье? Насколько крепок сук на этом дереве и выдержит ли он вес тела на веревке? Много вопросов, дейн Штилл. Командир задает много вопросов. И сейчас у меня есть вопросы к тебе, молодой дейн. Например — знаешь ли ты, что некромантия запрещена Церковью? Знаешь ли ты, что сделали бы с тобой прихожане, если бы узнали? Что с тобой сделал бы отец этой девушки? Что случилось бы с твоей семьей? — он поднимает руку, останавливая Лео: — но… я не требую ответов на эти вопросы. Помолчи. Подумай.

— Над чем? — Лео сглатывает. Может его не раскрыли, но подозревают… хотя какие к черту подозрения! Роннингер все знает!

— Скоро будет война, парень, — сказал Курт, вставая и убирая кинжал в ножны: — Большая война. Хотя вам в Вардосе это и не важно. У вас будет осада. Уже завтра. Армия Арнульфа идет сюда ускоренным маршем, его конные разъезды уже видны со стен. Десять тысяч человек. Конница, в том числе «Крылатые», элита тяжелой кавалерии, рыцари в полном доспехе. Пехота, арбалетчики, лучники, тяжелые щитоносцы и конечно же — магикусы. В том числе Пятого Круга. — Он обернулся, посмотрел на Лео.

— А у нас что? Две сотни городской стражи. Мой отряд —сто двадцать человек. Есть еще «Железные Волки» и «Алые Клинки». Несколько магов из Академии, половина из них — студенты. Ополчение — старики и мальчишки, которые держали в руках вилы, но не мечи. Этого не хватит. Мы продержимся день, может два. Потом Арнульф возьмёт город. Все мы умрём или окажемся в цепях. А город… — он пожимает плечами: — такую ораву как у Арнульфа набрать — дорого стоит. Думаю, он предпочтет не платить золотом, а отдать город на разграбление. На денек-другой. Сам догадаешься что с такими городами происходит?

Лео не понимал, к чему он ведёт. Да, к городу подходит армия Арнульфа, об этом все в таверне говорят с самого утра, но он тут при чем? В конце концов он даже не магикус.

— … — молчит он, не зная, что сказать, боясь вызвать гнев командира. Курт кивает головой.

— Нам нужны все, кто может сражаться. Маги. Воины. Лучники. Любые таланты. Если бы у меня был призыватель демонов — я бы вызвал самого Везельвула и обрушил его ярость на армию Арнульфа. Если бы Арнульф вторгся бы в ад, я на завтрашний день заключил бы союз с самим Сатаной, уж будь уверен в том.

Лео вздрогнул от внезапного понимания.

— Вы… вы хотите, чтобы я…

— Я хочу, чтобы ты вступил в «Чёрные Пики». Официально. Будешь получать жалование — пять серебряных в неделю. Еду. Крышу над головой. Защиту.

Он подошёл ближе, наклонился над Лео. Теперь их лица были на одном уровне.

— И взамен — будешь использовать свой… талант. Для защиты города.

Лео смотрел на него, не веря: — Вы хотите, чтобы я использовал некромантию. Открыто.

— Нет, — Курт покачал головой. — Не открыто. Скрытно. Я же сказал — защиту обеспечу. Никто не узнает. Если ты будешь умным. Обычно некроманты скрывают лица.

— Талант? Какой талант? Я даже не знаю, как это работает! — горько произнес Лео, вставая. Начал ходить