Стигма ворона 2 - Ник Гернар

— Красивая женщина была, должен признать… — сказал Аварра, аккуратно выложив голову Бэл на обожженный дочерна ровный срез шеи. — Но Айя ничуть не хуже. К тому же, в отличии от этой бедной и грешной сестры утешения, она девушка скромная и целомудренная…

Дарий с Шедой побледнели еще сильней.

Ларс озадаченно изогнул брови.

Эш уставился на голову Бэл, не моргая. Но всего на одно мгновение.

Все его тело мгновенно вспыхнуло бронзой, мышцы напряглись, как у хищника перед прыжком.

— Эш!.. — будто сквозь воду донесся до него возглас Дара, но поздно.

Одним рывком Эш протянулся к Аварре через стол и схватил его за горло.

— Тварь! — прорычал Эш, хорошенько встряхнув уже безвольно обмякшее тело. — Ты посмел ее тронуть, а потом пришел ко мне??? Ты ума лишился, старик?!

— Эш!!! — окрик Ларса прозвенел так громко, что Эш услышал его даже сквозь шум в ушах.

Тяжело дыша, Эш медленно выпустил старика. Тело нелепо соскользнуло с лавки вниз, на пол.

Парень смотрел на него с брезгливостью и недоумением.

Он даже не заметил, как в ярости сломал ему шею…

Обернувшись, Эш увидел стоявшую в дверях бледную Айю. Девушка старалась сдерживать волнение, но ее голос дрогнул, когда она спросила:

— Что здесь… Что здесь происходит?.. Эш?..

Первым нашелся Ларс.

— Вот бабы нервные создания! — с ироничным смешком воскликнул он. — Даже поругаться не дадут, как следует. Иди, милая, дай людям отношения повыяснять!

Айя нахмурила тонкие брови, повернув голову на звук его голоса.

— Вот свою милую и выпроваживайте, куда вам угодно, — заявила она. — А я как-нибудь обойдусь. Дядюшка? Эш?..

Крыс скривил губы вниз и развел руками, мол, что мог — сделал.

— Да твою ж акаду, — почти простонал Эш, с ненавистью глядя на труп «дядюшки».

Даже мертвый он доставлял проблемы.

И вот что теперь делать? Что сказать Айе?

«Прости, родная, этот ублюдок притащил на обеденный стол голову моей бывшей любовницы, и я в пылу гнева придушил его?»

Или «вообще-то он мне не дядюшка, он — бог древнего мира, и я его тут немножко развоплотил, сейчас во двор вынесу — обедать сядем»?

Или, может быть, соврать?..

Обычно у него не возникало проблемы с тем, чтобы ляпнуть нужную правду при необходимости. Но обманывать Айю, когда она вот так будто смотрит в глаза его совести своими незрячими глазами…

И тут Эша будто прострелило.

Син!

Мальчишка наверняка у головорезов старика! И что же теперь будет?..

Парень схватился за голову руками.

— Вот я дуррак-полудурок…

Бэл было жалко. Жалко до слез, как растоптанный цветок или мертвую певчую птичку.

Но боль от мысли, что на ее месте может оказаться теперь и Син, была в сто раз сильнее.

— Эш, ну почему же ты не отвечаешь?! — воскликнула Айя, двинувшись к Эшу неуверенным шагом, протягивая руки вперед.

И тут дверь в дом медленно приоткрылась.

Ларс схватился было за меч, но тут же отшатнулся и попятился, бледнея, как полотно.

— Он не отвечает, дитя… — сказал появившийся на пороге еще один Аварра, бесшумно ступая мягкими кожаными сапогами по полу. —….потому что только сейчас в полной мере осознал, как глупо было с его стороны со мной ссориться.

Все онемели.

У Эша на затылке даже волосы зашевелились.

Прямо здесь, под столом все еще лежало бездыханное тело только что убитого Аварры. А около дверей с тонкой улыбкой стоял еще один, точно такой же.

Айя остановилась.

Она озадаченно повернула голову в сторону стола, потом — сквозь только что вошедшего старика. Ориентируясь на звук, она никак не могла взять в толк, каким образом дядюшка очутился около выхода.

Аварра между тем подошел к собственному телу, вздохнул, задвинул его ногой чуть дальше под стол и присел на лавку.

— Накрой-ка на стол, дитя, — сказал он, повернувшись к девушке. — Вкусная пища настраивает мужчин на более доброжелательный лад. И помогает лучше думать.

Он обвел всех присутствующих тяжелым пристальным взглядом.

— А пока мы обедаем, мой компаньон поищет мальчика — что-то он заигрался по пути. С юными такое случается, нельзя на них за это обижаться, — проговорил он с многозначительной усмешкой. — Но если подобное повторится, я считаю, следует применить наказание. Не слишком суровое, но достаточно болезненное, чтобы крепко запомнилось.

— Син не такой, он не по годам ответственный, — возразила Айя.

Шеда кашлянула.

— Я сейчас тебе помогу, — сказала она, убирая голову Бэл в мешок.

Вместе с Айей они принялись выставлять ароматное жареное мясо, свежий хлеб, вино и овощи — целый пир, который сейчас никому не полез бы в горло.

За столом стояла тишина.

— Пожалуй, лучше я подожду Сина на улице, — проговорила Айя, и, невольно ссутулившись от неуютного молчания вокруг, вышла из дома и плотно прикрыла за собой дверь.

Аварра с хрустом отрезал ломоть свежего хлеба, разломил его и осторожно отправил в рот небольшой кусочек.

— Вкусно. Даже, я бы сказал, очень вкусно…

Тут с улицы донесся звонкий мальчишеский голос.

Эш дернулся к окну, задевая рукой жестяную плошку, и она с грохотом улетела на пол и закружила.

Син вернулся, и он с улыбкой что-то рассказывал сестре, размахивая руками.

— Что ж, приятного аппетита, — сказал Аварра, поднимаясь со своего места. — Мне пора. Провожать не надо.

Он неспешной походкой вышел из дома, что-то крикнул на прощанье Айе и, взмахнув рукой мальчику, направился куда-то прочь.

— Очуметь, — выдохнул Дарий. — Он сидел над собственным трупом… и жрал хлеб!..

Шеда покосилась на труп под столом.

— Давайте уберем его куда-нибудь? — жалобно попросила девушка. — А то мне кажется, что он нас слышит…